Ольга Иванова – В поисках судьбы (страница 45)

– Значит, у меня будет время попрощаться с Ильей…

– Да, – на губах Лены промелькнула грустная улыбка. – Ложись… Сейчас придет анестезиолог, и мы начнем…

– Лена, – я взяла золовку за руку. – Спасибо тебе… И не чувствуй себя виноватой, хорошо?

Та лишь кивнула, ответно сжимая мою ладонь.

– Только можно тебя попросить? – продолжала я.

– Конечно, – Лена снова кивнула.

– Проследи, чтобы все было хорошо, и наш с Ильей ребенок родился. А если со мной все-таки что-то случится, то не бросай его, пожалуйста…

– Тебе не надо меня об этом просить, – глаза Лены увлажнились, и я сама почувствовала, как к горлу подступает предательский ком. – Я никогда не оставлю своего племянника. Или племянницу. Я все еще надеюсь, что это девочка, – пошутила она, смахивая слезы.

– Спасибо, – мы с Леной крепко обнялись, и именно в это момент в палату зашел анестезиолог с медсестрой.

– У меня все готово, – сообщил он сухо. – А вы?

– Тоже готова, – ответила я, устраиваясь на казенной постели.

– Я не прощаюсь с тобой, – ободряюще улыбнулась Лена, когда анестезиолог принялся устанавливать капельницу.

– Безусловно, только «до свидания», – с улыбкой отозвалась я, но потом чуть вскрикнула, когда игла вошла мне в вену. – А теперь позови Илью, пожалуйста…

– Сейчас, – Лена, бросив на меня прощальный взгляд, поспешно вышла.

Илья ворвался в палату через несколько минут с обезумевшим взглядом и трясущимися руками.

– Катя, – он сразу же бросился к моей постели и опустился около нее на колени. – Зачем ты это сделала?.. Ведь я просил… Я все продумал… Уже почти договорился с…

– Прости меня, – прервала его я и погладила по щеке. – Но мне это нужно… Именно так…

– Катя… Ну как ты не понимаешь?.. – в глазах Ильи застыли слезы, и я впервые видела его в таком состоянии. – Я не хочу тебя терять… Я не смогу без тебя…

– Илья, милый…– я попыталась улыбнуться. – Я не собираюсь оставлять тебя… Обещаю, через восемь месяцев мы снова будем вместе… Только с нами будет еще наш малыш…

– Катя… – отчаянно прошептал Илья и уткнулся лицом в мою ладонь. – Катя…

– Ты просто приходи ко мне почаще…– говорить становилось все тяжелее, а веки наливались тяжестью. – Ко мне и нашему ребенку… Хоть я не смогу тебя видеть, но чувствовать твое присутствие буду точно…

– Я буду приходить сюда каждый день, – Илья переплел наши пальцы, – обещаю… А ты обещай, что будешь бороться и обязательно вернешься ко мне…

– Обещаю, – мои губы уже едва шевелились. – А теперь просто поцелуй меня…

Сквозь накатывающую дрему я почувствовала нежное прикосновение его губ к своим, затем до меня донесся его шепот:

– Я люблю тебя…

Я хотела ему ответить, однако не смогла.

Глаза смыкались сами собой, но прежде чем окончательно погрузиться в глубокий сон, я успела заметить, как вокруг меня сгущается знакомая белая дымка…

Глава 18

Невнятный писк настойчиво врезался в сознание, нарушая небытие, в котором я сейчас пребывала. Здесь было спокойно и даже уютно, поэтому я не спешила его покидать, колыхаясь в безликом вакууме и наслаждаясь окружавшей меня безмятежностью.

Однако неприятный писк не сдавал позиций, усиливаясь с каждой секундой, а вскоре к нему добавилось легкое постукивание. Вместе с этим рассеивалась блаженная пустота, и помимо слуха постепенно стали включаться другие органы чувств. Теперь я ощущала вибрации воздуха, холодившие кожу, а нос улавливал запах каких-то лекарств и, кажется, хлорки. Затем я начала чувствовать свое тело в пространстве, понимая, что лежу на чем-то в меру жестком. Хотела сделать вдох поглубже, но вместе с ним из груди вырвался тихий стон.

– Ох ты, батюшки! Очнулась! – тут же раздалось испуганное рядом, а потом что-то с грохотом ударилось о пол.

Пора было открывать глаза, чтобы уяснить полную картину, но это оказалось не так уж просто. Потребовалось некоторое усилие, чтобы разлепить веки, а после, сощурившись, взглянуть на свет. Который, правда, от меня сразу заслонила некая объемная фигура.

– Очнулась, милая, – радостно повторила она, наклоняясь ко мне поближе.

Теперь я смогла разглядеть круглое женское лицо, на котором горела счастливая улыбка.

«Вы кто?» – хотела спросить я, но горло было настолько пересохшим, что вновь смогла издать лишь неопределенный хрип.

– Сейчас, милая, доктора позову! – продолжала незнакомка. – Ох, как же все обрадуются-то! – она всплеснула руками и, несмотря на внушительную полноту, прытко куда-то помчалась.

Я же попыталась приподнять голову и осмотреться.

Быстро стало понятно, что находилась я явно в больничной палате, однако не той, где меня вводила в кому Лена. Значит, я уже в другом мире, хоть и снова в больнице. Слева отыскался источник раздражавшего писка – кардиомонитор, а чуть вдалеке от койки заметила ведро и валяющуюся на полу швабру. Вот тебе и виновница непонятного стука. А женщина, которую я напугала своим пробуждением, по-видимому, была уборщицей или санитаркой.

Когда немного прояснилась голова, а тело обрело чувствительность, вместе с этим начал проявляться и определенный дискомфорт. Например, кислородная маска, которая давила на лицо. Или с десяток непонятных проводков и трубочек, прикрепленных к запястью и локтевым сгибам и мешающих сделать лишнее движение. Горло же по-прежнему саднило от сухости, а во рту словно образовалась пустыня Сахара.

– Очнулась! – вновь раздался радостный крик, однако теперь он исходил от миловидной пожилой женщины в форме медсестры.

– Я ж говорила! – из-за ее плеча выглянула грузная санитарка.

– Ну как вы себя чувствуете?– подскочила ко мне медсестра, источая самую искреннюю улыбку.

– Пить…– наконец удалось мне выдавить из себя.

– Конечно, – кивнула женщина и повернулась к своей спутнице: – Клавдия Михайловна, будьте добры, принесите водички…

– Вы не волнуйтесь, – продолжила она, обращаясь уже ко мне. – Доктор вот-вот подойдет… Просто заведующий вызвал всех на внеплановую летучку… А я старшая медсестра, так что пригляжу пока за вами…

Объявилась Клавдия Михайловна с водой в пластиковом стаканчике.

– Давайте я вам помогу, – медсестра сняла с меня маску, а санитарка поднесла к губам стаканчик. – Только пьем понемножечку… Маленькими глотками… А то за столько недель комы организм мог разлениться…

Но я не смогла сдержаться и сделала несколько жадных глотков, на что желудок среагировал сильным спазмом. Рвотный позыв хоть и удалось подавить, но, поперхнувшись, раскашлялась.

– Ничего страшного, – ласково проговорила медсестра. – Организму потребуется время, чтобы вновь начать нормально функционировать… Клавдия Михайловна, – она снова обратилась к санитарке. – Вы пока идите уберите в других палатах, а сюда вернетесь позже…

– Ладно, – та явно не хотела уходить, поэтому собирала свои ведра-швабры нарочито медленно.

– Помните, как вас зовут? – поинтересовалась медсестра, когда та наконец покинула палату.

– Катя… Екатерина… – вода немного смочила слизистую горла, поэтому говорить стало заметно легче.

– А сколько вам лет, помните?..

– Двадцать пять…

– А что с вами произошло, помните?

Я отрицательно мотнула головой.

– А что со мной произошло? – спросила потом медсестру.

– Больше трех недель назад вы попали под машину, – мягко ответила она. – Как рассказала ваша подруга, у вас было какое-то эмоциональное потрясение, и, наверное, поэтому вы не заметили, как вышли на проезжую часть, в то время как горел красный свет…

Авария, пешеходный переход, красный свет… Все это так похоже на события в моем настоящем мире. Впрочем, в первой параллели, где я очутилась, тоже было много совпадений, поэтому рано делать выводы.

Но как бы хотелось, чтобы все-таки это оказалось моим домом…

– Автомобиль успел вовремя остановиться, поэтому у вас не было серьезных повреждений, даже сотрясения мозга… – между тем продолжала говорить медсестра. – Однако вы потеряли сознание и так и не смогли в него вернуться. Это было странно, поскольку все показатели были в норме… Вас взялся обследовать Илья Викторович, один из наших лучших врачей, но причина комы так и не обнаружилась… Вы знаете, он за вас так переживал, как ни об одном другом пациенте, – она улыбнулась, – приглашал к вам врачей из других отделений… А когда вас захотело забрать к себе отделение нейрохирургии, не разрешил. Сказал, что сам будет следить за вашим состоянием. Так все три с лишним недели от вас почти не отходил, чуть свободная минута – сразу к вам. Мы уже начали думать, что она в вас влюбился…

С каждым словом медсестры мое сердце билось все чаще и чаще, а в груди распускался цветок надежды: неужели это мой Илья? Неужели я снова с ним встречусь?..

– Глядя на него, мы тоже стали за вас переживать, – женщина заулыбалась еще больше. – Всем отделением ждали, когда вы очнетесь… Знаете, как мы вас называли? «Наша спящая красавица».

– Марина Сергеевна… – прочитав на бейдже имя, обратилась я к медсестре, но затем на мгновение запнулась, и только после осторожно поинтересовалась: – А какой он, ваш Илья Викторович?

– Он замечательный! И врач от Бога, хоть и молодой…– ловко ушла от ответа она.