Ольга Кобцева – Двуликие (страница 28)

Хлопнула дверь, и кто-то вошел. Советники, а вместе с ними Ник и Юлана, обернулись и тут же попрятали взгляды. Фергюс Кединберг отрицал религию и много лет не посещал храм, поэтому странно было видеть его здесь. Старик подошел к фигуре Мертвой Королевы и задрал голову вверх. Он заложил руки за спину и стоял так с минуту. После махнул рукой и, недовольно взглянув на ухмылки советников, вышел из храма.

– Надеюсь, Кединберг не тронется умом из-за Мертвой Королевы, как Грегор? – советник, который проходил мимо, не заметил Ника, зато принц услышал его сдавленный смешок.

«Мертвая Королева?» – вспыхнули мысли.

Ник подождал, пока все советники покинут зал храма. Последней вместе с мужем вышла Юлана. Она все же заметила принца и улыбнулась, а он почувствовал, как желание раздирает его от одного лишь присутствия девушки. Ник зажмурился и вцепился пальцами в жесткую лавку. Досчитал до десяти, чтобы успокоиться. Наваждение не спадало, и он бросился наружу. Монт-д’Этальская площадь оказалась пуста, но принц знал, где искать Юлану.

Несмотря на то, что в Королевской башне всегда было много людей, лестницы здесь почти всегда были пусты, и принц не боялся, что его заметят. Он свернул к коридорам инквизиции.

– Принц Никос? – до него долетел знакомый нежный шепот.

Ник преодолел пару ступеней. Он то умолял себя остановиться, то смеялся над тем, как нелепы правила приличия.

– Ты говорил, что нам не стоит больше видеться? – Юлана прижалась к стене и обратила к Нику манящую улыбку.

Еще шаг. Колдовские чары страсти наполнили воздух.

– Неужели ваши «эфлейские нравы» внезапно смягчились? – ухмыльнулась девушка.

Следующий шаг. До принца уже доносился запах духов Юланы. Пути назад не было, Ник резко приблизился к девушке. Запустил руку в ее каштановые волосы, она приподняла подбородок. Взгляды соприкоснулись.

– Останови меня. Я серьезно, – Ник едва расслышал свои слова.

Юлана обняла его за шею.

– И я серьезно.

Правила приличия были окончательно попраны. Губы девушки, дурманящие, как цветущий мак, находились так близко, что принц не смог сопротивляться. Ник прикоснулся к губам Юланы, сначала неуверенно, потом жадно. Сладость поцелуя затмевала осознание того, что он поступает неправильно. «Всего один раз», – убеждал себя юноша.

– Никос?!

Сзади раздался рассерженный голос, и принц, вздрогнув, отпрянул от Юланы.

– Никос. И Юлана, леди Эванс, верно?

Их разглядывал высокий старик. Они целовались рядом с инквизицией, рядом с его владениями. Ник виновато опустил голову.

– И вам доброе утро, лорд Кединберг, – улыбнулась девушка. Она не подала виду, что смутилась.

Фергюс отодвинулся в сторону и жестом показал, что путь свободен. Юлана поняла его знак и, подарив Нику прощальный взгляд, поспешила наверх.

– Ты ведь знал, что она замужем? – спросил инквизитор. В его словах слышался холод.

– Да, – тихо сознался Ник.

– Тогда зачем?

– Всего раз.

Старик кивнул:

– Этого больше не должно повториться. Договорились?

– Обещаю.

Ник осторожно поднял голову. Только сейчас он заметил, что под мышкой старик нес стопку потрепанных книг. Плечо Фергюса опустилось под их тяжестью. На корешках мелькали золотые буквы: что-то про религию, Существ и Мертвую Королеву. Принц решил, что это отличный способ замять проступок, и переменил тему:

– Вас утром видели в храме. Почему лорды сказали, что вы можете сойти с ума из-за Мертвой Королевы, как мой отец?

Фергюс издал смешок. В этом коротком звуке Ник уловил ликование.

– Кто из лордов сказал так, друг мой?

Принц назвал имена, и улыбка мелькнула на лице старого советника.

– Отнеси-ка это наверх.

Фергюс вручил Нику стопку книг и отправил его в свой кабинет. «Надо бы найти ему дело», – подумал старик.

Однако юный принц, сам того не ожидая, принес Фергюсу пользу. Звук шагов Ника затих наверху, и старик развернулся в сторону инквизиции. Он спустился в подвалы и вызвал из темноты двух призраков, с которыми некогда искал виновного в смерти короля Грегора. Об убийце было известно только то, что он был связан с Верховным Советом и знал о тайных ходах. Фергюс начал с последнего, но допросы не помогли найти преступника. Значит, начать стоило с первого. Советники были неприкосновенны, их нельзя было допросить напрямую, но инквизитор мог пойти окольным путем.

– Мне нужны слуги этих людей, – Фергюс назвал имена двух лордов. «Похоже, именно они знали о предсмертном указе Грегора и потому сочли короля сумасшедшим», – добавил он про себя.

Призраки кивнули и растворились во тьме подвалов, чтобы вскоре наполнить допросные комнаты новыми арестантами.

Глава 24

Прощание

Звуки шагов Карленны эхом отдавались в просторном сводчатом коридоре, отгоняя гнетущие мысли. Принцесса со вздохом надела самое красивое платье, какое нашла в гардеробе, и пошла за отцом, чтобы вместе с ним проводить отвергнутого жениха. Она сделала выбор, отступать теперь некуда. Пожилой секретарь встал, когда принцесса вошла в приемную короля.

– Папа в кабинете? – спросила она.

– Да, всю ночь работал. Проходите, Ваше Высочество.

Карленна подошла к двери и тихонько постучала. Прислушалась: из кабинета доносился храп. Девушка с улыбкой зашла. Отец спал в кресле, откинувшись на бархатную спинку и сложив руки на животе. Его ресницы подрагивали в такт дыханию. На столе лежали документы, еще несколько бумаг упали на пол, снесенные сквозняком. Карленна подняла их. Ее заинтересовали надписи и рисунки, сделанные рукой отца. На них был изображен зверь, похожий на зубастую ящерицу и крупную курицу одновременно. Девушка осмотрела рисунок и, нахмурившись, положила листок обратно в стопку государственных документов. Обошла стол и потянулась к плечу отца, чтобы разбудить его.

Неожиданно Джеральд зашевелился. Мускулы его напряглись, лицо омрачилось тревожным испугом. Он тяжело задышал и задергался, словно сопротивлялся чему-то во сне.

– Костер, – сдавленно шептал король. – Погасите его! Что ты здесь делаешь? Пойдем отсюда. Пойдем скорее, мы должны уйти, не слушай их. Ты меня слышишь? Почему ты меня не слышишь?

Карленна отпрянула от неожиданности. Король весь покрылся испариной, будто действительно приблизился к костру, и сжал рукой край мантии, пытаясь тянуть ее в сторону.

– Пойдем! – продолжал Джеральд. – Это колдовство, нельзя этого делать. Надо уходить. Никос, быстрее, помоги мне!

– Папа?

Карленна осторожно дотронулась до горячей кожи короля и потрясла его за плечо. Отца, видно, мучил один из этих странных снов, о которых он не любил говорить. Джеральд не почувствовал ее прикосновения. Он отчаянно стягивал мантию, зовя за собой неведомого собеседника из мира сна.

– Не слушай ведьм, – умолял кого-то во сне Джеральд. – Пойдем со мной, они тебя обманули. Погасите костер!

Король продолжал звать кого-то, но тщетны оказались его старания. Он снова рванул рукой. Кожа стала горячей, словно огонь и вправду обнимал его.

– Проклятый ритуал! Проклятые ведьмы! – закричал он.

– Папа, проснись! – испугалась Карленна, с силой толкнула короля, и он открыл глаза.

– Гехера, Мираби, Тейха… – прерывисто зашептал отец.

– Что?

– Гехера, Мираби… – повторил Джеральд, вскочил с кресла и взбудораженно принялся искать что-то на столе.

– Что ты делаешь? Что это за имена? – взволновалась принцесса.

– Имена ведьм, я должен их записать.

– Зачем?

– Передам их Данту Гарсу. Он отыщет ведьм, они не посмеют совершить обряд.

– Папа, это ведь просто сон, не стоит так…

– Это не просто сон! – со злостью перебил король. – Это проклятие! Но оно дано мне, чтобы я боролся. Я должен поговорить с охотником на ведьм.

– Мне кажется, тебе лучше обратиться к лекарю, а не к охотнику, – вздохнула принцесса.

– Я здоров. Ведьмы – вот истинная болезнь континента, и я избавлюсь от нее, пока она не заразила весь Мейфор, весь Калледион. Одно из этих темных созданий бродит по замку!

Спорить Карленна не стала. Если король уверился в чем-то, например в том, что сны его реальны или что в Мейфор проникла ведьма, то спорить было бессмысленно. Пусть поговорит с Дантом Гарсом, хуже от этого никому не будет, кроме девушек, носящих приснившиеся отцу имена.