Ольга Истомина – Под маской. В плену иллюзий (страница 9)

Только вот сегодняшний день отличался от предыдущих. Сперва секретарша, что неизменно флиртовала с ним, ограничилась обычным приветствием и не предложила попробовать конфет, чем неизменно грешила раньше. Потом встреченные по пути коллеги с соседнего кабинета не стали напрашиваться на кружечку коньяку, хотя ранее всегда заглядывали отметить возвращение товарища из очередной командировки. Конечно, все это еще ничего не означало, но Вальд не привык списывать даже маломальские странности на случайности и всегда докапывался до истины. Сейчас же вывод и вовсе напрашивался сам собой. Все дело было в приглашении недавней сиротки на аудиенцию к его величеству. В то время, как Вальдимир счел письмо  желанием сыграть на публику в доброго монарха, другие приняли королевскую блажь за признак интереса и теперь замерли в ожидании, в чью сторону склонится чаша весов.

Подобное поведение было вполне логично. Стая всегда подчинялась лишь сильному вожаку, безжалостно пожирая слабых. Никакого волнения из-за своего пошатнувшегося авторитета Вальд не испытывал. Напротив, даже с каким-то злорадным удовольствием предвкушал, как завтра, когда нищенку вышвырнут из дворца, все снова начнут пресмыкаться и лебезить перед ним.

– Доброе утро, лорд Кертис. Как там ваш Ураган?

Вот только когда начальник лишь кивнул, напрочь проигнорировав вопрос, в груди шевельнулось слабая тень беспокойства. Должность помощника главы была очень лакомой, в свое время Вальдимиру пришлось приложить бездну усилий, чтобы обойти более опытных конкурентов и сейчас те вполне могли попытаться избавиться от помехи в его лице.

– Пришли срочные новости из Данкашира, – все-таки оторвавшись от бумаг, хмуро бросил лорд.

– Что такое? – Вальдимир тоже насторожился.

Учитывая, что недавно они ездили как раз в соседнее государство, где благополучно подписали договор о помолвке принцессы Бернардайны с тамошним принцем Арберешем, любые новости выглядели крайне подозрительно.

– Информация не должна выйти за пределы этого кабинета, – то, что Кертис посчитал нужным предупредить помощника, в надежности которого давно убедился, само по себе свидетельствовало о необычайной серьезности ситуации.

– Конечно, вы можете на меня положиться, – заверил Вальд.

Присев за стол, он попытался прикинуть, какие сведения таились в письме. Первой версией была сорвавшаяся помолвка, что вполне объясняло мрачность главы управления. Немудрено, ведь переговоры и подготовка к будущему союзу отняли целых два года. Непостижимо огромный срок, но его величество не желал отдавать единственную дочь, кому попало и потому долго спорил о каждом пункте брачного контракта. В какой-то момент стороны едва не разругались, правитель Данкашира и вовсе хотел отказаться от казавшихся ему завышенных требований соседа, вот только в дело вмешался случай. Если обычно браки заключались по расчету, то Арбереш и Бернардайна прониклись друг к другу искренней симпатией. Более того, принц настолько потерял голову от красавицы принцессы, что умолял отца согласиться на любые условия, лишь бы поскорее повести возлюбленную к алтарю.

– Его высочество тяжело ранен. Во время прогулки карета перевернулась. На данный момент неизвестно, это несчастный случай или убийство, но сейчас жизнь принца висит на волоске, – тихо произнес лорд.

Если Кертис искренне переживал о случившемся в королевской семье несчастье, то первым чувством, испытанным Вальдом, стало раздражение.  Он лично потратил не одну ночь, корпя над бесконечными замечаниями и разногласиями, поступающими от каждой стороны и вот теперь, когда успех оказался так близок, все могло пойти прахом в любой момент! А ведь венценосная свадьба сулила множество благ. В качестве приданного их страна получала несколько областей, кому-то нужно было управлять ими и Вальдимир небезосновательно надеялся, что мог бы не только отправится туда, но и возглавить новый дипломатический корпус. Чем не удачный старт для самостоятельного пути? И вот теперь все надежды псу под хвост!

– Надеюсь, боги смилостивятся и не станут призывать его душу к себе слишком рано, – придав лицу полагающееся печальное выражение, Вальд начертил в воздухе обережный знак. – Боюсь представить, каково сейчас его родителям. А принцесса? Такое несчастье!

С другой стороны, ничего непоправимого еще не случилось. Даже если Арбереш не выкарабкается, у его отца оставалось еще трое сыновей. Конечно, собственного наследника в чужую страну никто не отдаст, но младшие, Сондерс и Лендер, были всего на пару лет младше Бернардайны, поэтому при желании кандидатура жениха легко подвергалась замене.

– Ее высочество убита горем. Сейчас она молится за жизнь принц,а – Кертис дернул уголком губы. – Подготовь письмо с пожеланиями выздоровления. Также нужно поднять старый список с перечнем всех подходящих женихов и обновить информацию. Если боги призовут душу Арбереша, мы должны быть готовы к подобному исходу и представить его величеству актуальный доклад.

– Хорошо, – Вальд кивнул, не удивляясь, что их мысли приняли одинаковый оборот. Все же, хоть его наставник и мог испытывать полный спектр эмоций, на работе это никак не сказывалось, и в стенах управления он в первую очередь был политиком, и лишь потом человеком.

День в итоге пролетел за работой. А вечером у корпуса Вальдимира поджидала Гвендолин, вместе с подругами якобы случайно прогуливающая неподалеку. Видеть потенциальную невесту не было никакого настроения, но заботливому кавалеру следовало уделить внимание соскучившейся возлюбленной, так что пришлось пригласить всех троих на чаепитие.

Еще меньше хотелось терпеть присутствие нищенки, но мама была неумолима. Амаре нужна тренировка, ведь если она опозорится на глазах у короля, пятно ляжет на весь род Хардингов.

В результате пришлось сидеть на диване, делая вид, будто получает настоящее удовольствие от компании льнущей к нему Гвендолин. В действительности же Вальдимира раздражало в девушке абсолютно все. Сегодня – даже больше обычного. Смех казался слишком жеманным, духи – излишне сладкими. Их приторный аромат так и лез в нос, заполняя собой легкие и вызывая головную боль.

Больше всего Вальду сейчас хотелось плюнуть на все и выйти на улицу. Сорвать душащий шейный платок, избавиться от осточертевшего пиджака, вдохнуть упоительно свежий ночной воздух.  Пусть бы остался только он и бескрайнее, усыпанное звездами небо. Может, если смотреть на них достаточно долго, буря в его душе улеглась бы. Исчезло бы то сосущее чувство пустоты, желчь перестала отравлять кровь, а воздух не казался пропитанным затхлостью и тленом.

– Вальд? Ты меня слушаешь? – капризный голосок девушки заставил тряхнуть головой, сбрасывая наваждение.

– Конечно, милая. Ты совершенно права, этот спектакль непременно стоит увидеть, – лучезарно улыбнулся он.

***

Наблюдая, как гости чокаются шампанским, я вновь испытала острый укол зависти. А ведь если бы моя жизнь сложилась иначе, сейчас бы я тоже могла сидеть на диване рядом с Вальдом, и именно мне он бы пел дифирамбы. Меня бы обнимал за талию, шептал на ухо всякие глупости и, дурачаясь, щекотал за талию.

Сообразив, что в какой-то момент фантазия улетела совершенно не туда, я вздрогнула, отчего лежащая на коленях книга свалилась на пол. Шум упавшего учебника тут же привлек ко мне внимание.

– Ой, Вальд, мы не заметили, что не одни в гостиной, – обернувшись в мою сторону, блондинка издала смущенный смешок.

– Потому что здесь совершенно не на что обращать внимания, – и не подумав представить меня гостьям, лениво бросил Вальдимир.

– Нет, так совершенно не годится, это невежливо, – игриво стукнув парня по плечу, блондинка поманила меня рукой. – Добрый вечер, прячущаяся в тени незнакомка. Иди к нам поближе, давай познакомимся.

– Я не пряталась, – вздохнув, я неохотно поднялась, приблизившись к дивану.

Сесть, правда, оказалась некуда. Почти всю свободную часть дивана занимали пышные юбки брюнеток, причем поправить наряды они даже не подумали. Пытаться притулиться в самом уголке показалось глупым. Мало того, что разговаривать придется через головы, так еще и постоянно следить, чтобы не свалиться на пол.

– Меня зовут Гвендолин, а это мои подруги Клементина и Розалинда, – не выказывая ни малейшего смущения из-за того, что я осталась на ногах, с лучезарной улыбкой назвалась девушка. – А как тебя зовут?

– Амара, – ни на мгновение не поверив, что Гвендолин меня не узнала, сухо назвалась я.

– Надо же, ты само дружелюбие, – в притворном удивлении всплеснула руками она. – Послушай, это очень приятно, что ты априори считаешь нас всех близкими подругами, но мне неловко называть чужого человека сокращенным именем. Как оно звучит полностью?

– Так и звучит, – я насторожилась еще больше.

Конечно, по сравнению с длинными витиеватыми именами леди мое в самом деле казалось слишком коротким и резким, напоминая скорее огрызок имени, но мне слабо верилось, что в свободное время аристократки только и делают, что меряются именами. Зато им вполне могло прийти в голову «прощупать» новенькую, уж что-что, а тот самый предвкушающий блеск в глазах при виде очередной «добычи» я научилась узнавать сразу.

– Прости, пожалуйста, не хотела тебя обидеть, – Гвендолин в притворном сожалении захлопала длинными ресницами. – Амара, мы хоть и раньше не встречались, но твое имя почему-то кажется мне очень знакомым. Где же я могла слышать его раньше?