Ольга Хельман – Обреченная (страница 12)

Я была все также уверена, что Вилмар действует из мести. Других ответов не было. С его мрачным и властным поведением казалось, что он намеренно бросает меня в этот омут неизвестности, чтобы наказать. Герцог находит во мне нечто, что вызывает у него желание возмездия – возможно, моя непокорность и дерзость, противоречащая его контролирующему характеру. Его молчание и недосказанности лишь усиливали сомнения, заставляя воспринимать всё происходящее как игру, в которой я неизбежно окажусь в проигрыше.

Я прошлась по библиотеке, осматривая стеллажи с литературой. Приметив пару книг, вытащила их и отложила на стол, чтобы как-нибудь прочесть. Здесь было совсем тихо и пусто, словно ни одной живой души рядом. Обходя полки, заметила дверь и решила заглянуть за неё. Там был небольшой кабинет. Здесь царил полумрак, лишь слабый свет проникал сквозь узкие оконные щели. Комната была тихой и загадочной, запах старых книг и древнего дерева витал в воздухе. Стены были покрыты темными деревянными панелями, а в центре стоял массивный стол, окруженный высокими стеллажами, заваленными томами. На вид совсем ничего необычного. Но на стене висел весьма интересный портрет. На нём был Вилмар и, кажется, его отец с матерью, потому что мужчина и женщина имели во внешности схожесть с герцогом. Все они были необычайной красоты. Семья герцога, написанная в дорогих рамах, казалась вполне обычной на первый взгляд – богатые наряды, изысканные выражения лиц, элегантные позы. Но что-то было не так. На каждом изображении глаза членов семьи светились красным, как будто пламя, а их взгляд был устремлен прямо на меня, как будто они наблюдали за каждым шагом.

Это было странной и непонятной для меня задумкой художника. Она ужасала, но также привлекала по своему. Рядом висел ещё один портрет с целой семьей, которая также была невероятно красива, но все они были также изображены с красными глазами. Когда поняла, что здесь больше нечего делать, то вернулась в библиотеку.

После полного обхода стеллажей, я решила направиться в свои покои. Перед дверью стояли мои чемоданы с вещами. Наконец-то их привезли, и я принялась за их разборку. Когда с этим закончила, то мне принесли платья. Они были в нескольких оттенках: чёрных, фиолетовых и красных. Все платья были естественно в готическом стиле. Даже и не могла предположить, что они могли быть другими. Я примерила несколько платьев и остановилась на чёрном. Верх платья был украшен сложными кружевными вставками. Корсетная часть платья подчёркивает талию, а от него ткань плавно струилась волнами. Подол сзади плавно тянулся по полу. Низ платья был украшен отделкой из черных перьев. Рукава – длинные, изысканно выполненные с эффектом "летучей мыши". К нему шли перчатки и украшения.

Не могла представить, сколько стоило это платье. Неужели у герцога были деньги всего мира, чтобы так легко позволить траты на изящные и самые дорогие ткани. Я сообщила прислугам свой выбор, и они унесли оставшиеся платья.

Неожиданно я опомнилась. Будто что-то затмило мой разум, заставляя забыть о побеге. Не могла поверить, что уже на днях должна была состояться свадьба. Тогда я стану женой, поменяю свою фамилию, и останусь здесь. Я не могла позволить случиться этому событию, поэтому мне нужно было сбежать. Я знала, что если узнаю тайны герцога, то больше не смогу по ночам смыкать глаза. Мне не следовало открывать двери его шкафа. Я чувствовала опасность, всё внутри шептало, чтобы я поскорее сбежала.

Вилмара нигде не было. Я не могла понять, какие могли быть вопросы свадьбы поздним вечером. Но это был идеальный момент, чтобы совершить побег. Я решила уверенно действовать, чего бы это мне не стоило. Я не могла здесь больше оставаться. Моя решимость крепла с каждым мгновением. Мой страх был терпимым и привычным. Но я знала, что если разгневаю герцога, то это будет страшнее смерти.

Мне нужно было разведать обстановку в замке. Спустившись в гостиную, села за стол и приступила к давно остывшему ужину в одиночестве. Мне нужно было отвести от себя подозрения, ведь дворецкий смотрел мне в спину. Он следил за каждым моим движением, словно боясь что-то пропустить. Он даже не моргал. От этого было жутко, что даже аппетит снова пропал, несмотря, что была очень голодна.

Я чувствовала себя здесь совсем одной, а точнее брошенной на отшибе мира, загнанной в угол клетки. Внутри до сих пор была ноющая бездна, которая с каждой минутой росла. Не знала, смогу ли я теперь когда нибудь избавиться от неё.

После ужина дворецкий продолжил наблюдать за каждым моим шагом. Я не могла пройти куда-либо без его сопровождения, кроме своих покоев. Он будто догадывался, что происходило в моей голове. Будто мои мысли были слышны. Может, я просто накручивал себя от волнения.

Я закрыла свою дверь на ключ и подбежала к окну. Ветер шевелил занавески, и за окном было видно лишь тусклое свечение луны. Было слишком высоко, чтобы прыгать и совершать какие-то манипуляции, но без риска здесь не могло обойтись. Моё сердце бешено колотилось, а разум был наполнен напряжённой смесью страха и решимости.

Я связала все простыни, одеяла, наволочки, которые были у меня в комнате. Это выглядело не надёжно, но другого варианта не было. Мои руки дрожали, но я заставляла себя сосредоточиться. Привязав простынь за ножку тяжелой кровати, выпустила лестницу из ткани в окно. Она коснулась балкона нижней комнаты.

«Свобода», – это слово звучало в моей голове, как манящий зов, как звезда, что указывает путь в темноте.

Собравшись с духом, я залезла на подоконник, зацепилась ногами за простыни и аккуратно попыталась сползти по ним вниз, совсем забыв о своей ноге, которая начала болеть от всех этих манипуляций. Мои руки начали гореть и покалывать, но я лишь сильнее сжала ткань, спускаясь ниже. Когда увидела под ногами балкон, то спрыгнула, отряхнув ладони, которые гудели. Я перестала реагировать на боль в ноге, ведь попытка сбежать была важнее всего.

Моё сердце выпрыгивало из груди. Казалось, что я совершала какое-то безумие. Но на самом деле, просто пыталась спасти свою жизнь, сбежав отсюда. Ведь остаться без крыши над головой и еды казалось не таким страшным, чем остаться здесь. Мне хотелось быть свободной, а не обречённой мышкой, пойманной в мышеловку для неизведанных целей.

Я снова собралась с духом и продолжила бегство. Взглянув вниз, увидела на стене трубу, которая прямиком вела к самой свободе. Обхватив её руками и ногами, сползла прямо во двор. Это было намного легче, чем с простынями. Всё произошло очень быстро. Я старалась нигде не медлить и не шуметь. Поэтому дворецкий вряд ли мог что-то заметить или услышать. Оглянувшись, решила побежать в сторону леса и отыскать какую-то дорогу, но на моё плечо упала чья-то тяжелая рука.

– Потерялись, миледи? – услышала голос за спиной.

Обернувшись, увидела дворецкого с керосиновой лампой в руках. От его взгляда по моему затылку пробежались холодные мурашки. Его присутствие – это как неведомая тень, которая на секунду обрушивал все мои планы. Внутренний страх зажигал панику, но я сдерживала её, не поддаваясь. Моё плечо тянуло вниз от тяжести прикосновения дворецкого. В его жесте не было угрозы, но он точно знал, что я пытаюсь сбежать. Это было предостережение.

Я была на грани провала, но немедля решила развернуться и побежать, как планировала. Но когда повернулась, то передо мной стоял Вилмар. И тут моё сердце упало камнем вниз. Я забыла, как дышать и двигаться. В ужасе глядела в эти спокойные серые глаза, взиравшие на меня со мраком, который исходил из самого сердца. Эти глаза, казавшиеся почти металлическими в своей холодной твердости, не обещали ничего хорошего. Это был взгляд преследователя, охотника, который не терял своей добычи. Герцог стоял передо мной, как высокая, холодная гора. Его фигура казалась почти зловещей в свете тусклой луны.

– В самом деле потерялась?

– Нет, решила прогуляться, – ответила дрожащим голосом, стараясь не выдавать волнения. Но мой голос мне не поддавался.

– Для этого есть двери. Не обязательно карабкаться по стенам, – его спокойный тон, словно нежно ломал кости.

– Я…

– У тебя не получится сбежать, как бы ты этого не хотела, – он улыбнулся туманными глазами. – Отведи её в комнату, – приказал он дворецкому.

Его силуэт в родной темноте был таким устрашающим и неумолимым. В эти минуты, когда он взирал на меня со мраком, я боялась и слова ему сказать. Во мне просыпались животные инстинкты, которые старались сохранить жизнь. Словно я маленький заяц, а Вилмар кровожадный волк, который аккуратно готовился к нападению. Инстинкты заставляли меня замирать в железной стойке, я ничего не могла с этим поделать.

Дворецкий, дыша мне в спину, сопроводил меня в комнату. По моему телу всё ещё пробегала ледяная дрожь, кожа словно покрылась инеем. Я закрыла дверь и легла под одеяло. Прислушиваясь к каждому звуку, тряслась от холода, который пробирал меня. Я была напугана и в отчаянии от того, что не знала, что делать и как сбежать, если за каждым моим шагом следили пугающие прислужники Вилмара. В этом огромном замке не было ни одного уголка, где бы мены не нашли. Я понимала: моя свобода, как и мечты о побеге, – это лишь иллюзия. Тут, в руках Вилмара, не было ни шанса, ни пути назад. Весь мир сжался до узкой клетки, и единственное, что оставалось – это его присутствие, его власть. Стены сдавливали мою голову и дыхание. Я пыталась заснуть, обдумывая другой план побега. Если в моих силах не было возможности сбежать, то я должна была попытаться хоть как-то сорвать свадьбу. Я должна была бороться, должна была уйти, но сейчас это казалось пустой тратой сил. Я уже была его пленницей, и он знал это.