Ольга Иконникова – Жена на полгода (страница 31)

— У третьей жены его светлости были в замке друзья? Быть может, был человек, которому она особенно доверяла, с кем могла поделиться своими мыслями?

— Нет, пожалуй, нет. Мне кажется, даже с маркизом у нее не было особо теплых отношений.

Мы остановились у дверей, что вели в мои апартаменты, и я решилась задать еще один вопрос:

— А та женщина, которую мы нашли в восточном крыле - кто бы это мог быть? Быть может, пропала не только мадам Абелия, но и кто-то из служанок?

— За то время, что мы живем в замке, тут сменилось немало слуг. Девушки выходят замуж и оставляют работу. А кого-то выгоняют за нерадивость. Но чтобы кто-то исчез вот так, без предупреждения, не припомню.

Он поклонился, еще раз попросил меня не разгуливать по замку ночью и удалился.

— Ох, ваша светлость, что творится-то! — такими словами встретила меня в будуаре Камила. - Я думаю, что та бедняжка из тайной комнаты — это какая-нибудь горничная, которую заставили надеть хозяйское платье. Вот только кому и зачем это понадобилось, ума не приложу. Но, так и знайте, ваша светлость, что я не намерена здесь более оставаться. Я так и Жаку сказала — нужно искать новое место работы. Если в Монтерси не найдем, в столицу подадимся — там хорошие слуги всегда нужны. Так что уж вы меня простите, но хоть мне и нравитесь вы, жалованье тут тоже подходящее, но уж больно много всяких ужасов тут происходит.

Скрипнула входная дверь, и Камила подпрыгнула от неожиданности. Я тоже вздрогнула — нервы были натянуты как скрипичная струна.

На пороге стоял маркиз Ренуар. Его одежда, как и всегда, была безупречна, но по усталому взгляду и темным кругам под глазами я поняла, что он не спал этой ночью.

Камилу как ветром сдуло, а я, сама не зная почему, вдруг сделала шаг к нему навстречу. Остальные шаги сделал он, и уже через мгновение я уткнулась ему в плечо, а на своих плечах почувствовала его теплые и сильные руки. И мне было так хорошо и уютно в его объятиях, что я всхлипнула, подумав о том, что никогда могла бы этого не испытать. А он, погладив меня по голове, чуть отстранился и вдруг склонился ко мне и поцеловал.

Этот поцелуй был совсем не похож на тот, что случился на празднике в Монтерси —он был более дерзким и откровенным. И чувствуя сейчас губы маркиза на своих губах, я отчего-то совсем не чувствовала смущения. Мы оба словно всего лишь делали то, что давно уже следовало сделать. И это было волнительно и приятно.

42.

«Что я делаю?» — пронеслось в голове. Но я уже не могла остановиться - я не только позволяла ему целовать себя, но и сама отвечала на его поцелуй — робко, неумело.

Он остановился сам. Выпрямился, оставив мои жаром горевшие губы. И снова провел рукой по моим волосам.

— Мы не должны этого делать, Айрис!

Я почувствовала себя падшей женщиной. Женщиной, которая сама навязывается тому, кто в ней не нуждается.

Я отступила и отвернулась — чтобы он не увидел слёзы у меня в глазах. В этот момент я ненавидела его. За то, что он позволил мне почувствовать себя почти счастливой и тут же разбил это хрупкое счастье. За то, что заставил меня забыть о сестре и о чувстве долга, которое привело меня в Ренуар.

На что я надеялась? На то, что один из первых вельмож страны может влюбиться в девушку без рода, без племени (а ведь он считал меня именно таковой)? Что увлечется мной настолько, что пренебрежет условностями?

— Как ты не понимаешь, Айрис? — он развернул меня к себе. - Я не хочу, чтобы с тобой в моем замке что-то случилось! Я не верю в проклятие Лефевров, но если есть хоть малое вероятие, что оно существует, то я не готов этим пренебрегать.

Он впервые обратился ко мне на «ты» и, кажется, этого не заметил. Он смахнул слезинку с моей щеки, и я закусила губу, чтобы не расплакаться.

— Эту бедную женщину в восточном крыле убил человек, — мой голос дрожал, и я мысленно отругала себя за это. - И чем скорее вы выясните, кто это был, тем лучше будет всем, кто с вами связан. Если та женщина - не Абелия, то кто она?

Его светлость, испросив разрешения, сел на стул у окна, я же устроилась на диване.

— Я уже думал об этом, — серьезно сказал он. — Вряд ли это мог быть кто-то посторонний — чужого человека в замке заметили бы сразу. Значит, это кто-то из служанок. Но, полагаю, об этом лучше поговорить с Барруа.

Он тут же вызвал дворецкого, и к тому времени, как тот появился, я уже пришла в себя и оказалась способна рассуждать.

— Скажите, Барруа, — приступил к расспросам маркиз, — примерно в то же время, когда пропала моя первая жена, не исчезла ли и какая-нибудь из наших служанок?

Быть может, кто-то не явился на работу, не предупредив об этом? Или случилось что-то еще, что показалось вам странным?

Как я уже заметила, Барруа во всём любил обстоятельность, поэтому ответил он не сразу, а после некоторых раздумий.

— Нет, ваша светлость, странным мне ничего не показалось. А что касается горничных и работниц с кухни, то всякое бывало. Но в то время, о котором вы изволите говорить, они отказывались от работы нечасто. А чтобы рассчитывались без предупреждения — и вовсе не припомню. У слуг в замке хорошее жалование, и они это ценят. Сразу после исчезновения мадам Абелии получила расчет ее горничная. Но это было вполне объяснимо — девушка приехала в замок вместе с ее светлостью и, оставшись без хозяйки, захотела вернуться домой. Одна из посудомоек отказалась от работы после выхода замуж. Но она до сих пор живет с мужем в деревне в горах. Еще одну девицу мы рассчитали через пару месяцев после этого — она оказалась нечиста на руку. Но она была не из этих мест. Вот, пожалуй, и всё, что я могу вспомнить. Позднее увольнялись и другие девушки, но это было уже спустя несколько лет.

Он стоял, вытянувшись в струнку, ожидая дальнейших вопросов, и я спросила:

— Как часто проводится уборка в комнатах в восточном крыле? И кто убирался там в то время, когда здесь жила мадам Абелия?

— Комнаты в восточном крыле уже давно используются редко — только когда по какому-то случаю в замок съезжается большое количество гостей. И уборка там проводится не чаще раза в неделю. И в отличие от основной части замка, в том крыле убираются те слуги, которые оказываются наименее загружены основной работой. Так что там могла прибираться любая из горничных. Но если вы имеете в виду какое-то устройство, которое могли использовать для открытия потайной двери, то уверяю вас, что, если бы слуги заметили что-то подобное, они непременно бы сказали об этом мне или старшей горничной.

Маркиз поблагодарил дворецкого и отпустил его.

— Боюсь, с тех пор прошло слишком много времени, чтобы мы могли надеяться на то, что кто-то вспомнит что-то необычное. После того, как по провинции поползли слухи, касающиеся Лефевров, увольнения слуг стали более частыми.

— Возможно, женщина из тайной комнаты — это та самая служанка, которую уволили за кражу, — предположила я.

— Возможно, — согласился Ренуар. — Но даже если мы выясним ее имя, это нам ничего не даст. Если она была не из этих мест, то мы не сможем узнать, жива ли она сейчас. И что побудило ее надеть платье хозяйки и отправиться в восточное крыло, она нам уже не расскажет.

— А вы не задумывались, ваша светлость, почему мы нашли ее именно сейчас? – я попыталась подойти к этой загадке с другой стороны.

— Наверно, потому что мой кузен отыскал в книге очередную подсказку?

— Да, это так, — кивнула я, — но почему он отыскал эту подсказку именно сейчас?

Кажется, он ищет клады Лефевров уже много лет, и книгу, в которой содержалась подсказка, изучил вдоль и поперек. И если бы, как он утверждает, эта комната была особо отмечена на плане замка и прежде, то он давным-давно обратил бы на нее внимание. Разве не так?

Темные глаза маркиза сузились.

— Вы думаете, что кто-то добавил подсказки в книгу совсем недавно? Или это сделал сам Дюпон? Но для чего? Чтобы мы нашли тело незнакомой нам женщины?

— Этот кто-то был уверен, что мы примем эту женщину за Абелию, — уточнила я. —Он не знал об особой примете вашей супруги. Кстати, именно это и позволило мне предположить, что вы в этом убийстве невиновны. Уж вы-то, наверно, не забыли бы о такой особенности ее телосложения.

Маркиз усмехнулся:

— Значит, вы исключили меня из списка подозреваемых? — он снова перешел на «вы». — Ну, что же, благодарю за доверие. Но с сожалением могу заметить, что в этом списке останется не так уж много людей. Если всё, что случилось с моими женами, взаимосвязано, то из числа возможных преступников мы смело можем вычеркнуть слуг — никто из них не смог бы повлиять на поступки своих хозяек.

Я кивнула - я давно уже пришла к такому же выводу.

— Это должен быть кто-то, кто живет в вашем замке или гостит здесь довольно часто. Боюсь, вам придется разочароваться в ком-то из близких вам людей.

К счастью, он не стал спрашивать, кого я имела в виду, потому что любой мой ответ был бы ему неприятен.

Пришла Камила с докладом, что ужин подан, и мы отправились в столовую залу.

43.

Обстановку за столом трудно было назвать дружелюбной. Только теперь неприязнь герцога Лефевра была направлена уже не только на меня, но и на его племянника.

— Не понимаю, Мартин, зачем тебе потребовалось тащиться в восточное крыло?

Некоторые двери не стоит открывать ни при каких обстоятельствах.