Ольга Гуцева – Высшее Магическое Учебное Заведение. Дилогия (страница 33)

Давид Иванович замялся, а потом туманно проговорил:

— Когда я не могу решить какую-то проблему, то предпочитаю мыслями вернуться к истокам…

— Чего?

Преподаватель выразительно постучал по своему запястью. Мы дружно уставились туда, но на нем ничего не было.

— Что?

— Знайте, счастье можно найти даже в темные времена, если не забывать обращаться к свету! — с пафосом проговорил куратор, поднимая глаза к потолку.

Причем, последнее он повторил несколько раз. В смысле, глаза к потолку поднял. Вверх-вниз, вверх-вниз.

— Вы хотите нам что-то сказать? — предположила я.

В ответ препод совсем закатил глаза.

— А, может, на бумажке напишете? — предложила я.

Давид Иванович четко, по слогам проговорил:

— Удивительная вещь время. Могущественная, но если в него вмешиваются, то опасная…

— Эээ…. Вы не знаете, как оно пишется? — выдала я новую версию.

— ДА ЧАСЫ!!! — проорал куратор.

Немногочисленные находящиеся поблизости студенты недоуменно обернулись.

— Что — часы? — не поняла я.

— Грифона заперли в башне над часами! — выпалил преподаватель.

— Мы знаем, — хором ответили мы с Викой, — Матвей Ильич сказал, что его запрут в самой высокой башне.

— Если знаете, то почему вы еще здесь?! — прошипел Давид Иванович, — Пойдите и выпустите его!

— А почему вы сами не выпустите? — удивилась я.

Лицо куратора вновь приняло пафосное выражение:

— Глас ребенка…

— Короче, палиться не хотите, — перебила его я.

— Так, я все сказал, — заторопился преподаватель, — И помните, в башне запрещено пользоваться магией! (он понизил голос) Дверь заперта на амбарный замок, ключ в кадке с пальмой.

— Поняли.

Защитник благородных грифонов поспешил скрыться.

— Ну, что, идем? — заторопилась Вика.

— Стой! А вдруг нас кто-то увидит? Надо принять меры предосторожности.

Подруга поспешила меня успокоить:

— Мы будем передвигаться очень осторожно, вдоль стен, прятаться за углом, за камнями, за деревьями, за тыквами…

Я закатила глаза:

— Вика…. Ну мы же знаем руну невидимости!

— А, точно. Как это я про нее забыла?

Впрочем, моя подруга не единственная, кто страдал от такой забывчивости. Даже ходили слухи, что эта руна проклята. Про нее обычно вспоминают, только когда надо леденец у ребенка отнять, ну или несовершеннолетнему в бар проникнуть. А как серьезное дело, так никто ни разу не вспомнил.

С освобождением узника мы справились быстро. Графа не охраняли, в небо народ не смотрел, поэтому ни нас, ни лениво улетающего грифона никто не заметил. Самым неприятным моментом спасательной операции стал проход под раскачивающимся маятником. Честное слово, он с каждым разом опускается все ниже, зуб даю!

Спустившись вниз, мы помчались в учебный корпус, так как вот-вот должна была начаться лекция. И успели вовремя.

Матвей Ильич стоял перед двумя дебилами с протянутой рукой и строго говорил:

— Отдай.

Тимофей заныл:

— Ну не надо…

Денис его поддержал:

— Господин учитель, мы аккуратно!

Но преподаватель жестко проговорил:

— Твой перстень сломан. Его нужно починить. Отдай.

— Я аккуратно!

— Он сломан, Тимофей.

— Но … но …. - жалобно проговорил парень, — Господин учитель, а представьте, что кто-нибудь выкрадет у меня перстень и попытается использовать его против меня? А тот сломан! И заклятие жахнет прямо по самому вору! Представляете?

— Тимофей, — холодно проговорил Матвей Ильич, — Ты думаешь, я разрешу тебе разгуливать по замку со сломанным перстнем, который дает огромную погрешность в заклятиях? И я должен разрешить тебе это из-за мифической возможности, что перстень выхватит какой-то злоумышленник? Да сколько народу ты сам покалечишь, без всяких посторонних злодеев!

— И это еще с работающим перстнем, — добавил Толик, — А со сломанным во ВМУЗе придется объявлять чрезвычайное положение.

Тимофей нехотя отдал учителю свое кольцо.

— Рассаживайтесь по местам, — велел Матвей Ильич, — Тема сегодняшней лекции — магия сокрытия.

Витя аж весь подобрался на месте, а преподаватель продолжал:

— Магия сокрытия имеет многовековую историю. Тайники, клады, запретные города, целые цивилизации, скрытые от людских глаз — все это было достигнуто благодаря магии сокрытия. Но. У нее есть один большой недостаток. Чем больше сила распространении купола сокрытия, тем большую погрешность она выдает.

— Что это значит? — хрипло выкрикнул Витя.

— Я думаю, господин учитель и без твоего вопроса собирался рассказать, — заметила я.

— Самая известная погрешность — это парадокс зеркала.

— Причем тут зеркало? — удивился Толик.

— Ни при чем, просто аналогия, — ответил Матвей Ильич, — Имеется в виду случай, когда грабители-фокусники инсценировали кражу, поставив перед ценностями зеркальный щит, имитирующий опустевшее пространство. То есть, хозяева ценности, увидев его, должны были подумать, что грабители уже побывали тут, и броситься в погоню. А сами злоумышленники, подождав, пока хозяева уйдут, спокойно отодвигают щит, забирают ценности и уходят беспрепятственно и без лишних свидетелей.

— Ух, ты! — загорелись ДДТ, — Крутой план!

— А в чем парадокс? — спросила я.

— Дело в том, — ответил господин учитель, — Что хозяин ценностей, увидев «пустую» комнату, вовсе не бросился за грабителями.

— Он нанял наемных убийц? — с живостью предположил Денис.

— Нет. Он заорал: «Твою ж дивизию!» и в досаде начал крушить все вокруг.

— И что? — не поняли мы.

— Так вот, в гневе своем он схватил табуретку, запустил ее в комнату, ну и попал аккурат в зеркальный щит.