Ольга Кобзева – Второе дыхание (страница 31)

— Величайший Рейджинал Лориош, сильнейший айсхи в Тираше, а может и во всем мире! — с почтением выдохнул Корт. — Говорят, он не просто истинный, а живорожденный.

— Рейджинал Лориош? — почувствовала, как в горле пересохло от знакомого имени. — Кто он такой?

— Айсхи Рейджинал — истинный правитель Тираша! — пафосно выдал Корт. — Род Лориош правил сотни лет, пока айсхи Рейджинал сам, по своей воле не отказался от наследования отцу, передав полномочия роду Тархар. Не знаю, с какой стороны ты прибыла, Виктория, где о том не слышали.

— И давно это было? — сглотнула, чувствуя, что руки холодеют.

— Полторы декады лет назад. Вместилище великого айсхи Дракгарха Лориош окостенело, правление Тирашем должен был принять его сын и наследник — Рейджинал, но вместо того венец власти опустился на голову проклятому Шандрэсу Тархар!

— Почему ты так говоришь? Чем плох Шандрэс?

— Тем, что ни Боги, ни народ не приняли его! Он выгнал айсхи Анаэль Лориош, бывшую ему женой. Приветил в своем доме маят. Говорят, у них даже родился наследник, только его никто никогда не видел.

— Анаэль Лориош? — зацепилась за имя рода. — Шандрэс женат на сестре Рейджинала?

— Он женился на ней сразу после принятия венца власти. Только это и остановило народ от бунта и кровавого восстания.

— Корт, ты живешь очень далеко от столицы, откуда все эти сведения? Неужели не допускаешь мысли, что можешь ошибаться, что все совсем не так?

— Народ всегда знает правду, Виктория. А вести сюда доходят пусть и запоздало, но неизменно.

Глава 35

Корт определил земли, на которых будет высажена серка.

— Она солнечные места любит, — пояснил глава. — А еще рядом с карьером никогда не растет. Эти поля как раз и от шурры далеко и от леса. Их в том году пустыми оставляли, чтобы земля напиталась, урожай должен выйти хорошим.

— Полностью полагаюсь на твои знания, Корт, — кивнула согласно. — Семена я проращу, чтобы как можно скорее всходы были. И потом еще подпитаю пару раз, очень уж мне не терпится масло отжать.

— Пресс не больше двух декад ждать, за это время серка никак вызреть не успеет, — улыбнулся моей нетерпячке Корт.

— Пресс обязательно опробуем! Отложили ведь уже те семечки, что на первое масло пойдут.

Высаживали серку целой толпой. Поселенцы роптали, не понимая, зачем падалку сажать.

— Коцалок кормить есть чем, — слышала я приглушенные разговоры самых недовольных. — А больше ни на что серка не годна!

— Никто не садит, а мы целое поле под нее распахали!

— Зря глава под дудку этой айсхи пляшет, ой зря! Как бы нам всем в холода эту серку жевать не пришлось!

— Так она вроде как гиблые семена прорастила. Слышала, Житар голосил, что садить нечего в этом году, Ларок гнилья набрал одного, что только на компост и годится! А сейчас на поля гляньте! Все к светилу вон тянется, да ровненько как, ничего прореживать не пришлось!

— Не стала бы айсхи просто так семена растить, брехня все!

— Прорастила, я сама видела! Ручкой вот так над землей провела, а за рукой-то и ростки потянулись. А к ночи сама вся белая была и дышала с трудом. Глава ее чуть не на руках в домик-то снес.

— А что глава наш, с айсхи теперь живет?

— Живет, еще как живет! И Мальярис глава из-за нее выгнал! А девка-то две весны ждала, что глава наш ей обручи связующие предложит.

— А я слышала, что привез он обручи-то. В Таронг за ними сам лично ездил! У Служителя готовые выпросил, одной темной обернулся. Айсхи те обручи предложил, а она ему обратно их прямо в лицо швырнула!

— Тю, дурка, что несешь! Чтобы главе и прямо в лицо? Да не стерпел бы он такого!

— Стерпел, еще как стерпел! Еще и улыбался при том! Айсхи-то из Проклятого леса пришла, главу нашего безумием видно и заразила!

Тут женщины заметили меня, резко осеклись. А я давно уже рядом стояла, прислушивалась. Много нового узнала, кстати. Никак показывать своего отношения к сказанному не стала. С каменным лицом прошла мимо, направляясь к первым канавкам с семенами. Сегодня я собиралась напитать ростки дополнительной силой. Погода позволяет, хочу, чтобы урожай как можно скорее был.

Женщины, еще минуту назад обсуждавшие меня без утомляющей почтительности, сейчас притихли и даже лицемерно кланялись, стоило мимо пройти. Пожалуй, притворство и фальшь я не люблю сильнее угодливости.

Отдав столько силы, сколько никогда не отдавала, усталости к вечеру не почувствовала. По крайней мере, не такую, что как раньше с ног валила.

Перед домом главы ждала молодая девушка со свертком.

— Мамка просила передать, — проблеяла она, пряча глаза.

— Что это? — не спешила брать неизвестно что, справедливо опасаясь, особенно после недавнего выступления Мальярис.

— Так платье сменное, — вскинула на меня огромные глазищи девчонка. — А еще исподнее и гребень.

— Спасибо тебе, — принимая сверток, коснулась руки девушки, чувствуя… что-то определенно чувствуя. — У тебя есть открытая рана? Откуда-то течет кровь? — предположила, пытаясь понять природу собственных ощущений.

— Так кровь теряю, — покраснев до самых зубов, прошептала в ответ девушка. — А как вы узнали?

Признаюсь, мне тоже стало стыдно, но и интересно тоже, как я смогла почувствовать, что девушка передо мной не совсем в порядке.

— Позволишь твою руку?

Взяла опасливо протянутую ладонь, сжимая, прислушиваясь к внутреннему голосу. Я чувствовала ток крови этой девушки по венам. Слышала биение ее сердца. Мне даже не нужно было сильно напрягаться, чтобы настроиться на нее, все выходило само собой, легко и без усилий. Новая грань дара?

— Спасибо тебе, — отпустила подрагивающую ладошку. — И маме спасибо передай.

Девушка низко склонилась и торопливо сбежала.

Рассмотрев обновки, порадовалась, что наконец-то смогу сменить одежду. Искупавшись и переодевшись, перекусила тем, что принесли женщины. Готовить мне почти не приходилось, каждый день на столе местные оставляли продукты то ли для меня, то ли для главы.

Одернув широкую юбку, прицокнула. Надоел мне этот образ до чертиков! Штаны хочу! Пусть самые обычные или кожаные, да какие угодно. Была бы нитка и иголка, сама бы из юбки перешила. Как-нибудь.

Перед сном было и еще одно дело. Выйдя из дома главы, поднялась вверх по улице, приближаясь к самому невзрачному строению в поселке.

— Тариша, можно на пару слов? — уже в темноте постучалась к лекарке.

После того неприятного разговора, старуха никак не показывала неприязни ко мне, да она и тогда скорее о Корте заботилась, чем меня гнала. Я ее прекрасно понимаю и даже, наверное, поступила бы на ее месте также. Только вот я на своем месте, и думать должна прежде всего о себе.

— Заходи, айсхи, зачем спрашиваешь.

Прошла в дом, уселась на лавку, на которую хозяйка указала. С благодарностью приняла чашку с травяным настоем.

— Почему никто больше травяные настои не пьет? — сделав глоток, спросила у ведуньи.

— Так никто в травах больше не разбирается. Не те заваришь, и на поклон к Айхашшис отправиться можно, — беззлобно откликнулась Тариша.

— Есть ведь простые травы, которые всем можно. Которые только пользу приносят. Неужели местных обучить нельзя? Или сушить на всех и по мешочкам. Чтоб уж точно не перепутал никто.

— А вот ты и займись, — прищурилась старуха. — Вижу я, что хватаешься за все, словно места своего сыскать никак не можешь. Покажи детворе, какие травы брать, коли знаешь, да и суши после.

— Может и займусь, — уверенно встретила насмешливый взгляд. — Тариша, ты мне вот что скажи лучше, — замолчала, подбирая слова. — Ты про разделенное сознание что-нибудь слышала?

— Слышала, как не слышать, — кивнула лекарка. — Сильные айсхи на то способны. А что, неужели прорвался-таки к тебе кто?

— Прорвался? — не поняла я.

— Заслон у тебя в голове стоит, айсхи, — ткнула меня жменей в лоб старуха. — Как на вместилище стоял, так и в голове такой же. Только сила дорожку свою нашла, а вот здесь как была стена, так и есть! — и снова постучала меня по лбу.

Глава 36

Это случилось на следующий день.

Все шло, как обычно, по привычному уже укладу. Привести себя в порядок, поесть, проверить строительство дома, а потом поля. Пару часов я посвятила собирательству трав на окраине Проклятого леса. Не думаю, что здесь, так далеко от моря, а значит, и источника отравления растения могут быть опасны.

Собирала по принципу похожести с земными. Срывала, нюхала, пробовала на вкус. Нашла аналог ароматного чабреца, кустики пряной мяты, а еще растение с алыми листочками, не похожее ни на какое земное, но его запах — это что-то потрясающее! Чуть терпкий, с древесными нотками и одновременно небольшими, едва заметными молочными тонами. Молочный улун — вот что растение напоминало больше всего!

Последний этап — получить одобрение Тариши, убедиться, что травки не навредят. Старуха согласно покивала на все собранное. Красные веточки назвала этаршей.

— Этарша при больном горле хороша, — сообщила Тариша. — Отличный сбор выйдет, айсхи.

— Да их и порознь пить можно, — пожала плечами. — Этаршу над домом хорошо бы высадить, — высказала мысли вслух. — Кусты высокие, красивые. А что, Тариша, в больших городах тоже не пьют травяные сборы?