Ольга Коротаева – Моя мачеха – иномирянка (страница 32)

– Кто это? – наклонился ко мне муж.

Я приподняла брови.

– Вы озвучили мой вопрос. Если сейры – ваши родственницы, то почему не представили мне? И о чём с ними разговаривать? Я не готова…

– Тот мужчина, – хмуро перебил муж и положил ладонь на моё предплечье.

Я мазнула по его руке растерянным взглядом, отмечая, как сквозь кожу снова стал виден рисунок чешуи.

Но почему? Кендан не лечил ни Амелоту, ни других…

– Почему ты смотрела на соэра Вернена так, будто близко знала его? – процедил супруг. – Кто он для тебя?

– Вернен, – повторила я, пробуя на вкус новое имя бывшего мужа. Как и облик, оно было чуть лучше и серьёзнее. Кендан рассерженно сузил глаза, и я быстро добавила: – Он очень похож на человека из моего мира. Мне даже стало дурно.

– Знаю, – шепнул он, но взгляда не отвёл. – Ты будто сдерживалась. От чего?

Я снова сжала кулаки и честно призналась:

– Чтобы не выбить ему зуб-другой!

Соэр моргнул, будто не ожидал такого ответа, а потом весело рассмеялся, и у меня сердце пропустило удар от его по-юношески задорной улыбки. Пожав мою ладонь, мужчина, всё ещё посмеиваясь, негромко сообщил:

– Сейры Джуна, Мерри и Эстан из рода Фений. Родственницы твоего так называемого брата. А значит, и твои тоже. Пообщайся с ними.

– Зачем? – растерялась я.

И, пристально глядя на мужа, похолодела. Соэр тоже ведёт какую-то свою игру? Зная, что я из другого мира и никаких братьев здесь быть не должно, всё равно принял посланника короля будто родственника. Выделил лучшие покои и дюжину слуг. Позволил ходить, где вздумается…

А что, если Кендан подозревает что-то?

Пальцы машинально коснулись зажившей ранки на шее.

Нет, если бы муж мне не доверял, то не позволил бы и близко подойти к Амелоте!

А если верит, то мне стоит прислушаться к совету и поговорить с «родственницами».

Глава 40

Я сидела на небольшой оттоманке, а гостьи расположились напротив, через уставленный закусками столик, уместившись втроём на объёмном диване. Они то молча изучали меня, то, попивая ароматное зелье, косились друг на друга поверх изящных фарфоровых чашек.

Я тоже не спешила начинать разговор. Во-первых, понятия не имела, что с ними обсуждать, а во-вторых, боялась выдать себя какой-нибудь мелочью. Если это родственницы Тартана, то они могут знать меня… То есть ту красавицу, что изображена на портрете.

Первой не выдержала молодая женщина в жёлтом платье. На вид она была чуть младше своих спутниц, а ещё улыбчивее и вроде как добрее… Во всяком случае не кривилась, как дама в синем, что рассматривала роскошь обстановки.

– Как же приятно снова находиться в вашем обществе, дорогая Констанция! – воскликнула любительница канареечного цвета. – Мы уже похоронили вас…

– Мерри, – осадила её другая, наряд которой был неприглядного мышиного оттенка. – Следи за словами.

– Прости, Эстан, – прикрылась та веером. – Я хотела сказать, что рада вашему возвращению.

Хм. Значит, некоторое время сестру Тартана считали пропавшей. Даже думали, что она мертва. Что же, это мне на руку. Люди меняются, их привычки тоже. Можно не волноваться об ошибках. Но всё равно вступать в беседу я не спешила.

Бесстрастно улыбнувшись, осторожно приподняла свою чашечку и принюхалась к зелью. Приятный аромат терпкого винограда и пряной корицы с примесью мятных нот будоражил обоняние и вызывал желание ощутить сладость напитка.

– Вы уверены, что стоит это пробовать? – строго нахмурилась Эстан.

Я приподняла брови в лёгком изумлении. Неужели волнуется, что меня кто-то отравит?

Поспешила успокоить:

– Зелья приобретены Кенданом в столице. Разливала их моя преданная служанка. Конни никого не допустит к моим личным вещам, уверяю вас. Не говорю уже о моём вечном страже – суровом воине Рэнде.

– Тот, что застыл с той стороны двери? – отозвалась Мерри и мило зарделась. – Хорошенький!

Насчёт утверждения я бы поспорила, для меня этот человек всегда останется тем, кто едва не отрубил мне голову. И «хорошеньким» назвать его язык не повернётся. Я проворчала:

– Это не мешает ему хорошо обращаться с мечом. Вряд ли кому-либо из гостей удалось проникнуть сюда без ведома воина.

– Я не о тех гадюках говорю, Констанция, – нетерпеливо проговорила Эстан. – Вам не стоит прикасаться к чужим зельям, чтобы не…

Она замолчала и опасливо оглянулась на Конни. Служанка ничего не могла услышать с другого конца гостиной, но я сделала девушке знак выйти, и она немедленно подчинилась. Гостья в сером дождалась, когда дверь закроется, а после подалась ко мне и прошептала:

– Чтобы никто не догадался.

У меня в груди будто что-то оборвалось. Губы шевельнулись:

– О чём?

Она промолчала, пристально и многозначительно глядя на меня, да я и не ждала ответа. Сама понимала.

Мне намекнули, что чужие зелья могут разоблачить мою суть. Я уже не сомневалась, что дар, доставшийся мне от бабки, не особо в чести в этом мире. За него можно и с головой распрощаться. Но что поделать, если только это могло исцелить Амелоту, а мне помочь вернуться домой?

Я медленно отставила чашку и перебрала в памяти все случаи, когда принимала зелья. Ничего особенного не происходило, но далее рисковать не хотелось. Может, в то время я, не осознавая и не принимая собственной силы, не вызывала подозрений? Сейчас же, ярко ощущая в себе зарождающее могущество, которое порой пугало, была обязана поостеречься.

– Если вы что-то хотели спросить… – Я решилась поговорить напрямик. – То не тяните.

– Вы ждёте ребёнка? – тут же поинтересовалась третья гостья.

Мерри, которая в это время сделала глоток, прыснула и, подавившись, закашлялась. При этом не сводила с девушки в синем изумлённого взгляда.

– Джуна! – держась за горло, возмущённо прохрипела она.

– Нам надо знать, – сухо отрезала та.

– Увы, – вздохнула спокойная Эстан в ответ на нетерпеливый жест родственницы. – Джуна права.

Все трое посмотрели на меня.

– Я не беременна, – не стала скрывать.

Они синхронно выдохнули с явным облегчением, и вот тут заволновалась я. Да ещё Джуна добавила поленьев в костёр моего беспокойства, ехидно усмехнувшись:

– А вы переживали, что Констанция влюбилась! Я всегда знала, что у неё камень вместо се…

И осеклась, когда на неё покосилась Эстан. Я отметила, что эта молодая женщина среди троицы пользуется уважением и безоговорочным авторитетом.

Она была сдержанна и собранна, при этом стараясь быть незаметной. Тогда как младшая, будто яркая и беззаботная бабочка, могла полететь из любопытства и на огонь. Средняя же вызывала у меня неприязнь. От неё исходили волны зависти и крайнего недовольства.

Мной?

Возможно, стоит опасаться Джуну.

– Нет, – вдруг произнесла Эстан, и я удивлённо моргнула. – У моей сестры много недостатков, но она не дура. Если возникнет опасность, то вся семья пострадает. И Тартан больше всех. Вы же понимаете, что все мы здесь, как и вы, ради него?

Я задержала дыхание, не желая отвечать.

Нет, не понимала. Я уже ничего не понимала!

Может, Кендан потому и попросил меня поговорить с родственницами Тартана, что подозревает в чём-то моего «брата»? Посланник короля, соэр Фений, мой неожиданно объявившийся родственник, в план которого входило убийство ни в чём не повинной девочки, мог оказаться главным злодеем.

Потому муж и держит его как можно ближе.

Тогда я могу помочь разоблачить преступника.

Но как это сделать, чтобы не выдать себя? И не навлечь беду на Амелоту.

Я внимательно осмотрела девушек, отмечая, как старшая сжимает веер, средняя кусает губы, а Мерри беспокойно ёрзает. Будто чего-то ждут. Пришла пора вынимать мой главный козырь.