Ольга Иванова – Шоколадное счастье дракона, или Развод не повод для знакомства (страница 2)

– Не надо, – процедила я. Взяла только одну гренку и стала ее жевать. – А это унеси…те.

Чуть не добавила «пожалуйста», но вышло бы совсем унизительно.

– Ты чего это расклеилась как мямля? – накинулся на меня Пончик, когда противная девица (хоть и худенькая, и хорошенькая) унесла остальной завтрак, оставив только чай. – Она знаешь что за твоей спиной говорит? С другими слугами тебя обсуждает! С ней нужно пожестче! Леди ты или нет?

– Нет, – огрызнулась я. – Бухгалтер я, а не леди.

– Сейчас ты леди Драконштайн, пусть и в разводе, так что веди себя соответствующе. Ничего, тебе повезло, что у тебя есть я. Все расскажу и подскажу. – Пончик сделал круг по комнате.

– Да уж, везение просто на сто баллов, – проворчала я. – И желание я всегда совсем другое загадывала.

– Какое же? – хмыкнул Пончик.

– Быть красивой и счастливой – вот какое! – с вызовом отозвалась я. – Но Вселенная, похоже, решила поиздеваться и подсунула мне полностью противоположное.

Дальше все продолжалось как во сне.

Вернулась худая горничная с такой же худой подружкой. Они стали складывать мои вещи в подобие чемоданов. Потом предложил принять ванну перед отъездом. Хотели мне помочь помыться, но я их выгнала. Не хватало еще, чтобы они рассматривали каждую складку на теле, в котором я по чьей-то жестокой воле была заключена!

Процесс затягивания в корсет я перенесла со стойкостью партизана. Ни разу не пикнула, хотя моментами глаза просто на лоб лезли, а наоборот, просила: «Сильнее, сильнее», чтобы хоть как-то уменьшить размеры. Правда, потом чуть в обморок не упала. Пришлось остановиться.

Платья, понятное дело, у них тут тоже были чудными: кринолины, декольте, много рюшей и бисера. На мне той, кем я была еще вчера, это смотрелось бы прекрасно, сейчас же я ощущала себя поросеночком в бархате. Еще и цвет платья был под стать – поросячье-розовый. Ну хотя бы туфли оказались удобными, мягкими, на небольшом каблуке.

Унесли сундуки-чемоданы. На мои плечи накинули старомодный плащ и пригласили на выход.

Мне открылась новая локация – длинный коридор со стенами, завешенными картинами в тяжелых рамах и бронзовыми подсвечниками. Но времени рассмотреть эти музейные экспонаты мне не дали, продолжая все так же ненавязчиво подталкивать к выходу.

Лестница, широкая, с позолоченными перилами и ковровой дорожкой. Нет, не красной, а лазурно-голубой. Пришлось придерживать полы платья, чтобы не споткнуться и не полететь носом вниз.

Холл. Ну, тут тоже все как в музее, только кроме картин еще и зеркала. «Не смотреть в них, Рита, не смотреть», – твердила я про себя, пока шла к выходу.

Крыльцо с колоннами и лепниной, еще одна лестница, на этот раз всего в шесть ступеней, и наконец – карета и четверка лошадей. Мама дорогая, я никогда не ездила в настоящей карете!

Перед тем как неуклюже забраться внутрь, я случайно оглянулась. В одном из окон второго этажа этого громадного особняка, больше похожего на дворец, я заметила силуэт Арриона Драконштайна. Он наблюдал за моим отъездом, хмуря брови.

Не знаю, что за отношения у них были с бывшей женой, но я была рада, что он не вышел меня провожать.

Глава 2

По пути в неизвестный Гримуарск я рассказывала Пончику о своей прежней жизни и мире. Он слушал внимательно, иногда хмурился, иногда округлял глаза в удивлении. Затем настала его очередь рассказывать о себе. Его подарил Марго на именины в прошлом году один безумный профессор, который разводил магических животных, и Пончик стал одним из таких не самых удачных, по мнению того самого профессора, экспериментов. Пончику жилось у него плохо, поэтому он рад был сменить хозяина, хотя Марго тоже была не особо любвеобильна. Крылатый хорек ее больше развлекал, чем вызывал нежные чувства и привязанности. А еще она запрещала ему воровать сладости, которые он так любил, хотя сама ела их тоннами.

«Вот откуда все ее беды с фигурой», – тоскливо подумала я.

Ехали мы долго. Карету трясло на каждой кочке и каждом камне, и мой корсет постоянно врезался в тело, вызывая ужасное неудобство, а иногда и боль. Я даже пожалела, что решила надеть его. А еще через пару часов начала жалеть, что нормально не поела: желудок так и сводило от голода.

За окном смотреть было совсем нечего. Из поместья Драконштайна мы сразу выехали на проселочную дорогу, а после потянулись скучные сельские пейзажи. Одно радовало: в отличие от моего мира, где город заливало ноябрьскими дождями, здесь еще царило пусть и прохладное, но лето. Правда, Пончик предупредил, что осень у них тоже не за горами.

Иногда вдалеке появлялись очертания каких-то городов: шпили ратуши, черепичные крыши домов, башенки особняков, – но ни в один из них мы не заезжали.

Пончик вскоре заснул, да так крепко, что начал храпеть. Я тоже попыталась подремать, но в трясущейся карете, еще и в тугом корсете, это оказалось не так уж легко. Ну и от миллиона мыслей тоже никак было не избавиться.

Тогда я достала из сумочки-ридикюля бумагу, которую вручил мне мистер Дарси утром и которую я так и не успела изучить. Похоже, способность читать, писать и, конечно же, говорить на местном языке мне досталось вместе с новым телом, поэтому витиеватые буквы на плотном пергаменте легко складывались в слова.

«ТИУНСКИЙ СУД ВЕЛИКОГО ДРАКОНЬЕГО РОДА

Дело № 668-13

О РАСТОРЖЕНИИ БРАЧНОГО СОГЛАШЕНИЯ

между Аррионом из рода Драконштайн, именуемым далее “Пламенная Сторона”,

и Маргарет из неизвестного рода, именуемой далее “Сторона, лишенная огня”.

Пункт 1. Причины развода

“Пламенная Сторона” заявляет:

– Брак заключен «по политическим мотивам» (п. 12 Драконьего Кодекса).

– “Сторона, лишенная огня” «не соответствует статусу» (не явилась на церемонию в честь Праздника Пепельных Крыльев, не смогла назвать 10 предков рода Драконштайн, сожгла гербовую скатерть*).

*Примечание: Последний пункт добавлен после личного вмешательства леди Эльмиры Драконштайн, благословенной матери лорда Арриона Драконштайна.

Пункт 2. Условия расторжения

1. “Сторона, лишенная огня”:

– Лишается драконьей фамилии, герба и права носить фамильную диадему в волосах.

– Получает 100 золотых пелсет разово и далее по 500 пелсет серебром ежемесячно.

– Обязана покинуть земли рода в течение 2 суток.

2. “Пламенная Сторона”:

– Не имеет права требовать возврата подарков (включая “одного крылатого хорька, именуемого Пончик”).

– Обязан предоставить карету до нового места жительства “Стороны, лишенной огня” (но без драконьего эскорта, “дабы не сеять смуту”).

Пункт 3. Особые отметки

– “Сторона, лишенная огня” не должна упоминать о браке в присутствии:

– Драконьих старейшин.

– Жриц Огненного Культа.

– Собственного отражения (во избежание “неуместных эмоций”).

– “Пламенная Сторона" не будет преследовать бывшую супругу. Исключение:

– Та попытается продать историю их брака газетам.

– Станет варить любовные зелья из его выпавших чешуек (если найдет).

Подписи:

– Аррион Драконштайн (размашистая подпись, словно выжженная на пергаменте).

– Маргарет, бывшая Драконштайн (подпись какая-то кривая, чернила размазаны. И это точно писала не я)».

Боже, дичь какая-то! Половину смысла я даже не уловила. Какие-то сплошные пепельные крылья, диадемы и чешуйки…

Внизу еще была некая приписка очень мелким шрифтом, но разобрать ее я уже не смогла: за окном начало темнеть, а экипаж стал сбавлять скорость. Потом же справа у дороги появилась покосившаяся вывеска «Гримуарск».

Кажется, мы приехали.

Однако в город так просто заехать не удалось: нас остановил стражник. Он лениво осмотрел карету.

– Оружие везете? Запрещенные зелья?

– Н-нет, – неуверенно ответила я.

– Только шоколадная конфета, – вставил Пончик, действительно доставая откуда-то конфету.

Я проглотила слюну: есть хотелось ужасно, а шоколада – особенно.

Стражник, конечно, не понял слов хорька, но, кажется, не удивился ни ему, ни конфетке. Забрал ее из лап Пончика.