Ольга Коротаева – Академия оборотней: нестандартные. Книга 3 (СИ) (страница 37)

– Да-да, – ещё шире оскалился доминант. Я покачала головой: да у него от счастья сейчас улыбка на затылке сойдётся! А единорог продолжил: – Именно участников. Общим собранием тичсовета, королевских представителей и вашего покорного слуги… – Я не сдержала усмешку: слуги? Это он про себя? – …решено вместо репетиции провести сорок пятые оборотнические игры! В правила внесены небольшие изменения, с которыми участников познакомят представители академий.

Он ещё раз обвёл ряды притихших оборотней торжествующим взглядом и, задержавшись на мне (я невольно сжала руку Койела до слышимого хруста), снова белозубо улыбнулся. Захотелось сбежать прямо сейчас: забиться в первую попавшуюся нору и носа не показывать до окончания этих игрищ. Интуиция так и верещала, что не готов отпустить доминант из цепких копытец такого нестандартного оборотня, как я.

– Чую чудовищную горбато-рогатую подставу, – пробормотал Вемуд.

Я с энтузиазмом кивнула и покосилась на рыжего друга:

– Ты как?

– Ты только что при всех целовалась с Койелом, – криво улыбнулся принц. – И как мне, по-твоему?

– Ёжики лисатые! – нахмурилась я и, прогоняя не вовремя накрывшее смущение, раздражённо рыкнула: – Я спрашиваю, готов ли ты побороться за честь нашей академии? Или уступишь место Урвуку?

– Чтобы белобрысый тут же заполучил мою тушку? – приподнял рыжие брови Вемуд. – лучше уж получить по шее от вервульфа, чем попасться в копытца к единорогу! С доминанта станется наплевать на соглашение и, вызвав на Гору Росаю, оженить меня на месте, согласно их рогатым законам! Ты этого хочешь?

– Я хочу, чтобы мой друг оставался живым и здоровым, – честно призналась я. – Не думала, что игры объявят сейчас же. Рассчитывала, что тебя немного потреплют, и мы вернёмся, чтобы доучиться в академии. Но выступать сейчас против вервульфов – самоубийство! Ты не можешь воспользоваться магией, а сил у тебя не так много…

– С чего ты взяла? – обиженно вскинулся Вемуд. – Я не раз побеждал на тренировках Ровьюра!

– Побеждал верфоксов, – осадила я его и не сдержала улыбки: – А женитьбы нечего бояться! Я вот прошла через это, и жива… То есть Дэп прошёл! И ты сам говорил, что за пределами Горы этот брак недействителен.

– Если ты не представитель монархии, – ещё сильнее помрачнел Вемуд и буркнул: – Злая ты!

– Лучше быть злой, – хихикнула я, – чем перекрашиваться в блондинку! Тогда ты не…

– Да понял я, – сверкнул зеленью глаз вервульф и болезненно скривился: – Теперь ты с Койелом.

– Нет. – Я выдернула ладонь из руки Койела (ёжики пузырчатые, я всё это время держалась за него?) и ехидно улыбнулась: – Я с Мелисаной! Так что не соблазняйте женато-замужнего оборотня и готовьтесь к играм.

Теперь помрачнел Койел, но промолчал. Кажется, он посчитал поцелуй козырем и на время отступил. И почему при мысли об этом «пока» так замирает сердце? Неужели я решила поступить, как сотни других девушек: эгоистично исцелить разбитое сердце чужой любовью? На Земко не смотрела… Нет, я отчаянно избегала даже косой взгляд в сторону единорогов бросить, чтобы не дай ёлки звонкие, не столкнуться с чёрными глазами высокого блондина.

– Вот вы где! – нетерпеливо воскликнул Одан. Ректор вынырнул из толпы вервульфов и обвёл нас тяжёлым взглядом: – Знаю, что вы растеряны, а возможно, и напуганы, но…

– Я готов, – сухо кивнул Койел и хищно скривился: – Я так понимаю, в этом году единороги решили нарушить свои традиции?

– Вот это да! – тихо ахнул Вемуд и пристально посмотрел на вервульфа: – Думаешь, они примут участие?

– Увы, – ответил за сына Одан. – Единороги выступили с предложением, и серые… То есть межакадемический тичсовет не возражал, но я шкурой ощущаю, добром это не закончится.

– А искусством райнов, которому ты обучал Найку, – с подозрением уточнил Вемуд, – эти ловеласы тоже владеют?

– Вряд ли, – ухмыльнулся Койел. Ревниво покосился в сторону белокурых парней и добавил: – Высокородным единорогам не по статусу обучаться мастерству слуг.

– Но Земко-то знает! – возразил Вемуд.

– Земко всё же долгое время был изгоем. Многие решения он принимал вопреки силе рода. – Я скрестила руки на груди: ёжики тряпичные! Зачем парни говорят о нём? Больно даже слышать! Койел положил руку мне на плечо и с холодной усмешкой добавил: – С ним придётся повозиться, да. А прочие… Сами виноваты. Но другого выхода нет, нам необходимо задать единорогам трёпку!

– Это факт, – кивнул Одан, – иначе академия столкнётся с большой проблемой.

– Проблемой? – настороженно уточнила я и нетерпеливо передёрнула плечами, скидывая руку вервульфа. Плохое предчувствие не отпускало. – Что ещё, ректор? Не тяните лиса за корону!

Вемуд обиженно фыркнул, а Одан серьёзно ответил:

– Речь о традициях Белой Горы, на территории которой и решено проводить игры. Если в поединке побеждает единорог, то проигравший становится его рабом.

– Да чтоб у них рога пообломались! – обречённо застонала я. – Только вырвались!

И сжала кулаки: вот почему доминант так лыбился, глядя на меня. Всё это неугомонный единорог устроил, чтобы не отпустить нас с Дэпом. Экспериментатор парнокопытный! Увидел забавную игрушку и отпускать не хочет… Спина похолодела при мысли, что этот старый мерин захочет оставить меня в своём дворце. Ни за что! Или же это очередной план Земко? Не согласилась добровольно в наложницы пойти, так завоюет? Не зря же он в рядах участников от Белой Горы. И его вопрос… это был как бы последний шанс передумать добровольно? Стало холодно и больно. Не хочу видеть Земко таким!

– Не бойся, – придвинулся ко мне всем своим тёплым телом Койел, – я тебя никому не отдам. Ты…

– Интересно! – перебила я волка, прежде чем он закончил. Вот честно, сейчас я не хочу слышать слов вроде «Ты моя!» или подобных. Посмотрела на Одана и, размяв до хруста кисти рук, ухмыльнулась: – А если я выиграю у единорога, он будет моим рабом? Ректор, похоже, вам придётся принимать в ряды студентов не только Мелисану. Лично я планирую добыть ещё парочку рогов… Ой, рабов!

– Нет, – покачал головой Одан. – На единорогов это правило не распространяется.

– Как удобно устроились на своём насесте! – возмутилась я. – Всё им и ничего другим!

Осмотрела представителей от нашей академии: лица мрачные, взгляды тусклые, Вемуд так вообще воровато осматривается. Уверена, думает, как слинять с соревнований. Ну уж нет! Отступать нельзя, позади гарем… То есть оставлю я горе позади и покажу этой Белой горе, где раки свистят! Обернулась к Койелу и, заметив на его лице такую же решимость, какую ощущала сама, проговорила громко:

– Есть ли что сказать председателю студсовета?

– Конечно, – мгновенно понял, на что я намекаю, Койел. Он навис серой горой над студентами и, поигрывая мышцами, прорычал: – Участвуют ли единороги или нет – неважно! Мы всё равно сильнейшие!

Я невольно залюбовалась игрой грудных мышц, которую не скрывала тонкая ткань футболки. А ещё больше меня восхитил горящий взгляд волка, когда он добавил:

– На своей Горе белохвостые жеребцы как цветы в оранжерее! Изнеженные и неприспособленные к реалиям жизни. Наблюдали за соревнованиями из-за стены и шест о шест не ударили, чтобы, не дай рог, не осудили их высокое происхождение. А вы? Посмотрите на себя! Уже заранее сдались? После того как я с вами тренировался…

– И Дэп! – напомнила я и на косой взгляд вервульфа невинно добавила: – Ты же гонял меня на тренировки не только затем, чтобы я начала изучать искусство райнов, но и чтобы парней потренировать?

– Столько тренировок в нашей академии не проводилось даже к обычной «вульфимпиаде», – продолжал Койел, – сколько мы провели к репетиции соревнований. Я считаю, вы готовы! Это первое. А второе… Не забывайте, что не мы одни оказались в не очень приятной ситуации. – Он хищно ухмыльнулся и покосился на других оборотней, в основном вервульфов. – Слышал, многие начинают подготовку лишь после репетиции. Оценив соперников и решив, с каким усердием стоит тренироваться. А про единорогов я вообще молчу! Уверен, ещё вчера они и не думали выступать.

– Но не все такие слабые, как ты утверждаешь, – возразил Вемуд. – Один Земко стоит целой команды! Найка говорила, что это он научил тебя и её искусству райнов, и никто из нас не пройдёт во второй круг, если получит его в соперники.

– Не думаю, что он будет соперником одного из нас, – снова вмешалась я. – На первом испытании. – Посмотрела на Земко и, наткнувшись на пристальный взгляд единорога, поспешно отвернулась. – Уверена, у него есть план. Жаль, не знаю какой. Если единороги никогда не участвовали в «вульфимпиаде», а тут вдруг резко решили, значит, есть некий козырь. Или особый приз…

Ох, как мне не хочется думать, что этот «приз» я. Если Земко надоумил венценосного папочку, как меня заполучить, то и сам потом выкинет нечто не менее шокирующее, чем его провалившийся план по перевороту на Белой Горе.

– Так узнай, – пожал плечами Вемуд. Все обернулись на принца, и он широко улыбнулся: – Земко увлечён тобой, Найка! Если постараешься, он расскажет тебе не только свой план, но много чего другого…

– Ну-ка поправлю, – отвесила я лису подзатыльник, – а то корона с ушей сползает! Свои царские интриги оставь для дворца! Я на это не пойду…

– А я не позволю, – рыкнул Койел и проговорил громко: – Даже если один из единорогов сильный соперник, это не значит, что мы проиграем. Первый круг испытаний пройдёт могучий и выносливый. Даже Вемуд стал таким! – Лис горделиво сверкнул зелёными глазами и выпятил грудь, а Койел осмотрел вервульфов: – Кто из вас слабее верфокса?