Ольга Иванцова – Дело Матильды Егоровой (страница 6)

Он закрыл все вкладки и зашел на не менее успешный информационный портал «Новости с опережением». Его работники, в свою очередь, умудрились каким-то макаром раздобыть домашний адрес брата Матильды, и теперь на главной странице портала во весь экран красовалось сорокасекундное видео в высоком разрешении: Романа Егорова, сгорбленного и дрожащего, из подъезда собственного дома за руку выводит сотрудник милиции. Если бы для самого горячего момента журналистского расследования была учреждена премия, типа Оскара, этот ролик, несомненно, мог бы на нее претендовать. На этот раз Максима Ивановского нехило обскакали.

О том, что с ним сделает Главный, когда обнаружит, что их самый сильный конкурент отхватил эксклюзивный материал с задержанием брата убитой знаменитости, тогда как Максим ограничился скупой беседой с домработницей, и думать не хотелось. За весь день в его желудке побывал только утренний кофе, и, поскольку смерть Максима от рук главного редактора, неизбежная из-за журналистского прорыва «Новостей с опережением», теперь запланирована на завтра, умирать от голода сегодня не имело никакого смысла. По примеру американских тюрем, где приговоренным к казни позволяют выбрать последний прием пищи на их усмотрение, Максим решился на роскошный ужин в одном из самых дорогих и любимых ресторанов города. Он отправился в «Бизон».

Рабочая смена Алины подошла к концу. Слава Богу, этот день не принес больших потерь ее нервной системе, и Алина спешно собиралась домой, чтобы наконец выпотрошить из Максима мельчайшие подробности загадочного убийства, потрясшего сегодня буквально всех.

Она вышла на улицу, и духота жаркого летнего дня больно ударила ей в лицо. Алина забросила сумку на плечо и начала доставать из кармана джинсов свои беспроводные наушники, чтобы дорога не казалась такой скучной, как вдруг мужской голос неожиданно окликнул ее: Саша поджидал Алину немного поодаль от входа в ресторан. «Боже! Боже! Боже! — мгновенно пронеслось в голове девушки. — Ну только не сегодня, нет, я же не готова!» Однако честно признаться Саше в том, что она до смерти смущается при виде него, а от внезапно накатившего волнения ее и вовсе подташнивает, Алина не планировала, потому примерила на себя маску надменной уверенности и язвительным тоном спросила:

— Тебе настолько понравилась еда и обслуживание, что ты решил питаться здесь круглосуточно?

— Нет, — улыбнулся Саша, — тебя ждал.

— Я же сказала, что не хочу, чтобы меня провожали.

— А еще ты вроде как сказала, во сколько заканчиваешь. Получается, сама еще не знаешь, чего хочешь наверняка.

Больше всего в мужчинах Алине нравилась наглость, напористость и острый на слово (и не только) язык. Саша, похоже, обладал всеми этими качествами, оттого стал для нее еще более привлекательным. Между ними завязался диалог.

— Почему ты прекратила ходить на курсы? — спросил Саша.

— Работа в ресторане и учеба отнимают много времени, — стараясь сохранять спокойствие, ответила она.

— Я слышал, ты развелась.

— Да. И такая судьба ждет каждую, что застукает мужа в собственной постели со своей лучшей подругой.

— А твой бывший, видимо, совсем тупой, раз не сообразил, что с подругами жены лучше не спать, да и домой любовницу приводить нежелательно.

— Нет, он нисколько не тупой, — усмехнувшись, возразила Алина. — Но по части фантазии проигрывал всегда.

— Ну, ясно. А я свой бизнес открыл, — сменил тему Саша. — Теперь занимаюсь кейтерингом, удалось собрать неплохую команду, клиенты довольны, дело в гору идет. Считай, поднялся. Еще и котенка купил породистого, два месяца его, заразу, ждал. Назвал Сникерсом.

— Очень мило, поздравляю. Хотя я думаю, что тебе больше собаки подходят. Для котенка ты слишком крупный, только без обид.

Они шли вдвоем, а их разговор бросало из стороны в сторону. Пока Саша рассказывал Алине о прикольных случаях, которые происходили с ним на работе, она размышляла о том, насколько хорош, должно быть, Саша в постели. Люди утверждают, что мужчины постоянно думают о сексе. Но никто не думает о нем столько, сколько молодая и здоровая женщина, у которой он отсутствует уже шесть месяцев подряд. Алина упорно пыталась сосредоточиться на беседе, но это оказалось выше ее сил. Саша был очень красив и очень в ее вкусе, что не позволяло отсортировать его в категорию «приятель или просто друг». Тем не менее она старалась кивать и делать удивленное лицо всякий раз, когда того требовал момент или Саша произносил фразу вроде: «Можешь себе представить?..» Он и не догадывался, что себе в данный момент представляла она.

Обычно путь от работы до дома занимал у Алины от сорока до пятидесяти минут, и это еще при условии, что идти нужно быстрым шагом. В компании Саши это расстояние удивительным образом резко сократилось, и Алина поняла, что не прочь была бы прогуляться еще. Естественно, сама она ничего предлагать не станет. Алина повернулась к нему и, не выдавая истинных желаний, произнесла:

— Спасибо, что проводил. День и правда выдался тяжелым, но с твоей помощью я хоть немного отвлеклась.

— Может быть, ты как-нибудь пригласишь меня к себе на чашку чая? Я бы не отказался.

— Нет, извини, не могу. Я живу не одна.

— С подругой?

— С Максимом, он мой сосед.

Этого Саша явно не ожидал.

— Надеюсь, у него уже есть жена или подружка? Или, может, ему девяносто пять?

— Вообще-то тридцать два, и он холост, журналист. Ну, ты понимаешь, нервная ненормированная работа и все такое.

— И как тебе живется с холостым журналистом? — с нескрываемым раздражением спросил он.

— Нескучно. Из плюсов — всегда в курсе кровавых новостей, — широко улыбнулась она.

Саша выглядел абсолютно недовольным, чего, собственно, Алина и добивалась. Очевидно, разговор закончился вообще не так, как он себе это представлял. Вот и пусть знает, что рядом с ней всегда находится еще один красивый и свободный мужчина. А вот о том, что этот мужчина иногда жутко ее раздражает и даже чашку за собой не в состоянии помыть, Саше было знать совсем не обязательно.

Максим сидел за столиком и жадно уплетал говяжий стейк, совершенно не обращая внимания на то, что творится вокруг, потому и понял не сразу, что его телефон разрывается уже которую минуту подряд. Когда же до него наконец дошло, что кто-то отчаянно пытается ему дозвониться, он взял смартфон в руки и, увидев незнакомый номер, с откровенной злостью (это ж надо, голодного мужика отвлекают от сакрального момента приема пищи) бросил в трубку:

— Алло?

— Привет, — послышался заплаканный женский голос. — Это Марина, Марина Колесниченко, мы пересекались сегодня днем. Я хотела… Мне нужно с тобой поговорить. Могу я подъехать, куда скажешь, прямо сейчас?

— Ну, да, конечно. Я в «Бизоне», третий столик на террасе.

— Поняла, буду через полчаса.

Мозг Максима стал активно накидывать варианты. Этот звонок оказался для него полной неожиданностью, особенно если учитывать, с какой ненавистью смотрела на журналиста Марина еще днем. Конечно, сцены с запугиванием и угрозами от близких жертвам людей или родственников преступников были для него не в новинку. Все они пытаются скрыть правду, ненавидят огласку и презирают тех, кто охотится за фактами и истиной. Но и Максим не собирался отступать. Он всегда получает то, что нужно, ловко подбирает ключики к любой личности, располагает к себе, вызывает доверие, а после вытаскивает наружу все, что имеет значение или может представлять интерес. В практике, однако, случалось и такое, что сами участники трагедии выходили на связь первыми. Только происходило это довольно редко. И уж тем более не ожидал он подобного шага от Марины, но, нужно признать, был ему крайне рад. Журналистское чутье никогда не подводит, и Максим чувствовал, что сейчас имеет все шансы отправить «Новости с опережением» в информационный нокаут. Чего бы ни хотела взамен Марина, он ей это обеспечит, но и девушке придется выложиться на полную. В эту минуту удача, безусловно, повернулась к нему лицом, и теперь Максим может смело выдохнуть, поскольку его завтрашнее четвертование благополучно отменено.

Марина сдержала обещание. Буквально через двадцать минут рядом с рестораном припарковалась знакомая иномарка, из которой вышли двое — безумно красивая блондинка и, к большому удивлению Максима, какой-то ботан. Пара уверенно проследовала к его столику, и после коротких приветствий Марина наконец представила своего спутника:

— Знакомься, это Илья, парень Матильды.

Порция стейка, которую Максим запихнул в себя почти целиком (настолько он был голоден), ощутимо перевернулась в желудке, как это часто бывает, если неожиданное и волнующее событие происходит в тот момент, когда ешь. Подруга и парень! Еще пару часов назад Максим мог довольствоваться лишь сбивчивым рассказом домработницы о неряшливости и неаккуратности погибшей, хоть и узнал от нее кое-что полезное, а сейчас к нему по собственной инициативе пожаловали и подруга, и парень. Настоящий джекпот. Стоп, что? Это парень Матильды? Парень красивой и богатой модели — очкастый, прыщавый ботан? Пытаясь скрыть свое изумление, Максим встал и как ни в чем не бывало протянул ему руку.

— Максим Ивановский, журналист, пишу о трагедии. Мои соболезнования.

— Илья Смирнов, — сказал тот надрывным голосом, на глазах мужчины блестели слезы. — Спасибо, вы очень добры. Прошу заранее извинить меня, если эмоции вдруг возьмут верх. Я все еще не верю в то, что ее… Простите, мне сложно смириться со случившимся, но я постараюсь держать себя в руках. И раз уж эта беседа предполагает полное доверие и откровенность во всем, не стесняйтесь, Максим, называйте меня Математик или Матем, как вам будет угодно. Это прозвище закрепилось за мной еще со школьных времен, собственно, именно так и обращаются ко мне близкие друзья. Для вас я тоже не стану делать исключения, ведь если вы согласитесь на… — тут он осекся и резко замолк.