Ольга Иванова – Затерянная между мирами. Дилогия (страница 41)

Поэтому, когда я приехала в санаторий Центра, испытала настоящий культурный шок. Так, здание в пятнадцать этажей походило на пятизвездочный европейский отель с ухоженной подъездной дорогой и удобной автомобильной стоянкой. В просторном холле за длинной деревянной стойкой нас встречал администратор, источающий самые любезные слова и улыбки. Регистрацию прошли быстро, получив в десятидневное владение уютный двухкомнатный номер со всеми удобствами. Также мне вручили санаторную карту с огромным перечнем бесплатных процедур, а Илье — стопку бумажных проспектов с рекламой местных развлечений.

— Бассейн, бильярд, боулинг, сауна, — принялась я изучать информацию, содержащуюся в них, зачитывая ее вслух. — Тренажерный зал, теннисный корт, баскетбольная и волейбольная площадки, велодорожки, катание на лошадях, собственный пляж на берегу кристально-чистого озера, два бара, дискотека, косметический салон… Мы точно в санаторий приехали?

— Ну раз есть медицинские процедуры, значит, все-таки санаторий, — усмехнулся Илья, располагаясь рядом со мной на диванчике.

— А это что? — внезапно среди буклетов обнаружилась небольшая рекламная листовка с неоднозначным текстом: «Мужской досуг. По всем вопросам обращаться к администратору». Сбоку был изображен силуэт обнаженной девушки в соблазнительной позе. — Это тот «досуг», о котором я подумала? — вкрадчиво поинтересовалась я.

— Полагаю, да, — Илья, ничуть не смутившись, забрал у меня рекламку и покрутил ее в руках.

— То есть здесь, в этом санатории, где оздоравливаются беременные женщины, их мужьям без всякого стыда предлагают проституток? — мой голос задребезжал от возмущения.

— Наверное, это продиктовано тем, что во время беременности женщинам нельзя заниматься любовью, а мужчинам может потребоваться разрядка, — Илья говорил так спокойно, словно, в этих словах не было ничего крамольного.

— То есть, ты считаешь, что это нормально? — не веря своим ушам, уточнила я. — И проститутки — это не аморально?..

Взгляд Ильи стал недоумевающим:

— Но ведь это их работа…

Работа? Я чуть не задохнулась от изумления. И это я слышу от Ильи?.. А, главное, тон такой спокойный, уверенный, будто так и надо. А может..? Может, в здешнем мире это действительно в порядке вещей?.. И проституция является легальным занятием?..

Мне сразу представилась картина, где Илья занимается сексом с другой женщиной за деньги, отчего все внутри сжалось, перехватывая дыхание.

— А ты… — я судорожно вздохнула, борясь с подступающими слезами. — Ты тоже собираешься воспользоваться их услугами?..

— Дурочка, что ли? — усмехнулся Илья, притягивая меня в себе. — Ни одна женщина не заменит мне тебя… А суррогат мне не нужен. Как там говорил один поэт? «Уж лучше голодать, чем что попало есть»? Так вот мне ближе этот принцип. К тому же, — он поцеловал меня в висок, а после потерся носом о мою щеку, — мы всегда найдем способ сделать друг другу приятно…

На душе сразу стало легко, а сердце защемило от нежности к любимому. Я протянула руку, чтобы погладить его по щеке, покрытой легкой небритостью. Но едва коснулась кожи, вдруг осознала, что мои пальцы ничего не чувствуют: ни колючих волосков щетины, ни тепла тела. Их кончики словно онемели. Я медленно скользнула рукой вниз, к шее Ильи, затем провела ею по рифленой ткани его джемпера, все время прислушиваясь к своим ощущениям. Но ничего не менялось: я будто водила пальцами по воздуху.

— Что такое? — Илья заметил мое замешательство.

— У меня пальцы почему-то онемели, — я с испугом посмотрела на свою руку. — Вернее, их кончики…

Илья, вмиг став озабоченным, пробежался по комнате ищущим взглядом, потом остановился на моих волосах, собранных в ракушку, и без предупреждения выдернул из прически шпильку.

— Давай посмотрим, — он принялся колоть кончики пальцев вначале на одной руке, а затем на другой, острым кончиком заколки, постоянно спрашивая: — Здесь чувствуешь?..

Но я лишь растерянно качала головой.

— А здесь? — уколы переместились чуть выше.

— Здесь чувствую, — ответила я. — И ладонь чувствую… Говорю же, только кончики онемели…

— Странно, — Илья начал массировать мои пальцы. — Может, с сосудами что-то? Или защемление какое… Надо будет, как только вернемся, обследовать тебя еще раз… Как сейчас? — он отпустил мою руку.

— Уже лучше, — я несколько раз сжала-разжала пальцы, потом снова провела ими по щеке Ильи и улыбнулась. — Теперь все в порядке… Спасибо.

— Если вдруг опять повторится нечто подобное, не молчи, ладно? — Илья перехватил мою ладонь и поцеловал ее. — Это может быть серьезным симптомом…

— Договорились, — кивнула я и вдруг спохватилась: — Мы же опаздываем на обед!..

— Думаешь, без нас все съедят?.. — хмыкнул Илья.

— Скорее, все съем я. Ты даже не представляешь, как я голодна! — я сделала большие глаза, а потом рассмеялась. — Пошли, — и потянула мужа за собой. — Мне сейчас нужно есть за двоих…

Столовая по интерьеру походила на ресторан и работала по принципу «шведский стол». Еда, предлагаемая местными поварами, выглядела так аппетитно, что трудно было сдержаться и не наложить себе тарелку с горочкой. Мысль о том, что не смогу все это съесть, легкомысленно отбросила.

Предвкушая вкусный обед, я направилась к столику, где уже сидел Илья, как вдруг заметила в глубине зала знакомый силуэт.

— Полина? — удивилась я.

Впрочем, удивление быстро испарилось, стоило мне вспомнить, что санаторий принадлежал Центру репродукции. В этот момент Полина обернулась и тоже увидела меня. Она чуть улыбнулась и приподняла руку в знак приветствия. Я тоже помахала ей и устремилась к своему месту.

После обеда Полина сама подошла ко мне.

— Значит, и у тебя тоже все получилось? — с усмешкой спросила она.

— Как видишь. А ты здесь с Сашей? — задала я встречный вопрос.

— Нет, с мамой, — нарочито весело ответила та. — Саша в выходные приедет… У него сейчас проект серьезный, нет времени разъезжать по санаториям, — хоть Полина и старалась говорить это беспечно, но во взглядах, которые она бросала на Илью, мелькала зависть.

— Ладно, мне еще на процедуры, — поспешила я свернуть разговор. — Увидимся…

В следующий раз мы встретились с Полиной на пляже. День выдался жарким, и почти все отдыхающие переместились к озеру. Укрывшись под зонтиком, я лениво наблюдала за Ильей, который вот уже полчаса демонстрировал мастер-класс по плаванию. На днях он сумел познакомиться с несколькими неприкаянными мужьями таких же беременных девушек, как я. И теперь, собираясь компанией, они коротали вместе те часы, когда их жены пропадали на процедурах. Сейчас же с одним из них Илья устроил плавательные гонки на скорость, развлекаясь тем самым вовсю. Поэтому когда около меня примостилась Полина со своим пляжным ковриком, я даже обрадовалась. Хоть будет с кем перекинуться парой-тройкой слов.

— Как самочувствие? — начала разговор она.

— Нормально, — ответила я, хотя на самом деле второй день подряд чувствовала себя не очень хорошо. Временами нападала головная боль, а еще то и дело возвращалось онемение пальцев. Но об этом я даже Илье боялась говорить, не желая его попусту волновать. Решила, что вернусь домой и сперва расскажу обо всем Лене.

— Счастливая. А у меня вот тошнота появилась, — пожаловалась Полина. — Неужели так рано токсикоз начался? Иногда только гляну на еду, сразу наизнанку выворачивает… И запахи некоторые просто с ума сводят. В общем, жуть… И ведь это только начало…

— Потерпи, токсикоз должен закончиться через пару месяцев, — подбодрила ее я. — Во всяком случае, так обещают…

— Зато потом вырастает живот, и я стану похожей на неповоротливую бегимотиху, — недовольно проворчала Полина. — Так что еще неизвестно, что хуже… Ну вот, опять, — она схватилась за горло и поморщилась, — мутить начало… Пойду сока кислого куплю. Тебе взять чего-нибудь?..

— Можно, стакан апельсинового, пожалуйста, — попросила я.

Бар с прохладительными напитками находился прямо на пляже, поэтому Полина вернулась быстро.

— Держи, — она протянула мне стакан с заказанным соком, сама же с жадностью припала к своему напитку.

Я, поблагодарив, хотела забрать свой сок, но внезапно поняла, что не могу этого сделать: пальцы на правой руке не только онемели, но и вовсе отказывались двигаться. Я не могла даже пошевелить ни одним из них, полностью потеряв над ними контроль. Паника, липкая и холодная, сдавила грудь, заставив сердце раз за разом пропускать удары.

— Ну? — Полина с соком в протянутой руке вопросительно смотрела на меня.

К счастью, в отличие от правой, левая рука функционировала нормально, и я все-таки смогла взять стакан. Сделав несколько глотков, я отставила напиток в сторону и под видом посещения туалета покинула Полину.

Нашла скамейку в глубине лесопарка, что окружал санаторий, и стала с остервенением растирать онемевшую руку. Я не понимала, что со мной происходит, и это ужасно пугало и приводило в отчаяние. Страх сковывал тело, дыхание сбивалось и становилось похожим на всхлипы. От сильного трения рука покраснела, но зато начала постепенно возвращаться к жизни. Наконец я смогла сжать ладонь, а затем ощутить тепло нагретой на летнем солнце скамейки. Паника потихоньку сдавала позиции, а рассудок прояснялся.

Я еще некоторое время посидела в лесу, выравнивая дыхание, и только потом отправилась обратно на пляж.