Ольга Гусейнова – Ученица (страница 18)
– Катюшенька, – Ивар переиначил Катерину-Рину, чтобы привлечь ее внимание, – все будет хорошо, поверь потомственному предсказателю и звездочету, каких свет еще не видывал.
– Ты еще и звездочет? – Катюшенька хлюпнула носом и решительно вытерла кулаком глаз, из которого сорвалась слезинка.
– Я мастер во всем, – ответил ей Ивар, усмехнувшись. – А в чем пока не достиг успеха – дайте время и…
Он не договорил. Затих, нахмурился. Я проследила за его взглядом и тоже обмерла, разглядывая подругу. Теперь понятно, с чего вдруг она этим утром показалась мне ярче обычного. Оказалось, накрасила реснички угольным карандашом. И так умело! В жизни бы не догадалась. Видимо, мать в дорогу положила, а Ринка припрятала и использовала, чтобы напомнить некоторым, кто тут самая-самая.
И вот, забывшись и размазав «красоту», Катюшенька смотрела на нас, сверкая большим «фингалом» под правым глазом. Почувствовав неладное, подруга нахмурилась, оглядывая нас троих по очереди:
– Что?
– Ой, не могу, – хохотнул Ивар, пальцем очертив свой глаз, тем самым подсказывая «красотке», чем она привлекла наше пристальное внимание, – ты будто подралась за своего обожаемого Оллера…
– Что? Не понима… Ох! – Прикрыв глаз ладошкой, Рина смущенно, испуганно, расстроенно посмотрела на Оллера. Потом перевела взгляд на меня: – Ужасно, да?
– Совсем нет, – я поддержала подругу. – Правда, не так страшно, как ты думаешь.
– Я бы помог тебе стереть фингал, – по-дружески, по-доброму сказал Ивар, – но боюсь, что помощник у тебя уже есть.
Оллер как раз вынул из кармана чистый платок, мягко отвел руку Рины в сторону и улыбнулся, вытирая краску:
– Ты прекрасна всегда. Даже с синяком под глазом.
Рина сначала опешила, я думала, что вот-вот разрыдается, но она неожиданно, тихонько хихикнула:
– Сегодня я точно затмила здесь всех!
Мы хохотали вчетвером, пока Оллер старательно и нежно вытирал Ринины художества. Пока все не испортила Анжеика высокомерным замечанием:
– Понавезли деревенщин, хотят научить их манерам, но разве можно вытравить из трубочистов любовь к грязи? Сомнительно. Одна надежда: умные и сильные мужчины с высоким даром осознают, что подобные дурочки им не пара…
– Особенно слабосилки, – поддакнула зеленоглазая щучка, что недавно висела на Оллере со своей подружкой.
Обе захватчицы сидели за два стола от нас.
Катерина выпрямилась. Гордая, бледная, ни единой эмоции на лице, а вот глаза – как две бездонные ямы, куда все хорошее и светлое провалилось. Я и сама напряглась, услышав оскорбление, нестерпимо хотелось вскочить и выдрать этим девкам волосы, но меня родители учили быть хорошей и вежливой девочкой. А вот остроумно парировать на грубости – нет. И вот сейчас я остро прочувствовала это упущение.
Благо, у нас есть Ивар. Многозначительно положив ладонь мне на плечо, он, с ехидцей копируя тон заносчивой аристократки Анжеики, с деланой усталостью учителя, уставшего от бездарей, произнес:
– Некоторым ни сила, ни внешность, ни родословная не помогут найти хотя бы приемлемую пару, а достойным ничто не способно помешать. К нашим девушкам поклонники косяками ходят, домогаются. Приходится охранять денно и нощно…
Потемневший от злости Оллер усилием воли промолчал, обнял Рину так крепко, что та поморщилась от натиска. Но ни словечка не сказала, так и сидела тихой мышкой у него под мышкой, поглядывая на него восхищенным взглядом.
А до меня дошло, что страдает она не от чьих-то ядовитых слов и наглых поползновений, а от того, что сама магия против ее любви к Оллеру. Ведь разница в категории дара незримо разделяет их и уже очень скоро разлучит насовсем. Вынудит расстаться. Я опустила взгляд. Аппетит пропал.
Дальше завтрак прошел в молчании. Рина быстро поела и, буркнув о важности подготовки к предстоящему занятию, сбежала из столовой. Может и от Оллера пыталась, но разве он позволит? Наш здоровяк поднялся и темной тучей последовал за ней, отпугивая других претендентов от своей любимой «добычи».
Я с горечью в душе проводила взглядом скрывшихся за дверьми друзей. Затем посмотрела на второкурсников, нахмурилась и, подавшись вперед, спросила у Ивара:
– Ты случаем не узнал, что у них за занятия были вне академии? Где они пропадали все это время?
– Молчат, как на допросе у следака из Тайной канцелярии, – разочарованно ответил Ивар.
– А ты там был? На допросе? – загорелась я любопытством.
– Если и был, то теперь меня там нет, – ухмыльнулся Ивар, подмигнул мне хитрым желтым глазом и, придвинувшись ближе, шепнул на ухо, обдав горячим дыханием до мурашек: – Я для этого слишком умный и опытный теневик.
– Или удачливый? – улыбнулась я, слегка покраснев от смущения нашей близостью. И от непривычных ощущений.
– Удача любит умных и деятельных, а дураков и ленивых обходит десятой стороной! – Ивар смотрел мне прямо в глаза.
Странные чувства: вроде и будоражит, все-таки парень он действительно весьма неординарный и привлекательный, но почему-то не екает в груди. Нет влечения. От его близости я скорее ощущала азарт и игривость. Рядом с ним мне всегда хотелось пошалить. Наверное, поэтому я подалась еще ближе, ухо к уху, заметив краем глаза, как напряглась Анжеика, как сжала свои кулачки и буквально прожигала нас взглядом. И «загадочно» шепнула Ивару:
– А я слышала, везет дуракам…
Он не отстранился. Слегка повернув голову, тихо ответил так, что желающим подслушать, а таковые были, надо было постараться:
– Везение, детка, приходит и уходит, а на постоянной основе удача любит очень немногих. Ты что выберешь: надежные и долгие отношения или разовый?..
Подслушавшие скрытый смысл поняли, за что я больно ущипнула Ивара и одарила строгим взглядом. Он лишь громко расхохотался:
– Хорошо-хорошо! Я сразу понял, что ты воспитанная домашняя девочка, только не бей! Я исправлюсь, буду приставать только к плохим!
И тут же, гад, посмотрел прямо на Анжеику, даже подмигнул ей. Пришла очередь нашей королевишны вспыхнуть до самых ушей от стыда и злости, резко встать и быстро покинуть столовую под еще более веселый и обидный смех Ивара.
– Чем она тебя так зацепила? – вырвалось у меня.
Мы с Иваром смотрели друг на друга пристально и долго. Думала, уже не ответит, но он едва заметно поморщился и признался:
– Всем.
– То есть, даже отпираться не станешь? – уточнила я.
Он улыбнулся:
– Не стану!
– Сочувствую. Тебе будет так же сложно, как и Рине с Оллером.
– Поверь, я с чем угодно справлюсь. Не важно, с людьми или ситуацией. Выход всегда найти можно, – спокойно, с непоколебимой верой в себя ответил Ивар.
– Поверила. – А про себя искренне пожелала, чтобы удача не отвернулась от друга и на этот раз. И напомнила: – Пора на занятия, вообще-то.
Предмет «Зельеварение» мне давался проще остальных. На уроках у лерра Даути я чувствовала себя как рыба в воде и даже ощущала некоторое превосходство над другими. Повезло родиться в семье аптекаря и с малых лет помогать отцу. Преподаватель довольно скоро подметил, что его науку я схватываю на лету и дважды объяснять мне ничего не требуется. Порой я помогала сокурсникам, подсказывала, что и как лучше или вернее сделать. Как говорили парни, забодяжить.
Пару раз удивила самого лерра Даути, раскрыв секрет некоторых наших семейных секретов. Кинсборо, по мнению многих моих однокурсников, глухомань, где основной доход приносит лес, дичь и торговый тракт, который соединяет сразу несколько королевств. Но в таких удаленных от столиц местах именно аптекари своими снадобьями спасают жизни землякам. И преподаватель во всеуслышание это подтвердил.
Точнее, рассказал о самых распространенных травмах, получаемых защитниками и плетельщиками в бою с тварями: рваных ранах, ожогах, оторванных (о, ужас) конечностях, разъедающих (сущий ужас) легкие и кожу ядовитых миазмах, выделяемых монстрами с той стороны. Поэтому Академия Защитников и корпус собирают по всему Аарону все полезные рецепты, чтобы лечить своих воинов, сохранить им жизнь и здоровье. Ведь с каждым годом их становится все меньше и меньше, а тварей – больше и больше.
Сегодня в аудиторию я зашла уверенной и легкой походкой, предвкушая интересный урок по любимому делу. Пробежалась взглядом по столам и натолкнулась на золотоволосого красавчика Эрана, занявшего третью парту в третьем ряду. С чего бы, ведь обычно ее занимаю я. Парень бездумно вертел в руке карандаш и смотрел в окно, где все ярче разгоралось утро. Лучи света ласково касались светлых волос Эрана и буквально вспыхивали натуральным золотом, завораживая, будоража…
«Какой же он красивый и недостижимый!» – пронеслось в моей голове. Я тяжело вздохнула, невольно вспомнив вопрос к Ивару. И спросила уже себя: чем же этот парень зацепил мое внимание, помимо внешности, что не получается остаться равнодушной к нему? Потом пришли на память и другие слова Ивара. Про смелость, удачу и тому подобное. И… именно на этом уроке совершенно неожиданно решилась на невероятно смелый шаг!
Место рядом с Эраном пустовало и я, слегка робея, села рядом с ним. Парень с ленцой обернулся, смерил меня бесстрастным пресыщенным взглядом и вновь отвернулся, позволив мне перевести дыхание. Пронесло! Ведь не прогнал, не оскорбил, не выдал что-то скабрезное или, как обычно, грубое. Значит?..
Еще поразмышлять на тему отношений с Эраном не вышло. Лерр Даути, стремительно вошел в аудиторию и радостно объявил: