Ольга Гусейнова – Внешность – это не главное! (страница 2)

И вот один из них гласит: внешность – не главный фактор при выборе пары и не определяет достоинства человека. Главными для любого индивидуума Карияра стали смелость, сила, внешняя и внутренняя, и предприимчивость. Чему способствовало полное равноправие полов. Сильные, смелые, умные люди способны своротить горы, пересечь галактики и обеспечить безопасность и процветание своему дому.

А я? Я обладаю только одним достоинством из трех – предприимчивостью. А вот остальные два у меня не то чтобы полностью отсутствуют, но явно не соответствуют социальному статусу. Сей печальный факт неизменно вызывает у всех, кто меня знает или слышал обо мне, сочувствие и даже презрение.

Наверное, во время маминой беременности произошел какой-то сдвиг, из-за чего смелость и сильный характер мне не достались. Я выросла довольно трусливой особой, мне даже от осознания этого страшно. Но я всю сознательную жизнь боролась со своим «недугом» как могла, правда за двадцать шесть лет существенно не продвинулась, а так мечтала… Особенно, когда пришло понимание, что с таким «достоинством» замуж меня никто не возьмет, несмотря на статус младшей принцессы княжества Рандаванс. Вот и останусь старой девой!

Совещание между тем продолжалось.

– Я получил информацию, – доложил Ронар, – которая, возможно, заинтересует вас. Некий ученый-исследователь, не лишенный и предпринимательской жилки, совсем недавно обнаружил на одной из необитаемых и малопригодных для жизни планет новый вид топлива и сейчас занимается научными разработками находки. Но уже сейчас известно, что один маленький, но весьма тяжелый беленький шарик обладает огромной энергией, которой хватит на пару циклов небольшому межзвезднику. К тому же, он абсолютно безвреден для живых организмов, если находится в безвоздушной среде и защищен специальной пленкой. Он настолько мал, что для его транспортировки достаточно небольшого бокса, а хватит на весь наш Звездный флот. Ученый, его зовут Тервиаль Сой, живет на Тарте, в системе Никей, которая ни под влиянием империи, ни под протекторатом доргаров пока, – слово «пока» он выделил, – не находится. Как вы думаете, если слетать якобы по каким-нибудь торговым делам, а на самом деле провести переговоры с ним и купить энергоносители, у нас будет больше шансов на выживание и свободу? Ну, или, по крайне мере, выиграть необходимое время?!

– Ты имеешь в виду возможность переговоров с Республикой Доргар? – в голосе отца слышались нотки сомнения. – Официального обращения от них пока не поступило, как и неофициального. Они вряд ли не осведомлены о наших взаимоотношениях с империей. Император всячески поддерживает видимость наших прекрасных отношений, напоминая всем и каждому, что мы самые надежные союзники с давних времен.

– Узнать о намерениях доргаров, конечно, не помешает, даже очень, – задумчиво отозвалась Лисиана, – но имперцы пристально следят за нашими международными контактами, и как скрыть факт переговоров с их врагом – надо хорошенько подумать. Не говоря уже об участии в них кого-то из членов княжеской семьи. Мгновенно пресекут, вплоть до уничтожения корабля. Даже отправка для столь важной миссии тайного представителя не останется без внимания. Тем более, у нас еще нет каналов связи с Доргаром.

– В этой ситуации какие-либо наши поползновения как для доступа к топливу, так и для переговоров с врагом империи, последняя воспримет как наше нежелание следовать ее внешним курсом и санкции последуют незамедлительно, – подытожил князь. В его голосе отразилась вся гамма чувств, испытываемых им в данный момент.

У меня защемило сердце, представив бурю в душе своих самых близких и любимых людей, кулаки непроизвольно сжались от бессилия и злости. Неужели я когда-либо испытывала подобное? Ну почему, почему я не в состоянии помочь семье?! Неожиданно в голове все сложилось. Тяжело вздохнув, набираясь смелости, открыла дверь и прошла к свободному креслу под недовольными взглядами родных. Кивнула всем и поприветствовала сестру:

– Рада твоему возвращению, Лиси, и уже в курсе событий, поэтому не стоит повторяться, я все слышала. – Взгляд сестры стал презрительным, отца и брата – слегка удивленным. Но, тем не менее, ровным, убедительным тоном я продолжила: – Прошу вас выслушать меня, возможно нам удастся кое-что решить.

Присела, сложив руки перед собой, и только когда заметила ободряющий теплый взгляд Ронара и заинтересованный – отца, начала, при этом стараясь как можно четче сформулировать мысль, которая пришла мне буквально только что, пока стояла под дверью и ужасалась нашему возможному будущему. Именно страх перед неведомыми последствиями и изменениями в нашей жизни, поспособствовал рождению запредельной идеи. Настолько невероятной и авантюрной, что дух от собственной смелости захватывало.

– Полгода назад я набрела на один из межпланетных сайтов по обмену рецептами… Ну, вы же знаете, как я люблю готовить… – Натолкнувшись на недоуменные взгляды родственников, продолжила говорить быстрее: – Ну так вот, я познакомилась там с женой одного… хм-м-м, предпринимателя… наверное… Хеленой Сой. Мы обсуждали ее рецепты десертов. Она поделилась, что скоро открывает ресторан и очень хотела бы видеть меня на открытии. Она в курсе, кто я такая, ожидается много солидных гостей, ну и… Короче, я бы могла в сопровождении сестры слетать на Тарт.

Я сама себе не поверила, что умудрилась предложить такое, и замолчала, испуганно прижав ладонь ко рту. Зато в этот момент у Лисианы из глаз мигом испарилось отчаянье, сменившись надеждой и даже торжеством. Отец подошел ко мне и крепко обнял, а любимый брат погладил по плечу. «Эх, жаль Вацлав инспектирует станции, а то бы еще одной похвалы удостоилась!» – нежилась я в лучах признательности и редкой ласки, впрочем, уже осознавая масштаб грозящих лично мне последствий. Липкий мерзкий страх, на какое-то время отпустивший, опять поднимал голову.

– Я всегда знал, что ты умница, Лель! Но, прежде чем радоваться, надо выяснить все об этом торговце-исследователе, его жене и энергоносителях, – заметил Ронар и задумчиво продолжил, – у нас есть шанс, Лель, с твоей помощью.

– Ну и как мы это провернем? – закономерный вопрос Лисианы застал всех за раздумьями. Тем не менее, раз появился план, значит, его можно попытаться выполнить.

Ронар со странным выражением лица пробежался по нам всем взглядом и выдал загадочную фразу:

– Либо это, либо придется поиграть на чувствах других за честь Рандованс, а возможно – и на своих…

Мы втроем удивленно посмотрели на него, но он лишь мрачно ухмыльнулся и, коротко пожав плечами, встал, затем, выходя из кабинета произнес:

– Мысли, всего лишь мысли вслух… Займусь сбором информации и подготовкой…

Глава 2. Младшая княжна. Или миссия невыполнима?

– Ой!

Моя единственная подруга Ринис, служащая дворца из числа местных аристократов, к тому же состоящая в моем сопровождении, даже подпрыгнула от неожиданности, когда ее жених Асиандр, обхватив за талию, прижал девушку к себе. Этот крепкий высокий мужчина наклонился и на миг прижался лицом к макушке своей невесты, скрытой надири. Та завозилась и развернулась к нему лицом, не собираясь вырываться из объятий. Я нутром ощущала их эмоции и чувства – радость встречи и удовольствие просто стоять рядом, прикасаясь друг к другу. Пусть не кожа к коже, но душа к душе, глаза в глаза, разделяя общее чувство, – любовь!

В кои-то веки я порадовалась, что на мне надири, скрывающее зависть и боль. Мне тоже хочется подобных отношений. Нет, не с Асиандром, а с тем, кто будет любить меня – такую как есть, со всеми достоинствами и недостатками. Асиандр и Ринис – мои друзья, если их можно отнести к таковым при моем положении. Но им я доверяла. Пока они ели друг друга глазами, я отвернулась, пряча свои, которые непременно выдали бы меня, если в них кто-нибудь заглянет. Чтобы отвлечься, занялась делами.

Через несколько минут за спиной раздался голос Асиандра:

– Принцесса, вас зовет к себе отец, причем немедленно.

Я недовольно поджала губы и закончила рисовать на огромном пироге к ужину замысловатые рисунки, специально приготовленным желе. Отойдя в сторонку, придирчиво осмотрела свое новое творение и удовлетворенно выдохнула, прежде чем отдать распоряжение с интересом наблюдавшим за мной поварятам:

– Все, час постоит, потом накрывайте на стол в малой гостиной.

Кухня повиновалась беспрекословно – это была та малость, которая меня неизменно радовала. Здесь, среди поваров, кондитеров, помощников, я считаюсь суперзвездой и богиней в одном лице. Меня любят, боготворят и восхищаются, потому что готовлю, как никто другой, – восхитительно, просто бесподобно и неважно из чего. Природа, отобрав у меня одно, взамен подарила другое.

Этот мой талант неизменно подчеркивался мамой, когда в разговорах с гостями ей приходилось описывать мои достоинства. Отец предпочитает есть приготовленное мной лично и гневается на «безруких поваров», когда те полностью занимаются ужином. Ронар и Вацлав, средние братья, уверяют, что любят меня и так, однако есть тоже предпочитают мои кулинарные шедевры, как они сами говорят, и я неизменно и с огромным удовольствием баловала их. Лишь Лисиана презрительно фыркала, чтобы я ни сделала, и при малейшей возможности подчеркивала мои недостатки, унижая и не давая забыть о своем позоре.