Ольга Камышинская – По воле богов. Выбор богини. Книга 4. Часть 2 (страница 22)
Ран смотрел на дорогу и выжидательно молчал. Принцесса почувствовала укол совести. Она хотела знать все тайны своего личного секретаря, а сама играла втемную.
– Если бы вы знали одну… неприятную историю… – неуверенно продолжила Гвендолин. – Вас бы не удивил мой вопрос.
– Расскажите. Я тоже буду знать и не буду удивляться. Или это тайна?
– Нет, но…
– Разве за все годы, что я служил вам, я не доказал свою верность и умение молчать? Кого вы боитесь, Ваше Высочество? Меня или себя?
Гвенни колебалась. Ей казалось, что вспомни она забытое, произнеси вслух имена, которые хранились глубоко в памяти, и старые беды снова вернутся.
– Хорошо… – решилась она наконец. – Слушайте… Началось это давно, когда у меня было два брата: Филипп и Доминик. Мы все тогда были очень молоды, даже юны. Я часто думаю, как сложилась бы судьба, если бы первым ее встретил Филипп, а не Доминик. Возможно, тогда всё было бы по-другому. Но первым ее встретил Доминик…
Он гулял поздно вечером по побережью около дворца и увидел молодую красивую девушку. Она жарила на костре рыбу… Теплая летняя ночь, двуликая луна, легкий морской бриз, кружащий голову, незнакомка и молодой принц. Он первым заговорил с ней. Девушка оказалась не местной и не знала, кто он…
А потом они просидели всю ночь, болтали, смеялись, ели рыбу. Сайянара не была похожа на здешних девушек. Необычная, яркая, смелая. Сколько всего интересного она знала про далекие чужие земли!.. К тому же скакала верхом, стреляла из лука и арбалета, владела мечом наравне с мужчинами, но главное, она была сильным магом. Тогда магия считалась недоступной для девушек. Доминик влюбился, потерял голову, и было от чего. Он познакомил Сайю со мной и Филиппом, и это стало первым шагом в пропасть… Если мы с ней стали подругами, и я много чему научилась у нее, то Филипп влюбился. Неистово, безоглядно. И стал оказывать ей знаки внимания, ухаживать. Мои братья, прежде дружные и неразлучные, стали постоянно ссориться, даже дрались несколько раз. Они отдалились друг от друга, перестали разговаривать. Но Сайя упрямо предпочитала будущему наследнику короны, а ее должен был наследовать Филипп, его брата. Филипп завидовал и злился… Ему казалось, что Сайя выбрала Доминика потому, что тот, как маг, был гораздо сильнее. Переубедить его было невозможно…
Гвенни замолчала.
– И что случилось дальше?
– Дальше?.. В один прекрасный день оба принца пропали. Их искали все, и гвардейцы, и маги из инквизиции. Прочесали все леса и поля в окрестностях Урсулана и нашли полуживого Доминика, с жуткими ранами, рядом с ним Горлума без сознания, и обгоревшие останки Филиппа. Вокруг места, где их нашли, всё было выжжено дотла магией страшной силы. Домиником полтора месяца не отходили трое целителей. Он еле пришел в себя.
– А что стало с Сайянарой?
– Она исчезла. Возможно, что погибла от сильного выброса магии. Ни клочка одежды, никакого следа не осталось. И после того дня ее никто не видел и ничего не слышал о ней.
– Может, ее плохо искали?
Гвендолин покачала головой.
– Сбились с ног. Всюду отправляли лучших поисковиков: к махитанцам, сарисам, в Валорию, даже в Драконьи земли.
Ран понимающе кивнул.
– И не нашли?
– Нет. Решили, что она всё-таки сгорела… Когда Доминик выздоровел и окреп, долгое время не смотрел на девушек. Я даже начала за него переживать… А потом его словно прорвало. Одна любовница, другая, три одновременно… А теперь появилась эта девочка, которая, как две капли воды похожа на Сайю. И зная Доминика, боюсь, он не оставит ее в покое. А Сандэр… Он терпеть и уступать не будет. Я видела, как он на нее смотрит. Как они оба смотрят на нее… Я боюсь, что история повторится.
– Леди Вивьен – Валорийская княжна, с ней получится как с девицами, ищущими покровительства и приданого. Не думаю, что вам стоит об этом беспокоиться.
– Не надо недооценивать Доминика. В данном случае речь может идти и о серьезных намерениях с его стороны. Я имею в виду брак.
– Брак? – в голосе Рана зазвучали насмешливые нотки. – Его Величество легко увлекается и легко забывает. Не думаю, что дело зайдет так далеко. В любом случае, Ваше Высочество, можете не переживать. Леди Вивьен вряд ли достанется ему в жены.
– Откуда у вас такая уверенность?
Баргу пожал плечами.
– Мне так кажется. – уклонился он от прямого ответа. – Кстати, Ваше Высочество, хотел попросить отпуск на три седмицы. Мне нужно срочно наведаться домой.
– К-какой еще отпуск? – растерялась Гвенни, еще находившая под властью тяжелых переживаний, нахлынувших после воспоминаний о смерти родного брата.
– На три седмицы.
Принцесса так резко натянула поводья, что кобылка, обиженно заржала и поднялась на дыбы. Ран не успел остановить своего коня и проехал чуть дальше, потом развернулся к Гвендолин.
– Вы хотите бросить меня одну и сбежать? Сейчас? – с возмущением крикнула ему она. – Никакого отпуска! Вы мне нужны! Здесь!
Кобылка под ней нервно гарцевала на одном месте.
– Но, Ваше Высочество…
– Я не буду даже обсуждать эту тему. – со злостью ответила принцесса, пытаясь себя в руки. – И мне бы хотелось, наконец, услышать честный ответ, что вы делали все эти дни в Урсулане?!
– Он вам не понравится.
– Я хочу его услышать! – начала раздражаться Гвендолин.
– Хорошо. Меня вызывал Его Величество.
– Зачем?
– Он настойчиво предлагал мне жениться. Сулил хорошее приданое за невестой, титул, свое покровительство. Даже угрожал.
– Вот как… – опешила Гвенни. – И на ком же, позвольте спросить?
– На леди Мадине Марильо.
***
Два хрустальных ледяных бокала были гордо выставлены на всеобщее обозрение на каминной полке в Лавандовой гостиной леди Эмбер Лавье.
Дамы прибывали с визитом по одной или небольшими стайками, подходили, обмахиваясь веерами, замирали, разглядывали, любовались, восторженно охали и отходили.
И задавали одни и те же вопросы, на которые хозяйка дома отвечала с неизменной, слегка снисходительной улыбкой.
– Леди Эмбер, а они, правда, изо льда?
– Да, дорогая.
– А почему они не тают?
– Магия, дорогая.
– А из них можно пить?
– Нужно, дорогая.
– А она их прямо при вас сделала?
– Конечно, дорогая.
– О!..
Последнее восклицание неизменно произносилось с придыханием, от которого грудь, затянутая в тугой корсет, каждый раз настойчиво, но безуспешно, рвалась на волю.
– Я сделала заказ нарядов у Изольды на весну… Сами знаете, как это бывает, глазом не успеешь моргнуть, а зима закончилась. – слегка запрокидывая голову назад, надрывно делилась секретами леди Бертрам, обмахиваясь тонким шелковым платочком.
– Что-то в синем цвете, дорогая? – невозмутимо уточнила леди Эмбер.
– Да-а-а… – вскинула на нее изумленный взгляд гостья. – Откуда вы знаете?.. Ах, какая я недогадливая! Вы были у Изольды, и она вам сама сказала?
– Нет. К Изольде сейчас не прорваться, ее завалили заказами. – улыбнулась в ответ хозяйка дома. – Синие наряды у Тье шьют к весне все дамы, что навещали меня до вас.
– О!..
В один из дней после полудня с визитом прибыли леди Мадина Марильо в компании еще двух дам, а чуть позже приехала Арлана Нориш.
Наслышанная о магических бокалах, про которые судачила вся прекрасная половина Урсулана, в Лавандовой гостиной она первым делом подошла к каминной полке и долго стояла, задумчиво разглядывая ледяную красоту.
Когда Эмбер обернулась на звон разлетавшегося в стороны стекла, на полке было пусто. Присутствовавшие при этом гостьи с громким оханьем бросились к камину. Но было поздно. Осколки медленно таяли на полу, превращаясь в обычные прозрачные лужицы.
– Простите, я случайно. – спокойно сказала Арлана, когда на нее вопросительно и осуждающе уставились и хозяйка, и гости. – Хотела взять в руки, а они выскользнули из пальцев.
Она развернулась, величаво и неторопливо проплыла по комнате и, грациозно подобрав юбку, села на диван.
Пока дамы суетливо взмахивали руками и ресницами, причитали, сожалели и всхлипывали, а служанка собирала половой тряпкой остатки былой красоты, к Арлане подсела Мадина Марильо. И тут же развернула роскошный веер.