Ольга Камышинская – По воле богов. Выбор богини. Книга 4. Часть 1 (страница 41)

– У тебя слишком буйное воображение, Арно. – не отрывая взгляда от происходящего в манеже, ответил Сандэр.

– С воображением у меня так себе, у меня хорошая наблюдательность. Я уже говорил тебе год назад и могу повторить: если ты надумал обзавестись женой, то я рад и первым пожелаю тебе счастья. Но твой выбор неудачен, этот лёд не растопить даже тебе. Ты же и сам видишь, она к тебе равнодушна…

Вивьен верхом уверенно завершала первый круг по манежу. Кайха бежала послушно и ровно, красиво держа голову, словно всю жизнь ходила под седлом.

…– Но ты упорно добиваешься ее, хотя, на мой взгляд, если уж ты надумал жениться, стоило обратить внимание на других, более покладистых красавиц. Что ты в нее уперся?.. Она тебе не подходит. Хитрая, изворотливая, себе на уме…

Сандэр молчал, наблюдая, как Вивьен, которой уже наскучило нарезать круги по манежу, упрашивала отца и конюха разрешить ей покататься по парку. Оба пока качали головами и что-то объясняли ей, но что у Вивьен получится добиться своего, Сандэр нисколько не сомневался.

– Конечно, с прошлого лета много чего изменилось. – продолжал рассуждать Арно. – Весьма неожиданно Вивьен оказалась княжеского рода… И да, это обязывает нас соблюдать традиции и правила…

Конюх махнул рукой помощнику, тот выбежал из манежа и вернулся, ведя под уздцы отцовского гнедого жеребца.

– Но ты никогда и никому не позволял из себя вить веревки, а сейчас… Чем она лучше остальных? Что в ней такого?..

Сандэр усмехнулся, снисходительно посмотрел на Арно, и дал знак конюху, чтобы ему тоже оседлали коня.

– Ты куда? – удивленно глядя в спину удалявшемуся брату, спросил Арно.

– Проветрюсь с ними за компанию, – небрежно бросил, не оборачиваясь, Сандэр.

– А для кого я тут стараюсь? – с тоской обронил Арно. – Боги… он даже к отцу ее ревнует…

***

Его Величество Доминик Алгейский не любил ждать. Неопределенность и неизвестность его раздражали и изматывали.

Что случилось? Почему Сандэр давно не появлялся во дворце, если раньше наведывался к нему каждую седмицу?

В имперской канцелярии Доминик не смог его застать ни разу, а он предпринимал несколько настойчивых попыток подловить там племянника.

Ему казалось или Сандэр его избегал?

Сомнения подогрела Гвендолин, которая явилась во дворец к завтраку, – вот что за манера являться спозаранку? Ей не лень вставать в такую рань и тащиться из загородной резиденции во дворец?! – и обрушила на него всё свое негодование.

Обычно сдержанная принцесса возмущалась и кричала, наплевав на присутствие прислуги и придворных, обвиняя Сандэра чуть ли не в измене и предательстве: он держит в заточении валорийскую княжну! Как можно быть таким жестоким и бесчувственным чудовищем?! Одни Боги знают, что бедная девочка терпит от этого тирана и изверга, запертая в четырех стенах!

Гвенни даже опрокинула в порыве гнева графин с водой.

Доминик, обычно скупо возражавший на подобные нападки в сторону любимого племянника, в этот раз сидел за обеденным столом молча, не спеша чистил яйцо и мрачно поглядывал то на негодовавшую сестры, то на притихших придворных.

Выдохнувшись после длинной тирады, Гвендолин рухнула на стул рядом с братом.

– Ты мне что-нибудь скажешь?

– Хочешь?

Доминик протянул гладкое свежеочищенное яйцо и подвинул к ней тарелку с теплыми блинчиками.

– Хочу! – Гвенни забрала яйцо, сразу надкусила его и обиженно добавила, жуя: – Ты меня совершенно не слушаешь! Я для тебя – пустое место…

Обычно он равнодушно и глухо относился ко всяким бабским глупостям и сплетням, к сестре он был снисходителен и прощал ей почти всё, а других не поощрял и наказывал, если бы косвенные признаки тревожно не указывали на то, что в этот раз слухи не врали. И Гвенни права.

– Я поговорю с ним. – утешил Доминик, глядя, как Гвендолин с аппетитом отправляет в рот заботливо пододвинутые им блинчики с творогом. – Обещаю. Вкусно? Хочешь кофе? Есть валорийские пирожные. Свежайшие, шедевр от моего повара, пальчики оближешь. Попробуешь?

И не дожидаясь ответа, махнул слуге, чтобы принцессе налили кофе и подали пирожные. Голодная женщина всегда злая. Эту истину Доминик усвоил давно и проверил на своих многочисленных любовницах.

Пока Гвендолин завтракала, Доминик размышлял, глядя на неё, как правильно поступить в сложившейся ситуации. Сначала он хотел разгневаться и наказать всех, кто попадется под горячую руку, но потом передумал и по завершении трапезы отправил в резиденцию Моро посыльного-гвардейца с письмом-вызовом, запечатанным магической печатью.

Пусть теперь этот стервец попробует отвертеться от визита во дворец и объяснений.

***

Сандэр прибыл ровно через час после получения письма.

Его Величество в это время развлекался в парке игрой в «рюхи» в полном одиночестве. Без свиты и фавориток. Означало это, что Доминик хотел поговорить с ним с глазу на глаз о чем-то важном.

С ним был только мальчишка, юный паж, который шустро и ловко собирал на расчерченном квадратами игровом поле, незатейливые фигуры из ровных, аккуратно выпиленных деревянных брусков размером с ладонь. Новая игра только-только входила в моду, и Его Величество, будучи сторонником активного образа жизни, даже нанимал для себя иноземных учителей, чтобы овладеть ее тонкостями.

Император выглядел по-домашнему: без камзола, в свободной рубахе навыпуск, с закатанными по локоть рукавами, в штанах, заправленных в сапоги.

Тут же стоял столик с графином, бокалами и рядом два кресла.

– Ну, наконец-то пожаловал, – едва глянул на него Доминик, замахнулся и метнул биту.

Очередная старательно собранная мальчишкой фигура разлетелась в разные стороны.

– Ты гвардейца прислал. Я подумал, тут по меньшей мере государственный переворот намечается. – встал рядом Сандэр.

– Смотри не накаркай… – прищурился император. – Я не видел тебя почти два месяца, не знал, что и думать. Решил, что тебя убили, а мне врут, чтобы я не расстраивался. А то, когда я расстраиваюсь, сам знаешь, что бывает…

– У тебя отец каждый день с докладами, спросил бы у него.

Паж замер в ожидании, Доминик кивнул, и парень со всех ног бросился собирать новую фигуру.

– Так, я спрашивал. – император взял новую биту, примеряясь, прокрутил ее основание в ладони и снова прицелился. – А он в ответ только улыбается и говорит: «Сам узнай у Сандера». А тебя нигде нет. В канцелярии ты появляешься редко, дома ты не живешь. Как прикажешь это всё понимать?

– Я был занят.

Бита закрутилась в воздухе и снесла сложенную домиком фигуру.

– Неужели так сильно, что не мог найти время для меня?.. Интересно, чем? Точнее, кем?

– У отца гостит валорийская княжна, моя невеста.

– О, значит, слухи не врут. Ты надумал жениться, мой мальчик?

– Почему нет? Ты сам говорил, что пора.

– Я много чего говорил… Подожди… ты это серьезно?.. А как же та девица, которую ты искал? – Доминик взял новую биту.

– Она и есть та самая девица. – неохотно пояснил Сандэр.

Рука императора замерла в замахе. И опустилась.

– Свободен. – бросил он пажу и развернулся к Сандэру. – Я жажду подробностей.

Он кивнул в сторону столика с креслами и бросил биту на траву.

– Ну и?

– Что?

– Рассказывай давай!.. Где? Когда? Как?.. Я хочу знать всё. А ты молодец! – похлопал по плечу племянника император, налил себе вина и устроился в кресле с бокалом, закинув ногу на ногу. – Добился-таки своего.

Сандэр пожал плечами и сел в свободное кресло, устало откинулся на спинку.

– Нечего рассказывать. Мне понадобилась консультация артефактолога по поводу одного амулета. Йорн приготовил список лучших мастеров. Лорд Сурим оказался одним из них, вернее, первым в списке. Я отправился к нему в Валорию и там, в его доме, встретил Вивьен. Оказалось, что она его дочь.

– Ого. Как все просто… Приехал, встретил… а что она? Скучала? Ждала? Обрадовалась?

– Очень. И скучала, и ждала. А уж как обрадовалась…

– Молодец! И когда свадьба?

– Через три года.

Доминик поперхнулся и облился вином.