Ольга Гусейнова – Темная сторона. Маг (страница 49)
Грей меня опередил. Передернув плечами, аккуратно освободился от чужой женской руки и притянул меня к себе. Затем, глядя мне в лицо под изумленным взглядом незнакомки, представил нас:
– Тирина, рад познакомить тебя с моей Вероникой – одной из лучших зельеваров и плетельщицей пятой категории. Моя жена – моя гордость, сила, мое счастье. Моя единственная. Ника, это Тирина. – Он все же посмотрел на подругу и равнодушно добавил: – Мы вместе учились. Нам пора, Тирина, я хочу как можно больше времени проводить с женой. Всего хорошего.
Так закончилась наша первая ссора с мужем. Вспоминая ее, я испытывала вину и досаду. Грей, хоть и понял, отчего я злилась и почему танцевала с Зигни, потом все равно почти два месяца не общался с другом. А меня настигла расплата! Ведь мне действительно пришлось сказать лерру Вларису, что Зигни лучше.
С тех пор старик Вларис взялся за меня еще основательней, чем прежде, решив доказать, что я не права. В результате пришлось в два раза больше времени проводить с кураторами, вечно что-то заучивать и отдуваться на практике. Заодно – терпеть их соперничество. Хорошо, что помимо меня, они не менее ревниво делили Дилапию и Джана – парня со второго курса.
Перед летними каникулами Корин Зигни сжалился и организовал группе зельеваров практику на побережье. С другой стороны, сделал он это не только ради нас, ведь лерр Вларис как раз заболел и ему запретили подолгу находиться на солнце. Зато, к моему несказанному счастью, Грей вместо него прибыл к нам вторым куратором. Было чудесно, романтично и волнительно…
Второй год обучения принес много работы. Грей часто отправлялся в поездки в качестве дипломата, а меня рвали на части Зигни с Вларисом, требуя максимального внимания к их предметам. На прорыве я была всего пару раз. Впрочем, со второго курса перемены коснулись всей нашей группы.
Нас распределили к разным наставникам, расставив приоритеты по способностям. Оллер с Риной занимались металлами, Ерт с Нилой – измененными животными. Ивар с Анжеикой удивили всех – отказались обучаться мастерству дипломатии. Эта парочка, заручившись поддержкой генерала Каршина, усердно развивала способности видеть и работать с аурами, чтобы стать поисковиками – путешествовать в другие миры.
Итоговым экзаменом для супругов Тиррит стал первый переход в другой мир. Уже месяц, как Ивар, Анжеика и двое магов ушли изучать один из обнаруженных миров. Их возвращения ждали со дня на день.
Ну а мне предстояло сварить некое сложное зелье. Зигни и Вларис не выдавали, что именно будет на экзамене зельеваров, только нагоняли страха, постоянно требуя зубрить уже давно известные свойства растений.
– Во время испытания вы можете забыть элементарное и от того совершить грубейшую ошибку, неминуемо ведущую к провалу, – нагонял страха Вларис. – Знаю, сейчас вам, умники, кажется, что вы знаете о зельях практически все. Но это не так! Я живу… давно, в общем, и до сих пор учусь. Потому что помню цену ошибки зельевара.
Удивительно, но Зигни, вечно подшучивавший над стариком, поддакивал ему и бросал на нас предупреждающие взгляды.
Мы понимали, что от этих двоих можно ждать чего угодно и старались изо всех сил. В итоге я стала забывать о необходимости обедать и ужинать. И тогда Грей, как он выразился, взял меня в плен. Просто поставил кураторов перед фактом, что забирает жену на неделю и вернет к экзамену. Я сопротивлялась, но разве перед ним устоишь? Тем более, когда любимый признался, что мы едем в гости к Максу с Региной, которые в ожидании ребенка арендовали домик у моря.
На побережье мне удалось расслабиться, оставить тревоги, но вот пришел день возвращения. Как говорится, близился час расплаты.
Перед самым нашим отъездом – ни с того ни с сего – разразилась непогода: полил ливень с градом, засверкали молнии… Я тут же решила, что это – плохой знак, но оставаться у друзей мы больше не могли. Поэтому Грей создал защитный купол и под громовые раскаты, под разверзнувшимися небесами мы отправились назад, к палачам… то есть к любимым кураторам, готовившим последнее, самое важное испытание.
В корпус вернулись за полночь. Приняв душ, я тут же схватилась за первый попавшийся учебник. А Грей забрал и попросил:
– Ложись спать, моя милая зубрилка. Тебе нужен отдых. Если будешь всю ночь себя истязать, утром окажешься совершенно разбитой.
– Грей, дорогой, а если я разочарую их? – беспокоилась я, с ужасом глядя на стопку учебников и тетрадей. – Нужно хотя бы попытаться это повторить, и тогда…
– Спать! – приказал Грей, подталкивая меня к постели и загораживая крыльями стол.
Я обреченно прошептала:
– Я не могу… И без того всю неделю прохлаждалась.
– Ты брала с собой пять учебников, – напомнил Грей, кивнув в сторону оных, сложенных на комоде. – И какие-то лекции. Хватит. Вполне.
– А если нет? – упрямилась я, в душе уже соглашаясь с ним.
– Значит, попробуешь снова, потом, – пожал плечами Грей, будто речь шла о какой-то малости. Обхватил мое лицо ладонями и заговорил со мной убедительным, доверительным тоном: – Ника, солнышко, я понимаю, что сейчас экзамен кажется тебе всем. Он действительно важен. Но, поверь, если ты не сдашь его, это – не конец света. Жизнь на Аароне не вымрет, я буду любить тебя ничуть не меньше, друзья поддержат в любом случае, а наставники, хоть и позлословят немного, с новыми силами возьмутся за твое обучение. И да, опережая твой вопрос, скажу: были случаи, когда курсанты не справлялись. Это неприятно, как и любое поражение, но не смертельно. А загонять себя до состояния привидения, у которого на лице остались одни глаза, – последнее дело. Иди спать. Чтобы не случилось дальше – просто помни, даже несданный экзамен – это путь вперед, в будущее. Просто не совсем такое, как ты представляла. Сюрприз от Мироздания.
– Мне больше по душе сюрпризы, которые можно носить в качестве украшения, – пробурчала я, обнимая мужа и пряча лицо у него на груди.
– Намек принят, – ответил он, погладив меня по волосам. – Но сейчас, пожалуйста, идем спать?
Конечно, я улеглась. И на утро перед экзаменом была благодарна Грею за заботу. Хоть мы и спали совсем мало, чувствовала я себя значительно лучше. В голове прояснилось и даже появилась некая уверенность – все будет хорошо. Что может пойти не так? Я выучила множество рецептов зелий. Даже в случае провала, вечером меня будут ждать объятия любимого: праздничные или утешительные – там будет видно!
Грей, проводив меня до первого этажа, поцеловал и пожелал удачи. Его самого срочно вызывали к генералу. Глядя мужу в спину, я уловила подавляемые им эмоции – сожаления или вины… Будто подозревал, что снова придется куда-то уехать, когда мне так нужна его поддержка.
Вздохнув, я вышла во двор встречать Дилапию. Мы договорились с ней встретиться у главного входа и вместе отправиться на заклание к кураторам. У моих друзей, кроме Ивара и Анжеики, сегодня тоже экзамены. У каждой пары – свой. В чем именно заключались их испытания – никто не знал, но все помнили академические и знали – легко нам не будет.
Страх накатывал волнами: то слегка, то до дрожи в коленках.
На Дилапии, за последние месяцы сильно исхудавшей, бледной, испуганной, не было лица, зато с нашивкой второй категории. И тоже в обнимку с несколькими тетрадями: мало ли, вдруг понадобятся конспекты? Переглянувшись, мы нервно рассмеялись, обнялись и отправились «сдаваться», обмениваясь шутками про наших кураторов.
Выяснилось, что экзамен будет в здании номер один, где обычно проходили практические занятия лерра Фиррита. Сегодня вместо него у амбара нас встретил лерр Зигни с небольшим списком в руках.
– Быстрее! – поторопил он нас с Дилапией. – Через пять минут будем спускаться, а дверь закрывается на замок. Кто не успел – тот провалил экзамен. Пунктуальность в нашем деле важна не меньше знаний!
Я нахмурилась, кивнула и, открыв принесенный с собой конспект, принялась старательно читать все подряд. Спустя обещанные пять минут Зигни отмер и приказал, указав на стог сена у входа:
– Учебники, лекции, шпаргалки и истерики оставляйте здесь! Соберитесь, дети мои! Пришло время показать, на что вы способны. Дилапия, хватит так смотреть! Это не конкурс «Кто быстрее разжалобит лерра Зигни». Все знания уже в твоей голове, просто дай им свободу сегодня. Проходим, спускаемся, держимся за перила. Напоминаю: сломанные конечности не являются основанием для освобождения от экзамена, а лишь отсрочат его.
Он говорил и говорил, а мы – семеро ошеломленных, настороженных курсантов – медленно спускались в подвал, ступенька за ступенькой. Я ощущала начало общей паники.
Внизу нас поджидал Вларис, качая головой, ворчавший:
– А вот и наши бездари! Еще дольше идти не могли? Ладно уж… проходите к столу. Тяните билеты.
В большом подземелье, где содержали монстров, сегодня было чисто до неузнаваемости. В центре, рядом с Вларисом, Зигни разложил на черный стол семь листочков. У стены напротив лестницы, на достаточно большом расстоянии друг от друга, расставили семь подставок с котелками, каждый – с прикрепленным к нему артефактом магического подогрева.
Вларис поманил нас к себе, ткнул крючковатым пальцем в стол, предлагая взять билет. Я шагнула делать выбор на деревянных ногах, вытянула номер четыре. Мне предстояло: