Ольга Иванова – Затерянная между мирами. Дилогия (страница 71)
При нашем появлении он поднял голову, пробежался взглядом по нам троим, после чего вопросительно посмотрел на коренастого.
— Вот, Ральф, — сразу же с ухмылкой заговорил тот, — нашли их в Мертвом городе… Говорят, случайно забрели… Девка, вообще, чуть не сбежала. Пришлось на нее даже пулю потратить…
Саммерс (полагаю, это и был он) встал из-за стола и подошел прямо к нам. С холодным любопытством посмотрел на Карла Генриховича, чуть дольше задержался около Ильи, потом же его карие, почти черные, глаза остановились на мне. На мгновение в них нечто вспыхнуло, похожее на удивление или даже испуг. После этого он быстро перевел взгляд обратно на Илью.
— Кто вы такие? — разделяя каждое слово, спросил Саммерс.
— Мы уже объясняли… — не отводя глаз, спокойно ответил тот. — Мы оказались у вас случайно… Временно. Искали пресную воду и какую-нибудь еду. Не отказались бы и от какой-нибудь работы, чтобы имеет возможность все это купить…
— Я спросил, кто вы такие? — повторил свой вопрос Саммерс. — И пока не получил ответ, который бы меня удовлетворил…
— Позвольте мне объяснить, — подал голос Карл Генрихович, и вопрошающий медленно повернулся к нему, приподнимая одну бровь.
Заметив, что тот приготовился слушать, старик продолжил уже более уверенно:
— Как сказал мой сын, мы оказались здесь случайно… К сожалению, мы не можем вам озвучить причину своего появления здесь. Это не наша тайна, и мы не имеем право ее разглашать. Однако, уверяю вас, мы не желаем ничего дурного. Нам просто нужно где-то переждать две недели, и мы уйдем. И больше никогда здесь не появимся.
— Уйдете? И куда же вы уйдете? — Саммерс вернулся к своему столу и, присев на его угол, скрестил руки на груди.
— Туда, откуда пришли, — коротко ответил Карл Генрихович.
Саммерс несколько раз задумчиво кивнул куда-то в сторону, а потом резко окликнул:
— Кобб!
— Да, Ральф, — тут же отозвался коренастый.
— Иди собери людей, пусть прочешут все берега в поисках неизвестного судна… Ищите старательно, возможно, наши гости умудрились его припрятать подальше от посторонних глаз…
— Понял, — Кобб сразу же направился к выходу.
— Осматривали их вещи? — Саммерс теперь глядел на блондина, который по-прежнему стоял позади меня.
— Нет, — мотнул головой тот. — Не было времени…
— Так делайте это сейчас, — в голосе Ральфа Саммерса промелькнуло раздражение.
С Ильи тут же стянули рюкзак, а у Карла Генриховича забрали сумку, в которой хранилась наша провизия. Их содержимое тут же бесцеремонно было вытрясено прямо нa пол. Железная банка тушенки cо стуком откатилась в сторону Саммерса. Тот остановил ее ногой, затем наклонился и поднял.
— Что это за язык? — покрутив ее в руках, спросил он. — Мне кажется, или это действительно русский? — его голос стал подозрительно елейным.
Я бросила взгляд на Карла Генриховича, пытаясь понять, собирается ли он соглашаться. Но тот молчал, застыв в нерешительности. Лицо Ильи также было непроницаемо.
Не дождавшись ответа, Саммерс сел на корточки около кучи с нашими вещами и принялся их перебирать. Когда очередь дошла до пакета с моими гигиеническими средствами, из которых выглядывала пачка с прокладками, я дернулась в порыве забрать его, но блондин резко вернул меня на место, а его нож, прорвав ветровку и футболку, полоснул кожу. От резкой боли перехватило дыхание, и я ощутила, как по спине потекла струйка горячей крови.
Саммерс тем временем с интересом изучал надписи на упаковках и флаконах. После этого, не выпуская из рук бутылочки с шампунем, поднялся и подошел к одной из карт, которые висели над его столом. Раньше я не обратила на них внимания и теперь попыталась вглядеться, что на них изображено. Саммер несколько минут переводил взгляд с карты на флакон, будто сравнивая что-то, и, наконец, удовлетворенно изрек:
— Все-таки русские…
— Простите, откуда такие выводы? — тихо уточнил у него Карл Генрихович. — Вы знаете русский?..
Саммерс на это ухмыльнулся и пальцем поманил его к себе. Верзила, что держал до этого Карла Генриховича, вытолкнул его вперед. Он осторожно приблизился к Саммерсу, и тот показал на карту:
— Узнаете?
Карл Генрихович подошел совсем близко к карте, и в то же мгновение из него вырвалось изумленное:
— Это Россия?..
— Да, и на русском языке. Эта карта досталась нам от одного из таких же залетных гостей, что и вы. Тоже утверждали, что их сюда случайным ветром занесло. А потом оказалось, что на серверном берегу их ждет корабль с оружием и десятком друзей… — в голосе Саммерса появилась сталь. — Так вот, они были русскими. Как и вы.
— По правде говоря, не понимаю, в чем вы нас обвиняете, — Карл Генрихович сохранял спокойствие и с достоинством выдержал испепеляющий взгляд стоящего рядом с ним мужчины. — Если мы нарушили какие-то ваши правила, прошу нас извинить… Мы не знали о них и впредь будем осторожней… Позвольте нам уйти, и, как я обещал, вы больше нас никогда не увидите…
Из груди Саммерса вырвался смешок, потом другой, а после он громко расхохотался, хлопая в ладоши.
— Браво, отлично сыграно, — прозвучало сквозь смех. — Я вам непременно поверю…
Затем хохот резко оборвался, а лицо мужчины исказила ярость.
— Уведите их, — скомандовал он своим людям. — В погреб… Пока не найдут их лодку. А там будем решать…
Конвоир Карла Генриховича грубо схватил его и пинком направил в сторону выхода.
Увидев это, Илья попытался возмутиться:
— Эй, поаккуратней!
Но его тоже пнули со всей силы, подгоняя к двери:
— Поговори тут. Пошел!
Меня мой блондин потащил было следом за ними, как вдруг его остановил окрик Саммерса:
— Нил. Девицу оставь. Я с ней сам разберусь…
ГЛАВА 11
Нил послушно отступил от меня и вышел прочь. Я же вначале с упавшим сердцем посмотрела на закрывшуюся за ним дверь, а после перевела взгляд на Саммерса. С улицы донеслись взволнованные крики Ильи, вопрошающие, куда я пропала, затем какая-то возня и удары. Неужели, его бьют? От этой мысли к горлу подступил ком, а внутри все еще больше сжалось от страха.
— Я так понимаю, ты его шлюха? — с кривой усмешкой спросил Саммерс, кивком показывая на окно, затем двинулся на меня.
Его взгляд не выражал ничего хорошего, а гадкая ухмылка не сходила с лица. Я начала пятиться назад, пока не наткнулась на стену, с испугом уставившись на приближающегося мужчину.
— Не смейте меня оскорблять, — хрипло прошептала я.
— Разве я сказал что-то оскорбительное? — он остановился рядом и принялся ощупывать взглядом мое тело. — Сомневаюсь, что приличная женщина может оказаться в подобной ситуации. Все приличные женщины сидят дома и растят детей, а не впутываются в рискованные авантюры ради призрачной наживы… А еще приличные женщины не носят подобной одежды…
Его руки потянулись к вороту моей ветровки и дернули со всей силой вниз, с треском разрывая ткань. Я не успела опомниться, как следом за курткой он разодрал футболку и с беззастенчивым любопытством воззрился на мою грудь в ажурном лифчике.
— Я же говорю — шлюха, — произнес Саммерс, оттягивая кружевной край бюстгальтера. При этом в его взгляде читалась не так похоть, как ненависть, холодная и брезгливая.
Первобытный страх жертвы сковал тело, лишая воли и способности сопротивляться.
— Прекратите… — только и смогла выдохнуть я, с мольбой глядя на него.
Но Саммерс на это лишь вновь ухмыльнулся и взял меня за подбородок. Провел большим пальцем по нижней губе, грубо оттянув ее вниз. Затем вздернул лицо выше и впился в мой рот жестким поцелуем. Я, противясь, стиснула зубы, но он сдавил мои щеки, силой разжимая челюсть, и его язык тут же проник внутрь. Я уперлась Саммерсу в грудь, пытаясь оттолкнуть его, только добилась обратного: он еще больше навалился на меня, всей своей массой вжимая в стену. От чувства полнейшего бессилия, смешанного с ужасом и отвращением, из глаз хлынули слезы.
Возможно, это немного отрезвило Саммерса, поскольку он сразу же отпрянул от меня. Раздраженно прищелкнул языком, потом схватил под локоть и потянул к дверям. На этот раз я не сопротивлялась, надеясь, что он собрался отвести меня к Илье и Карлу Генриховичу. Однако, очутившись за порогом, поняла, что ошиблась. Меня потащили не к выходу из дома, а к другой двери, за которой оказался недлинный, но просторный коридор. Он вел еще в несколько комнат, около одной из них и остановился Саммерс. Открыв ее, он небрежно толкнул меня внутрь.
— Побудешь пока здесь, — сказал он и, окинув меня едким взглядом, вышел вон.
Щелкнул замок, и я осталась одна взаперти.
Дрожа от переполнявших эмоций, огляделась. Широкая железная кровать, застланная скромным, но чистым льняным бельем. Платяной шкаф. Несколько полок с книгами. Камин. Маленький стол со стоящим на нем графином с водой, рядом — скромное деревянное кресло. Небольшое круглое зеркало на стене. Около него высокий табурет, на котором расположились таз с водой и что-то похожее на мужскую бритву. Последняя деталь наталкивала на неприятную мысль, что это спальня самого Саммерса. Какого черта он меня сюда привел? Неужели собрался издеваться надо мной дальше?..
Я бросилась к окну и трясущимися руками попробовала открыть его. Но скоро поняла всю тщетность своих попыток: створки, казалось, стояли намертво. Мелькнула было мысль чем-нибудь разбить его, но я тотчас отказалась и от нее. Звон бьющегося стекла явно привлечет внимание, и тогда меня точно убьют.