Ольга Кобцева – Непокорные (страница 11)
Мираби выехала на поле. Уже наступила ночь, и среди тёмной глуши ворковали сверчки. Кончики высокой травы, словно шерсть, ласкались об ноги, капли росы прилипали к девушке всё настойчивее. По правую руку раскинулась дубравная полоса, – она означала границу Калледиона с Арнестом. Там-то в тени леса и скрывалась арнестская стена. Вдалеке виднелись ворота, через которые можно было пересечь границу, очередь к ним и ожерелье огней, украшающих вершину высокого забора. Ведьма не стала приближаться туда. Девушка видела, что дальше арнестская стена углубляется в лес, где её не будут охранять стражники, а, значит, забор можно перелезть. Поодаль Мираби подловила одинокого путника и за мизерную оплату, которая у того нашлась, продала ему лошадь – взять её за стену всё равно не получится, а деньги пригодятся.
Девушка направилась в лес. Он начинался с непроходимых бугров, топей и деревьев, чьи ветки, словно паутина, опутывали друг друга. Мираби пришлось пролезать сквозь них, ощупывать всё вокруг, чтобы не наткнуться ни на что острое. Луна сияла, но ведьма едва видела её свет сквозь плотные кроны.
В конце концов Мираби вышла к арнесткой стене. Лес расступился, и перед девушкой появился забор – высокий, как волны в шторм.
«Дрянные Существа!» – разочарованно подумала ведьма. На что она надеялась, придя сюда? Как собиралась перелезть? У неё нет верёвки, нет ничего, с помощью чего можно подняться, даже деревья – и те слишком далеко, чтобы забраться на них и попробовать по веткам спуститься на ту сторону. Но в жизни Мираби никогда ничего не бывало так просто. Она побрела вдоль забора, надеясь найти более податливый участок стены.
Девушка долго пробиралась вперёд. Она озябла и устала, ветер подхватывал её платье, а ноги, опутанные тяжёлой и влажной от росы тканью, едва передвигались. Мираби сокрушалась, что не взяла с собой ничего полезного для долгой дороги: ни еды, ни запасной одежды, а деньги, вырученные за лошадь, посреди леса бесполезны. Она шла до той поры, пока не занялся рассвет. Запели птицы, проснулся лес. Забор всё тянулся нескончаемой чередой серых камней, но ведьма надеялась, что однажды набредёт на дырку или невысокий участок, через который можно попасть в Арнест.
Тень под девушкой постепенно сокращалась, а солнце вставало всё выше. Мираби проголодалась. Несколько раз она ненадолго углублялась в лес, чтобы добыть себе ягоды, а после возвращалась к забору. Где-то же он кончится! Где-то же найдётся проход в Арнест! Да и так ли ей нужно это королевство? Ведь им сейчас правит калледионка, а они, как известно, ненавидят ведьм.
Темнота начала захватывать горизонт. Ноги болели, и, когда Мираби сделала привал, усталость сморила её. Девушка проснулась от уханья совы. Пробирающим ветром наступила вторая ночь, звёзды украсили небо.
Эта ночь была светлее, но безнадёжнее предыдущей. Мираби проклинала всё на свете и готова была воззвать к тёмным Существам, лишь бы они помогли ей добраться до Эфлеи. Прошёл мелкий дождь. Дорога на бугре, где стоял забор, была покатой и довольно скользкой от травы, девушка постоянно спотыкалась, ухватывалась за реденькие кусты, осмелевшие прорасти возле арнестской стены, но всё равно, бывало, падала.
«Дрянные Существа!» – воскликнула Мираби в очередной раз, но впервые в её голосе послышалась радость. В заборе примерно на уровне головы зияла дыра, достаточно широкая, чтобы через неё пролез человек. Мираби мигом подтянулась на руках, ногами упираясь в стену, чтобы легче было карабкаться и удерживаться, и пролезла в проём. Ограда оказалась не только высокой, но и широкой, так что девушка полностью уместилась внутри дыры. Она поцарапала локти и колени о каменный срез, когда пыталась развернуться, чтобы удобнее было спускаться на ту сторону. Мираби ничего не могла разглядеть в лесной темноте, царившей со стороны Арнеста, и пыталась наощупь поставить ноги на землю, но не дотягивалась. Она решилась прыгать наугад. Девушка вздохнула и, на секунду задержав воздух, будто бы собиралась броситься в воду, прыгнула на землю.
Под ней что-то хрустнуло. Земля, на которую Мираби упала, вдруг сама начала опадать вниз, окатывая её холодными грязными комьями. Ведьма рефлекторно схватилась за траву, но зелень оторвалась от земли вместе с корнями и полетела вниз вслед за девушкой. Мираби ударилась ногой и вскрикнула. Тело заныло от боли, она испугалась, что при падении могла сломать себе что-нибудь. Ведьма со стоном попыталась встать и тут же осеклась – кто-то посторонний мог различить её крик. Она затихла. Дрянные Существа, если кто-то услышал её…
Надо было выбираться отсюда. Девушка ухватилась за корешки, торчащие из земляной стены, вставила носок ноги в углубление и попыталась подняться. Корешок вырвался, и вниз, прямо в волосы, посыпалась грязь. Мираби повторила попытку – но снова неудача. Ведьма стиснула зубы. Она не могла даже дотянуться до верха ямы. Да и, похоже, это была не просто яма, а ловушка для тех, кто незаконно перелез в Арнест. Девушка оказалась в безвыходном положении. Выход-то был, она его видела над собой, но яма была столь глубока, что без посторонней помощи Мираби бы не выбралась.
Ведьму трясло, она злилась и хотела плакать. После очередной бесплодной попытки вылезти на неё посыпались земляные комья, которые она даже не стала отряхиваться. Девушка села на пол тесной ямы и уткнулась лицом в колени. Однако потом, одержимая стремлением к свободе, она встала и схватилась за траву наверху. Мираби вытянулась на носочках, попыталась достать палку или – лучше – склонённую к земле ветку, но всё напрасно. Тогда девушка начала хаотично бродить по яме, ставшей ей новой клеткой.
Шуршание сверху отвлекло её. Мелькнула тень. Мираби подняла глаза, и, ещё толком не разглядев, что или кто находится наверху, взмолилась о помощи:
– Эй! Помогите выбраться!
И только потом она разобрала,
– Кто такая? – спросили её.
– Я упала и не могу выбраться!
Ответ не соответствовал вопросу. Ружьё дёрнулось, щёлкнул затвор.
– Кто такая? Имя? – жёстко повторил стражник.
В этот раз Мираби благоразумно смолчала. Просить о помощи показалось ей бессмысленным, а своё имя она называть не хотела, потому что вслед за именем всё равно пришлось бы объяснять, кто она такая, откуда взялась и куда направлялась.
Только вот молчание не удовлетворило стражника.
– Из Калледиона? – спросил второй голос. – Эй, отвечай!
Мираби снова промолчала.
– Вылезай! – нетерпеливо приказали ей, не дождавшись ответа.
Стражник протянул ей руку и вытащил наверх. Он отошёл в сторону, разглядывая девушку, а она, оставшись возле ямы, рассматривала его и второго стражника, который в неё целился. Стоило бы воспользоваться силами невидимости, но как Мираби ни взывала к своей магии, ничего не выходило. Силы иссякли. Требовалось время, чтобы восполнить их, но вряд ли стражники намерены были ждать. Под их взглядами Мираби боялась лишний раз пошевелиться, чтобы в неё не выстрелили или не столкнули обратно в яму.
– Я лишь хотела добраться до Эфлеи, – объяснила она, пытаясь смягчить стражников.
– Через дыру в арнестской стене? – недобро усмехнулись они.
– Мне показалось, так быстрее.
Стражники переглянулись.
– Шпионка? – спросил один другого.
Второй пожал плечами:
– Может быть.
– Никакая я не шпионка, – вздохнула Мираби. – Я же сказала, что хотела добраться до Эфлеи.
– Шпионка, – утвердительно сказал первый стражник.
Он двинулся к девушке, сцепил ей руки за спиной и повёл. Куда – она пока не знала.
ГЛАВА 11. Первое собрание
Нику предстоял волнительный день. Сегодня он впервые должен был проводить собрание Совета.
Десяток карет – богато отделанных, расписанных сложными узорами, инкрустированных драгоценными камнями – стояли в монт-д’этальском дворе, развлекая взгляд любопытных слуг и дворовых работников. Ник смотрел на всё это великолепие из окна приёмной, переделанной в зал Верховного Совета. Он, честно сказать, удивлялся всему этому богатству, точнее, бесполезности всяческих украшений. Скитания по Дакхаару научили новообращённого короля, что если он едет верхом, а не идёт пешком, – то это уже хорошо, а все эти камни, узоры и прочая чепуха, которая привлекает внимание, совершенно не нужна. Он считал, что лучше тратить казну на что-то полезное и необходимое, на армию, например, на нужды населения, на развитие городов, а не на кареты, собранные здесь, словно на маскарад.
Лорд Фаркол, первый советник, прибывший на собрание, скривился, когда Никос поделился с ним своими соображениями.
– Это не роскошь, а необходимость, Ваше Величество. Люди должны понимать, что перед ними лорды, а не всякий сброд.
– А какая разница?
– Как это какая разница? – округлил глаза советник. – Люди уважают лордов. А не лордов не уважают.
Ник возразил бы. Воспоминание из путешествия по Дакхаару подсказывало ему, что к богачам отношение строится двумя путями: либо перед ними лебезят, насмехаясь за спиной, либо хотят обдурить. Принца пытались ограбить в дакхаарской гостинице и наверняка попытались бы ещё раз, если бы он не начал вести себя осторожнее. А дальше по цепочке вспомнилась Мираби. Как она там? Что с ней? Призраки уже давно доставили обманное письмо арнестцам, значит, те должны были попытаться освободить своего короля; точнее, открыть комнату с запертой ведьмой, думая, что там король. Призраков ожидаемо не подпустили к Мейфору, но они слышали, что после передачи письма там случился переполох – наверняка Мираби удалось бежать. Только вот куда? Она смогла спрятаться не только от преследователей, но и от тех, кого Ник подослал ей на помощь.