Ольга Иванцова – Дело Матильды Егоровой (страница 4)

Максим кивнул, она продолжила:

— Ну вот и сегодня пришла приблизительно без пятнадцати час. Открываю дверь, включаю свет и вижу — лежит. Я подумала, может, пьяная, спрашиваю: «Матильда, ты что, до кровати не доползла, что ли» Она молчит. Я к ней ближе подошла, трогаю, а она уж холодная и не дышит совсем. Ну, тут-то я сразу все поняла, давай звонить вашим. Собственно, все.

— Видели ли вы кого-то из знакомых рядом с ее домом или подъездом, когда шли к ней сегодня, может, заметили что-нибудь странное?

— Нет, никого не видела. Да и пришла я поздно, она уже мертвее мертвого была, а убийцы и след простыл к тому времени. Вроде и один из ваших сказал, что все случилось еще вчера вечером. И если уж совсем откровенно, лейтенант, я ж сначала даже не поняла, что убили-то ее. Темно, страшно, да и не приглядывалась я так чтобы сильно: лежит себе лицом вниз, спина волосами прикрыта, крови не видно. Я и подумала, что с сердцем, наверно, что приключилось или тромб. С такой экологией даже молодые уже долго не живут. А как приехали ваши, обнаружилось, что ее, оказывается, зарезали. Ой, жалко, конечно, девку. Молодая ведь совсем, жить и жить еще… — Галина на пару секунд замолчала, погруженная в свои мысли, а после резко добавила: — И все-таки я от своих слов не отказываюсь, как на допросе говорила, так и вам, молодой человек, повторяю: кокнул ее братец — больше некому. Он пьяница, постоянно деньги у нее клянчил, а она не давала, молодец, хотела, чтоб он сам себя обеспечивал. Вот он за это ее и прикончил, дармоед.

История начала проясняться, и Максима это порадовало. Брат-алкоголик — потенциальный подозреваемый в деле об убийстве. Из опыта журналисту было хорошо известно, на что зависимость любого рода толкает людей. А здесь не только перманентное желание выпить, но и богатая сестра под боком, у которой или по-хорошему, или по-плохому, но всегда можно чем-то поживиться. Подобный сценарий вообще-то не редкость: пришел, она открыла, просил денег, она не дала, убил ее и вынес из квартиры пару вещичек на продажу или начисто опустошил кошелек. Да, вполне рабочая версия, будет о чем написать. Однако Максим продолжил расспрашивать:

— Вы знаете, как зовут этого брата, его адрес, телефон? Когда вы видели его в последний раз?

— Так я же вашим уже говорила, что нет. Ничего я о нем толком не знаю, где живет, слыхом не слыхивала. Да и не видела его ни разу в жизни: я у нее по ночам работала, а по ночам ее дома нет. А вот откуда знаю про все, сейчас вам расскажу. Вы только не подумайте ничего плохого. Я вообще подслушивать не люблю и в чужие дела привычки совать свой нос не имею. Моя матушка меня так воспитала, и своих детей и внуков я воспитываю точно так же. Ну так вот. Работала-то я у Матильды по ночам, но каждую неделю во вторник около пяти заезжала к ней за расчетом за свою уборку. Так и в тот раз было. Я к ней приехала, стою на пороге, а она мне рукой показывает, мол, сейчас-сейчас, закончу и деньги отдам. Ну, мне спешить некуда, я дальше стою, жду. А Матильда тем временем в соседнюю комнату ушла, да так громко говорила, что не услышать просто невозможно. Что ж мне, уши, что ли, затыкать? — усмехнулась Галина и посмотрела на Максима так, словно искала одобрения. — Я сначала не поняла, с кем это она, а потом уж сообразила, что это братец ее в очередную переделку попал. Он у нее, я так думаю, совсем того, — Галина покрутила пальцем у виска. — Матильда ему, значит, говорит: «Рома, братик, пожалуйста, вернись на работу, я все улажу, договорюсь, тебя там будут ждать завтра с утра. Ты должен работать, так делают все, и это нормально. К коллективу ты привыкнешь, уверена, что скоро у тебя появятся там хорошие друзья. Пойми меня, милый, я хочу, чтобы ты стал более самостоятельным, взрослым. Я знаю, ты сможешь, все страхи лишь у тебя в голове. Пожалуйста, давай решим этот вопрос. Я все устрою, только пообещай мне больше не пить и вернуться на работу». Уж не знаю, что он ей ответил, наверно, отказался да денег стал требовать, а она резко так бросила: «Нет, так не пойдет. Ты должен сам зарабатывать, потому что уже не ребенок, а взрослый мужчина, не забывай!» Я считаю, все правильно она ему долдонила. Молодец! Но уж слишком мягкой с ним была. Как же это называется, когда взрослая детина на шее у сестры сидит? По-разному сейчас можно зарабатывать. Вот у меня внук целыми днями в компьютере своем торчит, а все равно какую-никакую копейку в дом приносит. А тот Ромка ну совсем уж обнаглел: квартиру ему сестра купила, еду привозила, только что сопли не вытирала. А он, видишь ли, работать не может, дескать, стеснительный. Это ж надо такое придумать-то? Я бы на ее месте тоже ни рубля бы не дала. Да только вон как дурно это все для нее обернулось. Видать, сильно трубы горели, а денег на бутылку нет, вот и прибил сестру-то. Ой, горе-горе! Вы так на меня, молодой человек, не смотрите. Я всю правду говорю, врать я не приучена. Да что оно так и было, и Маринка подтвердить может: она тоже тогда у Матильды была, раз я этот разговор слышала, значит, слышала и она.

— Кто такая Марина?

— Да как же ж это? Я ж вашим уже триста раз о ней говорила. Ну Маринка, подружка Матильдина лучшая. Я у Маринки по субботам прибираюсь с двенадцати до двух дня. Она тоже из этих девиц богатеньких. Да только у Маринки, несмотря на ее работу и гулянки ночные, дома всегда чистенько. Одно удовольствие прибираться. Все по полочкам всегда разложено, аккуратненько собрано, все вещи на положенном им месте. Мне только и остается, что пыль протереть, где-то там по углам с пылесосом пройтись, посуду сполоснуть по-быстренькому, и все блестит. Нравится мне, как Маринка за домом своим следит. Настоящая хозяйка! Ну, так это и по профессии ей положено. Клиенты ведь всегда грязь заметят. А у нее они придирчивые, пигалицы эти избалованные. Маринка-то малекалкой работает.

— Кем, простите?

— Ой, ну этой, которая красит всяких девиц расфуфыренных, еще курсы там у нее всякие, салон свой. А, вспомнила, визажист — вот как она называется.

— Понятно. Напомните, где живет эта подруга Марина? Ее номер телефона у вас есть?

— Так на Красненской, дом 17, квартира 45. Снимает она там. Богатый райончик, надо признаться, и соседи соответствующие. А телефона ее у меня и не было никогда. Мы ж с Маринкой строго через агентство работаем, не как с Матильдой-то. А в агентстве телефонов клиентов нам отродясь не давали. Да и зачем? Там уж менеджеры, что в конторе сидят, созваниваются, договариваются, где и когда уборку провести или еще какой вопрос решить, а мне уже готовый график с адресами на день выдают да везут, куда надо, а я спокойно свое дело делаю. Потому сами звоните моему начальству да выясняйте, что вам нужно. От себя только добавлю, что Маринка в такое время дома-то сидеть не будет: у нее работы выше крыши, даже по выходным с шести утра уже на ногах, одним словом, бизнесменша. Ой, это ж я должна была завтра за деньгами к Матильде ехать, а вот уж и не съезжу больше никогда. А такая хорошая девка была, щедрая, так хорошо платила. Где ж мне еще такого клиента сыскать, а?

Их с Галиной разговор закончился обменом стандартным набором фраз, и Максим поспешил удалиться, его охотно проводили к двери. Показания домработницы, скорее всего, снабдили следствие версией о том, что Матильду мог убить брат. К сожалению, у Максима не было ни единого шанса добраться до родственника погибшей раньше, чем это сделает милиция. Однако еще утром, сканируя социальные сети Матильды, он вычислил некую @marmar.mua, лайкавшую и комментировавшую каждый пост убитой в течение минимум года. Взяв в руки телефон и перейдя по ссылке, Максим оказался на странице Марины Колесниченко, визажиста и профессора макияжного искусства, с двумястами тридцатью тысячами подписчиков, которая, видимо, и была той самой Маринкой — лучшей подругой. Других зацепок он не нашел, потому не столько в ожидании, сколько в надежде, что Марина все-таки будет дома и окажется сговорчивой (он ведь как-никак журналист известного интернет-издания, и упоминание ее имени и факта их близкой дружбы с Матильдой в его статье об убийстве станет для бизнеса Марины лучшей рекламой, в обмен на это он планировал раздобыть от нее информацию о жизни звезды), Максим отправился по адресу улица Красненская, дом 17, квартира 45.

Прибившись к кучке перешептывающегося между собой вспомогательного персонала кухни, Алина Филипова с открытым ртом вслушивалась в рассказ посудомойщицы Антонины о внезапной смерти телеведущей, модели и блогера Матильды Егоровой. Конечно, работа официантов и других сотрудников заведения сразу замедлилась, потому что всем необходимо было обсудить случившееся и поделиться своими соображениями на этот счет. Да и пройти мимо такой сенсации просто невозможно. Что могло произойти с популярной знаменитостью? Ведь звезды редко становятся жертвами маньяков или психов с улицы. Как она умерла?

Алина активно участвовала в обсуждениях, однако умолчала о том факте, что новость о смерти Матильды, как выяснилось позже из разговора, вышла под авторством журналиста Максима Ивановского, за которым еще утром на собственной кухне Алина убирала весь оставленный им со вчерашнего вечера беспорядок. Получается, за эту услугу она имеет полное право вытрясти из него все известные на сегодняшний день подробности дела, а пока стоит держать язык за зубами, иначе любопытные коллеги не дадут Алине спокойно дышать.