Ольга Кобцева – Двуликие (страница 33)

– Так вы позволите зайти в комнату?

– Нет, не позволю. Уж не думаете ли вы, что я против закона прячу в комнате что-то колдовское?

– Но… Ваше Величество! – Дант Гарс повернулся к королю и попытался воззвать к его разуму. – Я лишь пытаюсь найти ведьму. Разве я смогу это сделать, если что-то будет сокрыто от меня?

– А что такого может быть сокрыто от вас в моей спальне? – возмутилась принцесса. – Но если это действительно столь необходимо… – вздохнула она, обиженно поглядывая на отца.

Джеральд и без того задолжал ей. Из-за него принцесса отказалась от Димира. Неужели за ее жертву папа не пойдет на уступки и не отпугнет охотника?

– В этом нет необходимости, – решил Джеральд. – Если Карленна не желает, чтобы в ее комнату вторгались, продолжайте поиски в другом месте.

Дант Гарс с нескрываемым подозрением посмотрел на принцессу – в его глазах она увидела огонь. Карленна ответила ему победным взглядом. Повинуясь указу короля, он занялся обысками в соседних комнатах, а потом ни с чем убрался с этажа, где принцесса дала ему отпор.

Глава 29

Темной ночью

Ночь опустилась на могучий эфлейский лес. Кудрявые кроны сомкнулись и угрожающе обступили небольшую поляну. Где-то вдалеке послышалось глухое уханье совы, треснула и упала с дерева сухая ветка. Облака расступились, и луна осветила огромное неприступное здание – эфлейский оружейный склад, примыкающий к учебному военному гарнизону. Вдоль задней стены взад-вперед ходили двое часовых.

Затрубил рог. С противоположной стороны здания, которую не было видно с поляны, заскрипела массивная дверь и послышался ритмичный топот множества солдатских ног. Зычным эхом раздавался голос командующего. Солдаты вышли на учения, гарнизон и оружейный склад опустели. Тишина вновь обволокла окрестности. Часовые неспешно прошлись вдоль стены и остановились у заднего входа. Усталость и безмятежность отражались на их лицах, чувства притупились, ночная тишь манила забыться и вздремнуть. Часовые прислонились к высокой каменной стене.

А на другой стороне поляны Ник и монт-д’этальские призраки, скрытые тенью густой листвы, тоже следили за черным входом. Той ночью у склада ожидалось занимательное представление с повстанцами в главной роли.

Накануне Фергюс встретился с «другом Л.», после чего сразу же вызвал принца и призраков к себе. «Повстанцы нападут на оружейный склад сегодня в полночь, когда солдаты выйдут на учения», – предупредил старик. Вот уже долгое время они замышляли восстание, и покушение на Димира должно было стать лишь первым шагом на пути к перевороту в королевстве. Но рассчитывать на победу они не могли: их арсенал ограничивался простенькими охотничьими ружьями, ржавыми ножами и кинжалами, в то время как в распоряжении королевской армии было лучшее оружие из Заморья. Набег на склад помог бы им уравнять силы.

«Среди повстанцев будет Нэйт, их главарь. Его желательно взять живым, будем его потом допрашивать, а с его дружками разбирайтесь, как получится. Меня интересует в первую очередь кукловод, а потом уже куклы», – заключил инквизитор.

И вот Ник и трое призраков сидели в зарослях подлеска, выжидая повстанцев. Еще двое спрятались в кустах с другой стороны поляны, а один залез на дерево. Серые, словно крысиная шкура, одежды делали их почти невидимыми. Принц тоже привыкал к новому облачению. Он с восторгом, смешанным с тревогой и страхом, наблюдал за поляной. «Отвечаете за принца головой», – обрадовал Фергюс призраков. Для пущей безопасности Ника и призраков снабдили короткоствольным пистолетом, одной из заморских новинок с оружейного склада.

Представление началось, когда из-за угла выскочили две тени. Они вмиг подскочили к сонным и растерянным часовым, которые не успели взяться за оружие, как ножи впились им в горло. Принц вздрогнул и схватился за свой пистолет, но твердая рука призрака остановила его.

– Набежали, – с ухмылкой прошептал призрак и указал на тени в отдалении. – Вон еще повстанцы.

Те бесшумно скользнули по остриженной поляне. Воровато оглядываясь и подавая друг другу знаки, они подбирались ко входу на склад. У двери они остановились, снова огляделись и прислушались. Стояла густая тишина.

Черные фигуры закопошились у двери. Видимо, вскрывали замок. Вскоре один из повстанцев осторожно приоткрыл дверь и заглянул внутрь. «Чисто», – кивнул он товарищам, и они друг за другом прошмыгнули на склад, не подозревая, что в темных углах там притаились гвардейцы. Они дожидались сигнала, чтобы схватить повстанцев. Складская дверь закрылась, поймав всех в прочную паутину, сплетенную старым инквизитором.

– Берем их? – воодушевленно спросил Ник.

– Тише! Нет, пока наблюдаем. Еще не все в ловушке, – прошептал призрак.

– Откуда ты знаешь?

– Вон в тех кустах прячутся двое повстанцев. И еще невесть сколько притаилось в лесу.

Ник присмотрелся к кустам. На миг ему показалось, что в зарослях действительно кто-то шевельнулся. Если он что-то и увидел, то помогло ему скорее не зрение, а фантазия, подкрепленная словами призрака. Но раз тот сказал, что повстанцы там, значит, они действительно там.

– Как ты что-то различаешь в кромешной тьме? – удивился принц.

– Я не только смотрю, я слушаю, чувствую и догадываюсь, – пояснил призрак.

– Я ничего не вижу, кроме дремучего леса, и не слышу, кроме шелеста листьев.

– Тогда попытайся рассуждать. Стали бы повстанцы заходить на склад, не оставив никого из своих следить за округой?

– Нет, наверное.

– Вот тебе и ответ. Ты можешь предположить, что кто-то из них остался снаружи, чтобы предупредить товарищей об опасности, если вернутся солдаты или часовые. Раз догадываешься об этом, то попытайся найти повстанцев. По теням, по шороху, может, по запаху. Как угодно. Ты знаешь, что они где-то здесь, и рано или поздно они себя выдадут. Твое дело – следить, и тогда ты заметишь их.

– Я слежу, но не замечаю. Может, мне все-таки не дано быть призраком?

– Опыт – вот наше с тобой единственное отличие друг от друга. Со временем ты наберешься опыта, научишься наблюдать и размышлять, это поможет тебе стать настоящим призраком. С одним лишь условием: если ты действительно этого захочешь.

На поляне было тихо. Из-за закрытой двери склада не доносилось ни звука. Нику же не терпелось начать арест.

– Долго еще ждать? – поинтересовался принц.

– Не знаю пока. Надо наблюдать.

Призрак, что сидел слева от Ника, поднял голову вверх, к дереву, куда взобрался один из «серых», и подал какой-то знак рукой. Тот ответил жестами.

– Снаружи больше двух осталось, – пояснил призрак.

– Они пешие или на лошадях? – спросил другой.

– Поблизости лошадей нет.

– Скорее всего, оставили за рекой, – предположил третий. – И обратно вброд перейдут реку, чтобы сбить солдат со следа, когда обнаружится пропажа.

– Должно быть, не только лошадей, но и повозку. На одних лошадях повстанцы много оружия не увезут.

– Или они могли подготовить лодку.

– Что думаешь, Ник?

Ник не думал ничего. Лишь слушал и пытался успевать за потоком мыслей призраков. Принц всматривался в темноту, думая, сможет ли добавить что-то к словам призраков, но пока на ум ничего дельного не приходило.

– Повстанцы открыли дверь, – только и смог сообщить он.

Они выкинули на поляну несколько ящиков с оружием. Тут же из леса выскользнули два силуэта. Они подбежали ко входу на склад, взвалили на себя ящики и повернули обратно.

– Пятеро. Их пятеро снаружи, – сообщил призрак, пообщавшись со своим другом на дереве. – Еще двое понесут следующие ящики, один останется сторожить вход.

– Берем их.

Один призрак подал знак остальным, притаившимся в кустах на другой стороне поляны, второй отделился от группы, чтобы сообщить гвардейцам о начале ареста. Через минуту на складе послышалась возня и агрессивные крики: повстанцы сопротивлялись, но ловушка уже захлопнулась. Сложнее оказалось поймать тех пятерых сообщников, которые остались снаружи. Они немедля побросали ящики и кинулись в чернеющий лес.

– За ними! – прокричал призрак.

– К реке! – подсказали с дерева.

Азарт погони охватил Ника. Принц выскочил из зарослей, сжимая в руке пистолет, и ринулся за повстанцами. Кусты и деревья то и дело вставали на его пути, цепкие ветви били по лицу, хватали за одежду. Ник спотыкался о кочки, пни и развалившиеся сухие стволы деревьев, но продолжал бежать. За своим тяжелым дыханием Никос расслышал крики, шорох, выстрелы – где-то впереди, чуть правее, если слух не обманывал, – и кинулся в ту сторону.

Сердце колотилось, но уже не от волнения, а от усталости, ноги начали заплетаться. Ник зацепился за что-то, и прямо рядом с ним со свистом пролетело несколько дротиков. Чудом ни один из них не задел принца. «Повстанцы!» – догадался он. Ник кинулся в сторону и побежал не по протоптанной тропе, а вдоль нее. Шершавая ветка ободрала кожу. Принц снова чуть не упал, схватился за ветку, а она сухо скрипнула и отломилась. Колючий сук оставил длинную глубокую царапину на руке. «Терпи!» – приказал себе Никос, хотя боль обжигала.

Лес поредел. Впереди блеснула река. Рябь прошлась по сверкающей глади, черные силуэты пересекли реку, замутнили воду. Река заволновалась и ответила им набегающими волнами. Ник бросился туда. Он значительно отстал и от повстанцев, и от призраков. Давно выбился из сил, и лишь чувство долга тянуло его дальше. Принц побежал по воде. Ноги тут же намокли, ледяные брызги коснулись рук и лица, но он старался не замечать этого. Ник добрался до противоположного берега, и следы на песке подсказали, куда бежать дальше. Но вскоре они закончились, и принц оказался в заросшем высокой пшеницей поле, огромном и не менее коварном, чем лес. Мелкий зверек прошмыгнул под ногами. Ник бежал, увязая в рыхлой земле, окончательно отстал и потерял направление.