Ольга Ивлиева – Красная лента. Путь Герана (страница 8)

Процессия добралась до площади, и вот уже король со свитой взошел на помост. Кларенс вышел вперед, чтобы произнести речь.

– Мы собрались здесь, чтобы… – начал он неуверенно и вдруг умолк.

Было видно, что он совершенно забыл, что хотел сказать, и как-то растерянно начал озираться по сторонам. София вышла вперед, взяла отца за руку и произнесла:

– Ваше величество, вы устали с дороги, позвольте мне произнести речь за вас.

– Да, конечно, – неуверенно проговорил он и отступил на шаг.

В этот миг Геран увидел, что неясный черный туман окружает не только короля, но и принцессу. Это открытие неприятно поразило его.

«Неужели состояние короля – результат действия какого-то старого заклинания? И такая же судьба ждет и принцессу?» – от этой мысли ему почему-то стало грустно.

Он совсем не знал ее, но ему казалось несправедливым, что такого сильного человека могут сломить какие-то старые чары. Подсознательно ему захотелось ее защитить. Он словно был очарован принцессой и не мог оторвать взгляд, когда она говорила.

– Мы собрались здесь сегодня, чтобы почтить память всех воинов, которые не вернулись домой. Я верю, что они навсегда останутся в наших сердцах! Их жизни отданы не напрасно, они стали тем щитом, который защитил всех нас в минуту опасности. Я рада, что сегодня будет открыт первый памятник королю Урту, первому из династии Лифей. В неравной битве за наш мир он сражался плечом к плечу с последим королем-колдуном, тогда еще будучи его доверенным генералом. Ему повезло выжить, но страна была расколота и лежала в руинах. Урт смог собрать, восстановить все по крупицам. Он доказал, что для того, чтобы править, не нужна магическая сила, нужно только чистое сердце и несгибаемая воля. Да здравствует король! – торжественно провозгласила принцесса, и этот возглас подхватили все присутствующие.

– Да здравствует король! – повторил Геран.

Он не разделял всеобщего благоговения перед образом Урта Лифея, подсознательно юноша чувствовал, что за известной всем историей о герое кроется гораздо большее. Если бы Урт был верным слугой последнего короля-колдуна, тот бы не наградил его и всех его потомков этим странным проклятьем…

В это время София подошла к статуе и торжественно сдернула с нее покрывало. Все тотчас зааплодировали. Геран невольно бросил взгляд на свиту короля и нашел в ней Юстафа. Молодой граф с неподдельным восхищением смотрел на принцессу, было видно, что он очарован ей, как и все присутствующие.

«Так вот ради чего ты пошел на преступление… Как бы ты ни старался, братец, такая женщина никогда не выберет тебя, – легкая усмешка тронула губы Герана, но затем его лицо снова стало бесстрастным и сосредоточенным. – Но даже так у него больше шансов, чем у меня, ведь я не имею права даже стоять рядом с ней».

Он постарался прогнать эту мысль, но все равно почувствовал болезненный укол в сердце. Когда торжественная часть закончилась, процессия направилась прочь из города. Король пересел в закрытую повозку, и только принцесса ехала впереди, приветствуя подданных. Геран смотрел ей вслед и ощутил легкую грусть, словно солнце снова скрылось от него за облаками.

После того как король уехал, праздник продолжился. Люди гуляли и запускали в воздух белые фонари в память о погибших. Геран поднялся и поспешил выйти на улицу, Клайд хотел его задержать, но не смог переубедить друга и вынужден был сдаться.

– Мне будет нужна твоя помощь. Я бы тоже хотел запустить фонарь, почтить память моего отца. Но из-за ранения я не смогу написать его имя, – произнес Геран, останавливаясь у палатки, где продавали фонари.

– Не вопрос, я с радостью помогу тебе. Ты раньше не рассказывал о своем отце. Каким он был? – с любопытством спросил Клайд.

– Он был великим воином и стратегом, враги уважали и боялись его. Я читал о его подвигах в летописях. К сожалению, он рано умер, но не на поле боя. Странная болезнь поразила его вскоре после свадьбы. Он стольким пожертвовал ради страны, рисковал жизнью в десятках битв, мог ли он представить, что умрет так? Было бы лучше, если мои родители никогда бы не встречались. Я без колебаний обменял бы свою жизнь на жизнь отца…

– Не говори так! Я уверен, что он бы никогда не согласился на такой обмен. Друг, ты не можешь изменить прошлое, но ты можешь сделать так, чтобы отец действительно гордился тобой. Кто знает, может, ты в будущем спасешь этот мир! – с добродушной улыбкой произнес Клайд.

– Мне придется приложить все усилия, – серьезно ответил ему Геран.

Затем они купили белый фонарик и Клайд написал на нем имя Эдуарда Лонфана. Друзья зажгли огонек, и фонарь взмыл в воздух. Геран поднял голову, следя глазами за маленьким удаляющимся огоньком.

«Отец, я обещаю, что не подведу тебя», – мысленно произнес молодой человек.

Ученики вернулись в академию поздно вечером. Клайд сопроводил друга в лечебный корпус и только после этого пошел к себе. Геран лег на кровать не раздеваясь и сразу провалился в сон. Ему приснилась София, она грустно улыбалась ему, ее глаза стали такими отрешенными, как и у ее отца. Призрачный силуэт появился за ее спиной.

– Не трогай ее! – резко произнес Геран.

– Она это заслужила, они все заслужили. Предатели! Предатели! – зашипел призрак.

Молодой человек хотел приблизиться к Софии, но оступился и начал падать в темноту. Через секунду он снова оказался у волшебного барьера, и перед ним предстал призрачный силуэт короля.

– Я хочу знать, кто ты. Ты Маер, последний король из династии Кевран?

– Да, – бесстрастно ответил призрак.

– Я хочу узнать, что сделал генерал Урт, что вы прокляли его и его потомков.

– Ты встречал его потомков? Его род все еще жив?! – с нескрываемой злобой произнес призрак.

– Да, я видел человека с черной тенью за плечами. Эта тень вытягивала из него жизненные силы.

– Они заслужили, они все это заслужили, – с мрачной решимостью произнес призрак. – Генерал Лифей был моим самым доверенным слугой. Именно ему я поручил охранять меня во время проведения ритуала у разлома. Солдаты сражались, пытаясь оттеснить тварей, я же направил все силы на создание барьера. Отряд врага приблизился вплотную, и генерал с лучшими воинами встали кольцом вокруг меня. Я завершил создание барьера, но это потребовало почти всех моих сил, я был опустошен. И в этот момент генерал приказал воинам убить меня. На меня обрушились десятки ударов, умирая, я собрал всю свою ненависть и направил ее на Урта в виде черной тени. Это все, что я мог тогда сделать, я надеялся, что проклятье убьет его рано или поздно, и желательно, чтобы он испытал ужасные мучения перед смертью!

Геран видел, как изменилась аура призрака, когда он рассказывал об этих событиях. Было понятно, что даже если бы король знал, как снять чары, он бы никогда этого не сделал. И молодой человек мог это понять. Если для всех остальных с момента битвы у разлома прошли века, для духа старого короля это были события, которые он переживал снова и снова. Для него не существовало будущего, он жил только сожалениями о прошлом. Геран сосредоточился и вырвался из волшебного сна. Когда он открыл глаза, за окном было еще темно.

«Я должен решать задачи постепенно… И почему меня так взволновала судьба принцессы? Надо выкинуть ее из головы, для начала мне нужно выжить в этой академии. Кто я такой, чтобы решать судьбы мира?»

Он попытался снова уснуть, но стоило ему закрыть глаза, как ему снова и снова приходил образ принцессы Софии, и при виде ее сердце молодого человека начинало биться чаще.

Геран проснулся рано утром, быстро оделся и вышел во двор. Он чувствовал себя уже достаточно хорошо, только правая рука все еще не действовала. Поэтому молодой человек решил не тратить больше времени в павильоне лекаря и самому найти мастера Винлая. Он уточнил дорогу у проходящего мимо студента пятого года и направился в главное здание академии. Ученикам первого года обычно не разрешалось туда входить, но он шел так уверенно, что ни у кого не возникло мысли его остановить.

Кабинет мастера тактики находился в правом крыле. Геран на секунду остановился около тяжелой резной двери и постучал.

– Кто там? Я просил не беспокоить меня в утренние часы, – послышался недовольный мужской голос.

– Моя имя Геран Вирс, и я пришел выразить благодарность и почтение своему новому учителю, – покорно ответил молодой человек.

– Хорошо, входи.

Ученик оказался в просторном кабинете, свет проникал сквозь высокие стрельчатые окна, высокий потолок был расписан изящным растительным узором. В центре комнаты стоял стол, на котором мастер разложил бумаги, он оперся на него руками и внимательно что-то изучал. Винлай не сразу оторвался от своего занятия и только через пару минут выпрямился и посмотрел на гостя. Все это время Геран молча стоял, склонившись перед учителем в почтительном поклоне.

– Выпрямись, не стоит таких формальностей. Лучше расскажи, как ты смог попасть сюда, – попросил Винлай.

Геран выпрямился и посмотрел на мастера. Это был мужчина примерно пятидесяти лет, худощавый, с острыми чертами лица, под его проницательным взглядом молодому человеку стало немного не по себе. Винлай был одет в черную мантию с серебряным шитьем, в ней он смотрелся еще более величественно.

– Я спросил, где я могу вас отыскать. Для того чтобы войти в главное здание, я накинул на плечи плащ, чтобы не было видно нашивки. Я действовал достаточно уверенно, чтобы ни у кого не возникло желания меня проверять. К тому же это правило соблюдается достаточно формально, и то, что на мне форма ученика, уже снимает с меня подозрение.