Ольга Христофорова – Шаманы северных народов России (страница 23)

^{Удэгейский шаманский халат.}

^{«Дальневосточный художественный музей», г. Хабаровск}

В-третьих, облачение шамана понималось как его защитный костюм, доспехи, можно даже сказать, экзоскелет. На груди, спине, руках, ногах прикреплены особые железные пластины, которые осмысляются как кости шамана. Это то самое новое, символическое тело шамана, которое выковывали божества во время шаманской инициации. И это одновременно скелет и человека, и животного — птицы и зверя. Железные кости помогают шаману пробираться по нехоженым тропам иных миров и защищаться от злых духов.

^{Камчатский шаман.}

^{Георги И. Г. Описание всех в Российском государстве обитающих народов. СПб., 1799. Ч. 3. Вклейка к с. 68, рис. 68}

Если во время камлания что-то случалось с этими подвесками-костями, это означало, что злые духи ранили шамана, ломали его кости, и ему нужна была помощь его духов или помощников-людей. Так, с одним нганасанским шаманом случилось такое происшествие. На шаманских перчатках с тыльной стороны прикреплялись железные подвески в виде ладони. Это изображение духа-помощника Дингиха («прожилки»), который защищал руки шамана. На подвеске с перчатки этого шамана сохранились только два пальца, а три были обломаны. Объяснили это так, что во время очень сложного камлания на шамана напали злые духи и он с трудом выбрался из Нижнего мира, обломав себе пальцы. Но его дух-помощник спас руку шамана, сам потеряв пальцы на подвеске, его олицетворявшей. После этого для духа Дингиха была сделана новая подвеска, а сломанную с почетом хранили на шаманской нарте.

А вот какая история случилась с Еленой Сергеевной Новик в 1980 году в Якутии во время съемок фильма «Времена сновидений». Якутский шаман Н. А. Парфенов вначале негативно воспринял Елену Сергеевну, так как впервые он увидел ее несущей шаманский бубен, а женщине прикасаться к шаманским вещам, как считалось, нельзя. Но бубен ей пришлось нести по необходимости, так как это было самое легкое из вещей экспедиции, в которой она была единственной женщиной. Шаман согласился на присутствие Елены Сергеевны на камлании, только если она не будет прикасаться к шаманским атрибутам. Далее следует ее рассказ.

А потом, после первой съемки, случилось несчастье: он вышел на свет (вернулся из иного мира). Недокамлал. Что-то ребятни много набилось в эту юрту… Потом им показалось скучно, они выходить начали, а дверь же нельзя открывать. Он же всерьез духов собирал! А они разлетятся… В общем, как-то он так… Ну, это незаметно было, но я-то понимаю, что не дошел он куда надо было. Вышел — и я смотрю: он в ужасе! Смотрит на свой рукав, где развязался вот этот ремешочек кожаный. И эта косточка так вот отвисла, отвязалась! (Одна из металлических подвесок на костюме, символизирующих кости.) Ну, вообще по легендам я знаю, что если на костюме сломается какая-то подвеска, то, значит, что-то случится с шаманом. И подойти боюсь! Поскольку женщина и поскольку он меня от всего отстранил. Кричу: «Эдик, Эдик!..» Эдик (Э. Е. Алексеев — участник экспедиции) пришел, значит: «Подвеска, подвеска…» Он к нему так подошел спокойненько… Ничего он не делал: не гладил его, не успокаивал, ну, какие-то словечки говорил. Ну, он просто развязался — не порвался, ничего. Привязал вот косточку — и потом он (шаман) пошел и заснул. Днем — явно тяжелым сном. Вот, а вечером проснулся и сказал, что он будет продолжать. И даже не продолжать, а все сначала будет показывать. То есть два дубля (для фильма) получилось. Конечно, никогда с дублями не снимали. Раз дан — и все. А тут, значит, детей уже не пустили. Потом уже мы счастливые и довольные, и он доволен — и всё, и колотушка правильно упала (вверх вогнутой частью, что означает позитивное предсказание, то есть благоприятный ответ духов), и всё замечательно! Сидим, значит, ужинаем… и он говорит: «Она видела, как черти на меня налетели, чуть руку мне не сломали!» И после этого как-то спокойнее к моему присутствию стал относиться уже[92].

^{Кованая подвеска, крепившаяся сзади к шаманской обуви. Изображает кость голени. Туруханский край, начало XX века.}

^{КГАУК «Красноярский краевой краеведческий музей»}

На шаманской парке также мы видим разнообразные жгуты из кожи и ткани, железные цепочки, иногда с привязанными к ним колокольчиками — они символизируют дороги шамана в иных мирах.

^{Шаманская цепь, медная с тремя колокольчиками. Таймыр, начало XX века.}

^{КГАУК «Красноярский краевой краеведческий музей»}

Отдельно рассмотрим шаманский головной убор — его называют обычно шапкой, наголовником или короной. В основе короны на рисунке ниже — медный обод, от него отходят две пересекающиеся вверху тонкие медные пластины, символизирующие швы черепа. С боков, над ушами, расположены две вогнутые пластины — это символические уши, с помощью которых шаман слышит язык духов и животных, птиц и растений. Они напоминают по форме звериные уши, что также подчеркивает смешанную, зооантропоморфную природу шамана и его функции посредника. Спереди на ободе припаяны два медных кружка — правый чуть закрывает большая круглая бляха. Это так называемые «тени глаз» — символические глаза шамана, которые он получил в ходе посвящения и которыми видит то, что невидимо для обычных людей. Железные оленьи рога наверху и разнообразные металлические подвески означают духов-помощников шамана, вместе с которыми он путешествует по вселенной. Некоторые из этих подвесок очень старые, есть скифские и даже античные, попавшие за полярный круг в древние времена. На других шапках встречаются и более новые украшения и знаки отличия, включая ордена и медали советского времени.

^{Головной убор нганасанского шамана для камлания в Верхний мир.}

^{© Экспонат частного музея О. Крашевского, плато Путорана, туристическая база «Бунисяк»}

Металлические украшения и другие изделия, особенно с изображениями, чрезвычайно ценились в традиционных культурах Сибири и Дальнего Востока, они становились амулетами для обычных людей. Иногда такие предметы люди дарили шаманам в благодарность за помощь, и шаманы размещали их на своем облачении. В случае головного убора на рисунке выше круглые медные бляхи считались не сделанными руками человека, а подаренными добрыми божествами. По преданию, предки шамана Дюхадие Нгамтусуо нашли их давным-давно на лбу и рогах диких оленей. Эта шаманская корона до сих пор считается главной святыней нганасан. В 1930-х годах ее даже запретили зарисовать, чтобы духи не осердились: «Худо делаешь, эта шапка — божество всей авамской орды, шибко большой, хороший шайтан. Тебя (ты) шапка-то тень (рисунок) унес, да и вся самоедская орда пропал, шибко худо, худо»[93]. Рисунки, сделанные этнографом, нганасаны унесли и положили в «шайтан-ящик», где хранилась шапка. А саму шапку, перед тем как убрать, шаман подержал над дымом очага, бросив туда кусочек оленьего жира и заклиная духов — хозяев шапки не сердиться, что потревожили их зря — не для того, чтобы принести пользу больному.

На нганасанском наголовнике, также предназначенном для камлания верхним духам, мы снова обнаруживаем железные уши и глаза, а навершие составляет двухголовая птица — это самец и самка вместе. При полете шамана вверх она находит небесное отверстие. На наголовнике спереди, над «тенями глаз», расположены пять выступов с изображениями лиц безо рта. Когда шаман достигает небес, эти духи советуют ему, как разговаривать с божествами Верхнего мира. Изображения духов-помощников на облачении шамана обычно не имеют рта. Дюхадие так объяснял этот обычай: шаманские духи очень пугливы и, испугавшись во время камлания, могут проглотить душу кого-то из присутствующих. Чтобы этого не случилось, изображение делается безо рта[94].

^{Шаман во время камлания.}

^{Отрисовка Юлии Тар}

Очень интересный элемент головного убора — бахрома из кожаных или тканых ремешков и нитей бисера, опускающаяся на лицо шамана. У народов Северной Азии есть разные толкования этого элемента. Шаманы рассказывают, что это защита лица от бросаемых злыми духами камней, а также от вредного воздуха, снега и тумана. Обычные люди говорят, что во время камлания глаза шамана должны быть закрыты, потому что он видит другими глазами, полученными в ходе становления. Другие утверждают: во время камлания через глаза шамана смотрят его духи, и их взгляд может быть смертельно опасным для присутствующих людей. А для понимания хода шаманского ритуала более важно такое осмысление — во время камлания состояние шамана кодируется положением бахромы на его шапке: опущенная на глаза бахрома означает, что шаман умозрительно путешествует по миру духов; откинутая бахрома свидетельствует о его возвращении в физический мир. Если воспользоваться театральной метафорой, то опущенная на глаза бахрома соответствует поднятому занавесу, за которым разворачивается представление.

^{Костюм хакасского шамана из сукна. Начало XX века.}

^{КГАУК «Красноярский краевой краеведческий музей»}

Мы с вами рассмотрели облачение шамана прежде всего на примере нганасан, поскольку у них полный комплект шаманской одежды сохранился до наших дней и был очень подробно описан исследователями. У других народов Северной Азии элементы костюма и их символика были похожими. Однако все же у каждого народа были свои особенности шаманского облачения. Подробнее с ними можно ознакомиться в замечательной работе Екатерины Дмитриевны Прокофьевой «Шаманские костюмы народов Сибири»[95].