Ольга Коротаева – Миссия попаданки: пройти отбор! (СИ) (страница 20)

– Думала, ты будешь в синем, – воскликнула девушка. – Это же знак жрецу…

– Так дело в платье? – глухо уточнил Вис. Кетч усмехнулся и кивнул мимо меня: – Глянь-ка туда, чужемирка.

Я обернулась и на миг потеряла дар речи при виде окруживших площадь девушек. Кетчеры изумлённо разглядывали друг друга, а Циковия нервно рассмеялась:

– Они же все в синем!

Сквозь плотное кольцо слуг Виса к нам пробилась красная от злости Лия. Схватила меня онемевшую и утирающую слёзы Циковию за руки и с ворчанием потащила к площади. Я быстро оглянулась и, поймав взгляд Виса, шепнула:

– Я верю вам. И ничего не скажу.

Кетч кивнул с задумчивым видом, а Лия пихнула нас в ряды претенденток и прошипела:

– Выходим по одной, как назовут ваше имя.

Я поймала изучающий взгляд восседающего на каменном кресле Повелителя и вздрогнула: ну, конечно! Среди синих девушек я отчетливо выделяюсь нежным оттенком платья, словно белая ворона в стае чёрных. Если Лия сказала правду, и сам Повелитель велел мне облачиться в синий цвет, то что сейчас произойдёт? Судя по растерянным лицам «невест», никто из них не ожидал, что соперницы тоже знают «секрет синего». Значит ли это, что к каждой ночью наведался посланник? Или же постарались болтливые служанки, что слышали наш с Лией разговор на кухне?

За размышлениями я пропустила появление странного человека. Вроде только что никого на площади Круга Семерых не было, и вот в клубах багрового дыма возник невысокий мужчина… абсолютно обнажённый! Ну, если не считать замысловатых алых рисунков, покрывающих всё его тело. Опустила взгляд и сглотнула: действительно, всё! Но, казалось, кроме меня пикантный вид незнакомца никого не шокировал. Усмехнулась: и после этого они падают в обморок при виде неприкрытых ног?! Не драконы, а лицемеры…

– Кетчера Арм-Ульяна с острова Уля! – взвыл мужчина хорошо поставленным голосом уличного зазывалы.

– Ульяна Острова! – поправила я и медленно подошла к странному человеку.

Размышляя о том, зачем Повелитель настаивал на синем, если меня всё равно вызвали первой, оглянулась на претенденток. Стоящие плечом к плечу девушки так живо напоминали мне синий забор нашего универа, что я невольно улыбнулась. Когда же снова посмотрела на разрисованного мужчину, улыбка сползла с моего лица. Потому что незнакомца не было, а передо мной стоял дракон.

Небольшой алый ящер раскрыл пасть и, выдохнув, обдал меня мощным пламенем. Кажется, перед тем, как провалиться в темноту, я закричала.

Глава 9

В кровавой мерцающей тьме я увидела парня, и сердце моё сжалось: это Илья! Тот, в которого мне не повезло влюбиться на первом курсе. Я тогда совершенно голову потеряла… А он получил чего хотел, да исчез. Просто не явился в универ. Мне говорили, что он «ходок», но я не верила, смотрела на любимого сквозь розовую призму. Куда он пропал? Я не знала. Думаю, просто однажды он сел на свой старенький байк и уехал, как всегда мечтал, – странствовать по миру.

Но сейчас, в туманном мареве я снова видела его лицо, и сердце сжалось от такой боли, словно в него вонзили нож. Я думала, что давно уже оставила это в прошлом… как же я ошибалась!

Илья похлопал по сидению своего мотоцикла и белозубо улыбнулся:

– Поехали, красотка, кататься!

– Разве ты не устал? – услышала я собственный голос. Удивилась: как так? Я словно вижу сон наяву о самой себе и Илье. Но не помню такого момента в прошлом. А мой голос звучал слегка хрипло, словно я не спала двое суток и валилась с ног. – Давай завтра? Я едва шевелюсь.

– А ты не шевелись, – рассмеялся Илья и снова похлопал по сидению: – Я хочу кое-что любопытное тебе показать. Давай же!

Я сажусь, обнимаю его, ощущаю привычный запах, и к горлу подкатывается ком. И снова сердце ноет, будто его разрывают на части. Неужели я до сих пор люблю этого человека? И почему именно сейчас я о нём думаю? Или я погибла в том пламени, а это агония видений?

Ревёт мотор, ветер теребит мои волосы. Я в который раз подумала, что нужно купить шлем. Или это я та подумала? Как странно ощущать себя… и себя. Словно во мне две меня: та, что в прошлом и та, что в Мадин. Тревога росла с каждой минутой: что происходит?!

Илья тормозит, недоуменно разглядывает запертые ворота, цедит сквозь зубы:

– С чего это закрыто?

Я смотрю на сверкающую новую цепь и замок, выделяющийся на фоне старых ржавых ворот и сонно, едва борясь с дремотой, бормочу:

– Написано «Опасная зона. Не входить». Поехали обратно?

– Сначала кое-что покажу, – упрямо отвечает Илья. – Это от детей закрыли, там обрыв крутой. Не бойся!

Ставит байк на подножку, достаёт инструменты. Мне это не нравится, я нервно кутаюсь в его куртку, но молчу. Илью не переспоришь. Вскроет ворота и покажет мне какой-нибудь умопомрачительный вид на звёзды, а потом домой и через час вставать на утреннюю тренировку. Я зеваю и остервенело тру веки: не спать!

Замок побеждён, и мы снова едем по тёмной дороге, луч фары вырывает из темноты треугольник света, глаза мои устало закрываются. И вдруг что-то огромное появляется перед нами, Илья вскрикивает, сворачивает в сторону. Я взмахиваю руками, но передо мной лишь пустота. А внизу ничто, а в сердце обжигающий холод ужаса. Такой знакомый мне по жутким снам… Но я думала, что это лишь обыкновенный кошмар, как говорят психологи (и Марья Иннокентьевна) – страх смерти. Оказалось, это её настоящее дыхание, которое некогда коснулось и меня.

Эта часть моей жизни была похоронена в глубине памяти и лишь сейчас проявилась передо мной, выбивая воздух из лёгких и останавливая сердце. Потом были сильные руки, удерживающие меня на краю пропасти, в которой погиб мой парень, а я каким-то чудом выжила, хотя точно упала… И рыдала: долго и надрывно. Так, что у меня, казалось, закончились слёзы. На всю жизнь. Потому что для Ильи жизнь кончилась.

Я распахнула глаза и судорожно втянула воздух. Перед глазами плясали разноцветные пятна, во рту было сухо так, словно я сутки бродила по Сахаре, да веки горели будто в них насыпали песка. Надо мной склонился мужчина с разрисованным лицом, протянул чашу:

– Кетчера Арм-Ульяна с острова Уля, прими яд! Это освободит истинную суть!

Я судорожно схватила чашу и, едва соображая, что происходит, залпом осушила её. Яд? Да всё равно! В этом состоянии я выпила бы и машинное масло, и скипидар! Всё, что хоть как-то булькает, ибо казалось, во мне все ссохлось, жидкости не осталось совершенно. Облизала растрескавшиеся губы и попросила ещё. Картинки из забытого прошлого всё ещё мелькали перед глазами, они перемежались яркими пятнами синих платьев кетчер, образовывали странный фасматогорический танец. Чьи руки я ощутила тогда? И ещё голос… Но что за слова я слышала?

Казалось, вот-вот, и услышу их, но воспоминание теряло яркость, будто погружалось в темноту, каждый вдох давался всё легче, видения прошлого медленно, словно неохотно, отпускали меня. Уступили место яркому небу и миру Мадин. Первое, что я ощутила – пристальный взгляд. Пронизывающий, бередящий, требовательный, он словно касался меня физически. Я не подняла головы, и так зная, что это Повелитель смотрит на меня и как будто чего-то ждёт.

И тут я поняла, что добровольно выпила яд! И что я не сгорела… Быстро ощупала себя: платье на месте, палёным не пахнет. Что это было? А яд? Схватилась за горло, посмотрела на жреца. Разрисованный мадинский нудист поклонился Повелителю и громко проговорил:

– Кетчера Арм-Ульяна с острова Уля прошла испытание очистительным огнём и ядом Рейши. Она достойна стать невестой Повелителя Мадин! – Тут же повернулся к другим представительницам и позвал: – Кетчера Арм-Синафия из обители Лоэлья!

Я с трудом поднялась и, пошатываясь, побрела к другим претенденткам. Ну и испытание! Сожгли, отравили, невестой объявили… Причём тут синее платье и очерёдность? Ничего не понимаю. Циковия поддержала меня и даже шепнула:

– Ты молодец! Мне бы так продержаться.

– Да? – хмыкнула я. – И как, интересно?

– Смотри, – кивнула кетчера.

Я обернулась и застыла от ужаса.

Голый разрисованный жрец снова исчез, а появившийся вместо него кроваво-алый дракон лениво поливал девушку перед собой «очистительным» пламенем. Синафия упала на одно колено и вскрикнула.

– А ты устояла, – восхищённо шепнула Циковия. – Никогда бы не подумала, что твой дракон настолько силён!

Я сжала челюсти: вот только нет у меня никакого дракона! Я же обычная девушка, а не одна из мадиек. Жрец сменил ипостась и протянул кетчере чашу, которую та осушила с жадностью. Я её понимала, до сих пор во рту после этой «церемонии» сухо, как в пустыне. Яд? Прислушалась к себе: вроде чувствую себя нормально. Только спина ужасно чешется. Может, на том маленьком острове ободрала, когда за местным фруктом пыталась влезть на дерево? Надо будет Вию попросить глянуть, может, смазать чем исцеляющим…

После церемонии жрец объявил, что кетчера достойна стать невестой и водрузил на её голову корону, которая мне, как запасному игроку, увы, не полагалась. Я во все глаза уставилась на украшение: изогнутое, похожее на эльфийскую тиару из фентезийных фильмов, и в середине сверкал бирюзовый камень. Нет, не сверкал! Ар-кетч светился изнутри, словно детская игрушка на батарейках. Вот только в Мадин не было ни батареек, ни металла. Этот камень исцелит мою болезнь!