Ольга Кобцева – Непокорные (страница 6)

Ветер гнал облака по сизому небу, и небольшие тени, будто рытвины, покрывали тереольскую площадь. Карленна неспешно разорвала письма на мелкие части, отрывая и бросая их под ноги, как шелуху от семечек. Настал черёд третьего послания. Быть может, в нём королева найдёт что-то ободряющее? Она развернула конверт без опознавательных печатей и вчиталась в текст. От него девушка похолодела ещё больше, чем от первых двух писем. Человек, пожелавший остаться неизвестным, передавал дурную весть: ведьма задумала убить Адрена раньше срока. Это шло вразрез со вторым письмом, и девушка не понимала, кому верить – Шоаре, к которой она и так потеряла доверие, или этому анониму? Тот заверял, что крайне заинтересован в помощи Арнесту, и даже описывал комнату, в которой содержали Адрена. Он также послал копию письма сразу в Мейфор, в руки арнестких лордов, которые не покинули своего короля. Карленне стоило лишь отдать приказ, и они попытались бы освободить её мужа. Да и без приказа освободили бы. Вызволили бы, провели по старым подземным ходам…

Но правдиво ли письмо? Стоило ли идти на поводу у анонима и так рисковать?

Вышедший на балкон слуга остановил размышления королевы. Он уточнил, не приготовить ли ей карету.

– Зачем? – холодно спросила Карленна.

– Ехать в тюрьму.

– Я сегодня не поеду в тюрьму.

Слуга замешкался, после кивнул и удалился.

Его удивление понятно – королева впервые не поехала к Эшету. Она усмехнулась. А зачем, если встречи с ним не приводили ни к чему, разве что к всплеску эмоций. Пусть одиночество станет справедливым наказанием для непокорного офицера. Он увидит, как тяжела жизнь заключённого, как «совесть, честь и справедливость» могут обернуться погибелью для того, кто им следует чересчур слепо.

Королева привстала и выглянула на площадь. Тёплый ветер пронёсся вдоль её волос, а из-за холма выглянул край тереольской тюрьмы. На площади конюх выводил лошадей, дворовые слуги приводили в порядок кареты, очищая их от грязи. Советники, которые утром глумились над королевой на собрании, разъезжались по домам. Лорды знали – Эшет не подпишет признание, не выдаст их. И пока Карленна по-настоящему не накажет его, её бездействие будет выглядеть беспомощностью.

Девушка отвернулась от края балкона. Она села на место и прикрыла глаза, радуясь, что осталась во дворце одна. «Одна, как Эшет в камере», – возникло вдруг в мыслях, и ей пришлось усердно отгонять от себя идею всё же навестить его сегодня. Пусть офицер и дальше сидит в своей камере, раз голос разума не властен над ним.

На балкон вновь зашёл слуга.

– К вам посетитель, Ваше Величество. Пригласить его?

– Кто?

– Лорд Пьех.

Отец Эшета. Как бы королева ни старалась оградиться от встречи с офицером, обстоятельства влекли её к нему. Наверняка лорд Пьех хочет поговорить с ней о своём сыне. Что ж, пусть попробует.

– Позови его, – разрешила девушка.

Карленна слышала, как за дверью слуга вполголоса докладывал генералу о настроении королевы, а после пропустил его в королевские покои. Лорд Пьех прошёл на балкон и закрыл за собой дверь. Он осмотрелся. Здесь не было второго кресла, чтобы присесть, а Карленна не пожелала позаботиться об удобстве гостя, потому он, сделав вид, что так и задумано, остался на ногах.

– Я слышал, вы сегодня не поедете в тюрьму, Ваше Величество? – обратился он к девушке.

– Вы правильно слышали.

– Вы решили отложить поездку? Поедете завтра? Какие-то проблемы в тюрьме?

Карленна едва скрыла ехидную улыбку. Беспокоится о сыне – так ему и надо!

– Никаких проблем нет. Я больше не поеду в тюрьму, – ответила девушка, не смотря в сторону генерала. Краем глаза она отметила, как лорд Пьех заволновался, его взгляд забегал. Утром, во время собрания, он не поддерживал советников, насмехающихся над королевой, и молчал, избегая ссоры с ней: пока его сын находился в плену, он боялся сделать лишний шаг, способный рассердить Карленну.

– Почему не поедете? – осторожно уточнил генерал.

– Потому что это бессмысленно.

– Раньше вы часто посещали тюрьму.

– Верно, – подтвердила королева. – Я ездила к Эшету через день, потому что надеялась, что он напишет признание и отдаст советников правосудию. Я хотела, чтобы не только он, но и все предатели были наказаны. – Она окатила генерала прямым взглядом.

– Так вот, чего вы хотите? Избавиться от советников?

– А вы бы не хотели избавиться от людей, которые пытались сжить вас со света?

Лорд Пьех замолчал. Он отвёл взгляд, делая вид, что наблюдает за двором.

– Эшет не выйдет из тюрьмы, пока я не получу от него признание, – заключила королева. – Боюсь, однажды упрямство доведёт его до смерти. Я как королева предпочитаю казнить предателей.

Генерал тяжело вздохнул.

– Я могу быть честен с вами, Ваше Величество?

– Пора бы уже, – холодно рассмеялась Карленна.

– Я как отец желаю своему сыну самого лучшего. И, конечно, хочу вызволить его из тюрьмы. Эшет ошибся. Я знаю, что мой сын действовал не только по приказу советников, но и по воле собственных чувств. Он был действительно очарован вами с первой встречи. Вы могли бы воспользоваться его любовью к вам.

– Любовью? Вы действительно так считаете? – ещё один смешок сорвался с уст королевы. Она не постеснялась спросить прямо: – И что вы мне предлагаете, переспать с Эшетом?

Генерал промолчал. Карленна поразилась: значит, он всерьёз рассматривал такую идею. Она гневно нахмурилась:

– Вы пытаетесь решить проблемы вашего сына за мой счёт? То есть это я должна его ублажать, чтобы он получил свободу?

Генерал смутился, но от своего предложения не отступил:

– Вы думаете, мой сын не согласится?

– На что именно? Переспать со мной – согласится. Помочь мне за это – не согласится!

– Глупец, – пробормотал генерал.

Карленне показалось, что она плохо расслышала.

– Что?

– Глупец, – повторил генерал громко.

Королева спросила с любопытством:

– Вы не поддерживаете собственного сына?

– Лучше бы он написал это поганое признание и получил свободу, чем сидел в тюрьме.

– А я думала, вы человек чести, как и Эшет.

– Я человек чести, – подтвердил генерал. – Но это не имеет значения, пока мой сын сидит в тюрьме.

Королева пожала плечами:

– Это его выбор.

Генерал оглядел двор под балконом, после повернулся к Карленне. Его голос, тихий и вкрадчивый, добрался до королевы:

– А если бы не Эшет, а я оказал бы вам некоторую помощь… Возможно, тогда бы вы наградили меня свободой сына?

Карленна заинтересованно склонила голову набок:

– Зависит от того, что бы вы мне предложили.

Генерал держал руки по швам, как на плацу, но всё время ковырял пальцами ладонь – и Карленна поняла, что разговор, который он ведёт, даётся ему нелегко.

– Допустим, я мог бы написать признание от лица сына. Тогда вы смогли бы избавиться от советников.

– Вы на это способны? Советники и ваш сын будут презирать вас.

– Лучше пусть меня презирает живой сын, чем я буду гордиться мёртвым. А что до советников… Будь они на моём месте, поступили бы точно так же.

– С чего я должна верить, что вы не обманете меня в чём-нибудь? – прищурилась Карленна.

– Вряд ли я стал бы вас обманывать, пока жизнь Эшета в ваших руках, – заверил лорд Пьех.

– Вы однажды уже вступили в заговор против меня.

– И ни к чему хорошему это не привело. Теперь я предпочту вступить в заговор вместе с вами.

Карленна опустила глаза. Думала она недолго, потому как иных способов добиться желаемого у неё не было.

– Я согласна, – решила девушка. – Приступайте.