Ольга Карелина – Смертники доброй воли (страница 98)

— Понял, — улыбнулся Адамас.

Ещё раз оглядев их всех, смотревших на него — подумать только, даже всемогущий и всеведущий сэр Страхов! — с одинаковой благодарностью, Аспитис мысленно отмахнулся от этой слабости и вопросительно и немного надменно глянул на Рэкса:

— Ну? И что требуется теперь от меня?..

— Признаться, я даже не знаю, какой конкретно вести тебе допрос и как вообще это делается, — хмыкнул Адамас, когда Десмонда прооперировали и оставили одного в палате в главной больнице Седы. Если выглянуть в совсем близкое окно, ещё можно было увидеть идущие по улицам танки — операция по захвату продавшихся «Аркану» гэшээровской и эмдэшной ставок шла полным ходом, но почти без стрельбы и жертв: руководство определённо было намерено блокировать галереи до последнего, а разбрасываться подпольем ни Рэкс, ни Аспитис не собирались. Патруль и администрация уже подчинились, а для ставленников, похоже, готовили спецотряды под прикрытием.

Десмонд, лицо которого явно впервые за долгое-долгое время наконец по-настоящему расслабилось, но всё ещё было болезненно бледным, слабо улыбнулся.

— Спрашивай, что интересно. Часть Аспитис и так знает, а тебе сообщу любые детали. Ты же записываешь?

— Обращаю ваше внимание, что все разговоры записываются, — состроил серьёзную гримасу Адамас, показывая телефон и сразу кладя его на тумбочку микрофоном вверх. — Ладно. Я буду непоследовательным. За что тебе правда руку-то сломали? За то, что Лихослава не убил?

— Ну да. Им пришлось спешно переделывать весь сценарий, и Доминик мне этого не простил. Плюс заподозрил в саботаже. Потом врачевавший меня Хас раскричался на него и Брутуса, получил, конечно. Брутус его… — он сглотнул. — Медсестра из него, кстати, как показала практика, так себе. Врачи сказали, заражение пошло, перелом-то был открытый, хотя он вроде меня антисептиком обкалывал. Впрочем, проще всё будет сваливать на Доминика. Я его эти полгода вообще не узнавал…

— Десмонд, — с нажимом произнёс Адамас. — Ты договаривай. Брутус его — что? Что он сделал с Хасом? И что, Хас всё ещё имел право на него кричать? У них любовь, что ли?

— Я не думаю, что в отношении Брутуса резонно говорить хоть о какой-то любви, — процедил сквозь зубы терас. — Сплошное собственничество. Он долго Хаса терпел: всё это его морализаторство, мягкость, попытки воздействовать на себя. Вчера его терпение лопнуло. Он его изнасиловал. Сломал его. Хас не очень сопротивлялся. Эрих, кстати, тоже это видел. А Доминик так и вовсе чуть ли не аплодировал. И, самое удивительное, к нему тут же вернулась Сила. Полгода не было, не было, а тут — р-раз! — и…

— Сила, говоришь, вернулась… — Адамас на несколько секунд задумался, потом тряхнул головой. — Странно эта альмега работает, а спросить не у кого. А как давно ты с Аспитисом сообщаешься?

— Да чуть ли не с того, что в лаборатории было. Ты прости, что не вступился, я…

— Не отвлекайся. Стал бы я тут с тобой разговаривать, если бы считал тебя предателем или врагом, — сказал Адамас и вдруг почувствовал себя Бельфегором. Десмонд благодарно улыбнулся, но радостнее выглядеть не стал.

— Хоть кто-то не считает меня предателем. Я сам из-за этого долго спать не мог. Там как было? Сбежав из лаборатории, мы осели в подвале дома ближайшего городка. Хас позвал на помощь в обход Брутуса свою няньку — так на нас вышел Азат, нас всех четверых там и повязали. К счастью, о любви Хаса к Брутусу его отец не знал, поэтому он остался на свободе. И обратился за помощью уже к маме. Тогда-то и выяснилось, что она — главный агент «Атра фламмы» в «Аркане». Примерно в начале войны перешла.

— Посчитала, у них перспектив больше? — Адамас усмехнулся, неожиданно вспомнив, что когда-то сестра Домино так же выбрала Азата вместо него. Надо же, а он думал, что не знает таких подробностей.

— Именно, — скривил губы Десмонд. — Та ещё продажная дрянь, по моему мнению. Они с Домиником два сапога пара. Очень скоро нас быстро и тайно вывезли из аркановских казематов: в одной машине я и Хас, в другой — Брутус с Домиником. На тот момент «резиденция» Азата находилась очень близко к границе — до Хайрова буквально рукой подать, поэтому через тогда ещё принадлежащую ему седовскую ставку и соседнюю, гэшээровскую, нас должны были доставить на невоенную территорию. «Атра фламма» — она же почти везде, понимаешь? Да только и Аспитис, как выяснилось, обладает даром оказаться в нужное время в нужном месте. Его отряд перехватил нас — меня, Хаса и наших сопровождающих — и, поняв, кто им достался, спешно отогнал машину в ближайший город. Аспитис там уже был, а мой отец подошёл позднее.

— И ты разговаривал с Аспитисом с глазу на глаз?

— Скорее, я его вынудил поговорить со мной с глазу на глаз, — мрачно усмехнулся Десмонд. — Умолял, угрожал, он соизволил меня выслушать, пока отец разбираться не приехал. Я пытался убедить его, что не собирался его предавать, что мой брат, да, теперь всей душой за Брутуса, потому что по какой-то причине считает его сильнее, но я-то нет. Что я готов на всё, чтобы это доказать, да хоть убить этого Брутуса и сдохнуть самому, но он не поверил. Сказал, что в моём положении можно ещё не так от страха изгаляться и для отступников очередь у него разве что на эшафот. Меня заперли отдельно от Хаса, потом пришёл отец. Никогда не забуду, как он на меня смотрел. Даже не с ненавистью — с презрением и таким, знаешь, невыносимым разочарованием…

— Знаю, — кивнул Адамас. — На меня так мой смотрел после истории с Сати. Если вспомнить, что я чувствовал, ты, видно, тоже решил из кожи вылезти, лишь бы опять завоевать уважение?

— Прощение, — педантично поправил Десмонд, обращая взгляд куда-то в пространство. — Да. Начал прямо там. Впервые в жизни сумел его вырубить. Со страху, наверное. Выдернул ключи — он, похоже, освобождать меня под личную ответственность шёл. Открыл камеру, выудил у него телефон — хорошо, что он не поменял пароль. Зазубрил личный номер Аспитиса и пошёл освобождать Хаса. А у дверей нас уже поджидали атрафламмовцы. Говорю же, никогда не знаешь, кто из солдат окажется вдруг не на той стороне. Они нас и вывели, замаскировав всё в итоге под нападение «Аркана». Следующие полгода мы уже работали на Селену. Хотя толку от трёх подростков и одного лишившегося Силы Особенного было немного, она нашла нам всякую мелочёвку. Эрих тем временем собирал данные о Посланниках на базе, а потом, как они выпустились, дал им месяцок поработать и начал свои диверсии. Под руководством Селены, само собой. Придумки были не её, но командовать у неё получалось неплохо.

— Вы подключились только в Серебрене?

— По идее, мы там вообще не планировались — кто же знал, что вы со Стианом так удачно пойдёте по следу. Хотя, конечно, всё запоролось ещё в Родане — твоим неожиданным визитом. Думаю, они почти сразу новую стратегию придумали, которая должна была кончиться в Седе. Уж не знаю, что изначально планировалось на этих предпринимателей-бунтарей, но потом их решили использовать как приманку для Аспитиса.

— Подожди, про Седу потом. Запомнив номер Аспитиса, ты, значит, с ним ещё раз по душам поговорил?

— Ну почти. Когда мы соединились благодаря Селене с Брутусом и Домиником, я улучил момент и прислал ему наши точные координаты, с припиской, кто здесь, сколько охраны и сколько мы ещё будем тут находиться. Думал, он захочет накрыть Селену, агента пока не названной при мне подпольной организации, Брутуса, сына Азата, в конце концов. Но он написал мне в ответ только «Продолжай наблюдение». Вот я и продолжал. Пока не понял, что одним наблюдением больше ограничиваться нельзя. Твой отец прав: я и в самом деле успел ему отправить предупреждение прежде, чем Доминик отобрал у меня все средства связи. Но тогда я ещё не знал, что Аспитиса планируют в случае отказа «сотрудничать» убить, а то бы и это написал, не сомневайся. Поскольку ехать Аспитис не передумал, пришлось искать спасения где попало.

— Как ты уболтал Эриха? — полюбопытствовал Адамас, и Десмонд пренебрежительно фыркнул.

— Ты бы видел его лицо, когда он прочитал весь план на Седу. У меня было почти такое же, но я успел прикинуться равнодушным. По какой бы причине Эрих им ни продался — а я, кстати, так и не знаю, чем они его купили, — собственными фактически руками убивать Мессию-Дьявола он не планировал. Я, в общем-то, так и думал, что он не такой уж злодей. Обиделся, наверное, что все посчитали его в МД неудачником после того единственного провала, вот и стал агентом «Фламмы». А тут припекло — побежал вместе со мной всех спасать. Для вида он за мной по приказу Доминика присматривал, на всякий случай, ему-то доверяли. Перед этой конференцией нас отослали проверить с ключами все номера, чтобы аркановской засады не было, ну вдруг. Азат оказался не такой уж дурак, прислал-таки резервный отряд, который должен был вломиться и всех, кого увидит, перестрелять. Ва-банк, так сказать! Наверное, не очень он своей жёнушке всё это время верил, раз подстраховался от себя, когда их делегацию её солдаты вели. Не знаю, что бы он от смерти Аспитиса и Домино выиграл, мы спрашивать не стали, ввалились к ним с кнопочной гранатой и стали договариваться. Половина согласилась и вторую половину тут же обездвижила. Потом, убрав снайпера, который должен был убить Аспитиса, Эрих дал им знак — а дальше ты знаешь. Что ещё хочешь уточнить?