Ольга Кобцева – Двуликие (страница 35)

Он поставил перед инквизитором сундук с пыточными инструментами. Фергюс запустил руку внутрь. Не глядя, достал первое, что ему попалось, – молоток с острыми концами.

– Лорд Кединберг, лорд Кединберг, тут какая-то ошибка! – запищал арестант.

Фергюс поморщился от его голоса. Поигрывая молотком, инквизитор обошел вокруг секретаря и с размахом ударил молотком по столу. Арестант подпрыгнул, насколько позволяли цепи.

– Лорд Кединберг! Вы разве не знаете, кто я? – продолжал верещать арестант. – Я секретарь лорда Новела!

– Я прекрасно знаю, кто ты. Иначе бы ты здесь не оказался.

Инквизитор вернул молоток в пыточный сундук. Инструментов там оказалось мало. Видимо, призраки растащили все по соседним комнатам, чтобы допросить повстанцев. Вчерашний арест несказанно обрадовал Фергюса, и он, доверив дальнейшие поиски повстанцев призракам, вернулся к расследованию убийства короля Грегора. Лорд Новел обронил в храме Существ неразумные слова о сумасшествии Грегора, и потому призраки привели в инквизицию его секретаря. Кто, если не секретарь, знает грязные тайны своего начальства?

Инквизитор шарил внутри пыточного ящика.

– Твой хозяин не слишком ласково отозвался о короле Грегоре. Напомню, короля убили. Как думаешь, есть ли между этими событиями связь? – бесстрастно спросил Фергюс, не смотря на секретаря.

– Лорд Кединберг, что вы! Нет, конечно!

– А я все-таки считаю, что лорд Новел убил короля Грегора.

Старик выудил из ящика нож. Банальное оружие, но не менее пугающее. Ножом можно отделить лоскуты кожи, разрезать плоть, достать внутренние органы. Кишки, например. Арестанты при этом любят терять сознание, но призраки быстро приводят их в чувство. Старик вдавил лезвие в стол и, ведя им по столешнице, подошел ближе к секретарю. После вынул нож и примерил к пальцам арестанта, будто прикидывал, где их лучше отрезать.

– Лорд Кединберг, лорд Кединберг! Лорд Новел никого не убивал!

– Разумеется, лорд Новел не убивал. Но нанял убийцу, – подсказал Фергюс.

– Нет-нет! – секретарь сжимал пальцы. – Не он, его друг!

Фергюс ликовал. Он усмехнулся и отошел от арестанта. Старик положил нож на стол, и в лезвии отразился оранжевый свет факелов.

– Так, может, ты знаешь имя человека, который нанял убийцу?

– А вы меня отпустите? – жалобно спросил секретарь.

– Разумеется, – Фергюс по-доброму улыбнулся. – Но от тебя зависит, насколько целым я тебя отпущу.

Секретарь с опаской покосился на нож.

– Я не знаю имя, но я знаю, где его найти. Лорд Новел переписывался с лордом, который замыслил убийство.

– Ты читал письма? – поинтересовался Фергюс, охваченный огнем любопытства.

– Нет, только пару строк. Лорд Новел хотел их сжечь, но передумал. Хотел использовать эту тайну в своих целях.

– Понимаю, – кивнул инквизитор. – Всегда полезно знать чужие тайны. Ну, а ты сам почему смолчал?

– Вы сами сказали, что полезно знать чужие тайны, – секретарь, кажется, понял, что его отпустят, и успокоился. Голос больше не переходил на визг и не дрожал. – Лорд Новел слишком хорошо мне платит, чтобы подставлять его.

– И все-таки ты его подставил. И подставишь снова – принесешь мне письма.

– Но лорд Новел…

– Что – лорд Новел? Увидит и поругает тебя за это? Ну что ж, в противном случае, я отрублю тебе пальцы. Что ты любишь больше: свои пальцы или свою работу?

– Пальцы, – прошипел секретарь.

– Значит, принесешь мне письма?

Арестант вздохнул. С грустью посмотрел на инквизитора и тихо кивнул. Призраки мелькнули за спиной секретаря.

– Отпустите его, – приказал Фергюс.

Замок лязгнул, и пустые оковы упали на стол.

Глава 31

Любовь, расчет и игры

Рассветное солнце нехотя склонилось над Мейфором. Желтоватые облака проплывали над замком, задевая его вздымающиеся к небу башни. Светлело, и люди медленно и сонно высыпали на неприветливо холодную улицу, еще охваченную уходящими тенями ночи. Теплая шаль согревала принцессу. Лишь ранним утром арнестский король выкраивал свободный час для встреч с невестой, в остальном же все его время без остатка уходило на государственные дела. Карленна с самого начала понимала, что выходит замуж не за мужчину, а за политика, но лишь сейчас в полной мере могла оценить последствия своего решения. Оно предрекало ей безрадостное будущее.

Адрен, величаво заложив руки за спину, неспешно прохаживался вдоль дорожек сада. Он пытался развлекать принцессу не слишком занимательными речами. Если раньше мужчина еще пытался как-то увлечь Карленну, то теперь, убрав со своей дороги эфлейского соперника, окончательно перестал выказывать к ней какой-либо интерес, за исключением политического. Карленна скучала на этих прогулках.

– Что ты знаешь об управлении королевством? – спросил Адрен с таким надменным видом, словно разговаривал не с принцессой, а с кухаркой, которая в государственных делах не смыслит совсем ничего.

Карленна, впрочем, тоже не много в этом смыслила.

– Знаю, что им управляет папа и я последняя в списке престолонаследников, – ответила принцесса, и от этого ей даже стало как-то обидно. Она могла бы быть предпоследней, если бы не погиб младший брат.

– Зато ты вместе со мной будешь править Арнестом, – провозгласил Адрен.

Карленну это не впечатлило, а Адрен словно бы и не замечал ее унылого настроения. Куда больше его заботила судьба королевства в целом, чем чьи-то личные переживания, пусть даже и его будущей супруги. Принцесса сердилась, но повернуть время вспять не могла. Через два месяца ей предстояло отправиться в Арнест уже не в качестве калледионской принцессы, а в качестве арнестской королевы.

– Тебе предстоит изучить географию Арнеста, – поучал тем временем Адрен. – Разобраться в аппарате управления, выучить законы…

Карленна досадовала. Вряд ли Димир сейчас бы рассказывал об «аппарате управления» и подобных вещах. Он бы нашел для них двоих укромный уголок в саду, она бы для вида повозмущалась наглым приставаниям, а потом поддалась бы его страстной настойчивости. Но все это осталось лишь в мечтах. Эфлея слаба, ей не победить в войне, и принцесса сама не захотела становиться на сторону проигравших.

– Так вот, Арнестом управляет Правящий Совет. Все и вся подчиняется его воле, даже я. Оттого-то мне и не жаль лишаться суверенитета: в качестве наместника Джеральда я буду иметь больше власти, чем будучи королем Арнеста, понимаешь?

Принцесса не понимала. Она и не пыталась понять. Карленна знала, что рано или поздно придется вникнуть в королевские дела, но сейчас, пока Арнест не стал ей вторым домом, разъяснения жениха девушку не интересовали.

– Понимаю, – безразлично ответила она.

Последние минуты их утренней встречи истекали. Адрен и Карленна покидали сад и подходили ко двору замка, где было непривычно оживленно. Яркий свет падал на мощеную площадь, на которой выстроились ряды грозных стражников. Они внимали напутственным речам своего командира Данта Гарса. Длинные черные волосы, забранные в конский хвост, из-за ветра хлестали его по лицу, а металлические кольца в ушах блестели на солнце.

– Отдадим долг родному королевству! – гремел его голос.

– Да! – радовались стражники.

– Защитим родных и близких!

– Да!

– Очистим землю от самых мерзких из всех живых созданий – от ведьм!

– Да! Да!

Стражники восторженно кричали и поднимали вверх оружие с каждым возгласом. Раз в неделю Дант Гарс отправлял отряды на окрестные территории, и раз в неделю в темницы Мейфора привозили всех, кого подозревали в причастности к колдовству. Ни одной ведьме не удавалось ускользнуть от свирепого охотника.

Ни одной, кроме Карленны. Она поторопила Адрена, чтоб тот скорее проводил ее к входу в замок. Но жених, напротив, остановился и предложил принцессе понаблюдать за подготовкой отряда к отъезду на «охоту».

– Арнестцы очень уважают твоего отца за борьбу с колдовством, – заметил он. – Ведьмы – это зло, которое надо искоренить.

– Почему зло? – спросила Карленна.

Адрен пожал плечами:

– Ведьмы наделены особыми силами, которых нет у обычных людей. И эти самые силы позволяют им творить губительные вещи, несправедливо дают не предназначенную им власть!

Принцессе показалось, что его голос пропитан обидой: он, обычный человек, завидовал необычным силам ведьм. Девушка тихонько хмыкнула.

– Поэтому не поддавайся их тлетворному влиянию, – заключил Адрен. – Люди будут уважать тебя как дочь Джеральда юн Реймстона, величайшего борца с ведьмами.

«И это будет их величайшей ошибкой», – закончила про себя Карленна.

Отряд охотников на ведьм тронулся и выехал за ворота Мейфора. Принцесса вместе с женихом наблюдала за удаляющимися стражниками. На секунду их предводитель, жестокий Дант Гарс обернулся и встретился взглядом с Карленной. Недобрая ухмылка появилась на его лице. Он не смог добраться до комнаты принцессы, до черной колдовской книги, но наверняка замышлял что-то еще, а неизвестность пугала девушку не меньше, чем сам охотник.

– Я провожу тебя до твоей комнаты, – нарушил молчание Адрен. – И еще должен предупредить: завтра я уезжаю в Арнест по делам. Когда вернусь, займемся подготовкой к свадьбе.

Весть о разлуке, которая могла бы расстроить любящую невесту, пришлась Карленне по душе. Девушка улыбнулась: не придется больше вставать на рассвете ради скучной прогулки с Адреном, не придется слушать его речи об управлении государством и об опасности, исходящей от ведьм. Принцесса пыталась скрыть радость, но Адрен наверняка понимал, что сильно скучать она не будет.