Ольга Гусейнова – Темная сторона. Маг (страница 48)

– Довольно споров! – перехватив Ивара за руку, Анжеика уперлась ему в грудь кулаком и постановила: – Никаких больше баб! В смысле, все твои друзья заняты. Осталась только я.

– Так ты – мой друг? – он заломил бровь и с ироничной усмешкой посмотрел на ее кулак.

– Друг, – шепнула она, убирая руку. – Мне ты можешь доверять, в отличие от остальных свободных девушек.

– Очень громкое заявление! – насмешливо покачал головой Ивар. – Я мало кому доверяю. Ты что, особенная?

– Для тебя – да! – Анжеика гордо вскинула подбородок. И тихо, как-то просто и по-домашнему добавила: – Пойдем со мной, пожалуйста.

– Просто хочу понять, – заупрямился Ивар, – ты слишком упорно зовешь меня с собой. Я тебе что-то должен? Или настолько дорог?

Анжеика обернулась, бросила на нас недовольный взгляд, мол, сгиньте! Мы счастливо заулыбались – и не сошли с места, умиленно наблюдая за выяснением отношений, на мой взгляд, самой неординарной парочки корпуса.

Анжеика фыркнула, передернула плечами, будто решаясь на что-то и… распустила волосы, вызвав у нас восторженный выдох. Как мы и догадывались, она скрывала прической рожки на голове. Только у Ивара они большие, а у Анжеики – милые и забавные.

Я ощутила всплеск триумфа и нежности Ивара, но он демонстративно недоуменно уточнил:

– И что это должно означать?

Анжеика скрипнула зубами, схватила его за полу форменной куртки и, привстав на цыпочки, процедила ему прямо в лицо, отчаянно и зло:

– Это означает, что я люблю тебя, дурень! Ты дорог мне! И мы – пара, забывчивый мерзавец!

Не знаю, чтобы он ответил на это, мягко говоря, необычное признание в любви, сродни приговору, но тут из приемного покоя вышла помощница лекаря и резко, удивленно остановилась. Посмотрела на нас с девчонками, восхищенную группу дружеской поддержки, на Ивара с Анжеикой, застывших в… ну ладно, странной позе и устало попросила:

– Расходитесь! Лерр Тиррит, почему вы еще здесь? Вас отпустили под обещание о постельном режиме. Хотите, чтобы амнезия повторилась? Вам выделить сопровождающего?

– Нет, – улыбнулся он, – я уже ухожу с моей сопровождающей. И перевел наглый взгляд, желтый и светящийся, как у кота, объевшегося сметаны, на Анжеику: – Это моя единственная подруга. Правда, любимая?

Ей, как и нам, потребовалось совсем чуть-чуть времени, чтобы осознать: Ивар водил нас за нос!

– Так ты все помнишь! – придушено выдохнула «единственная подруга». Пуговицы на куртке Ивара жалобно затрещали под натиском ее пальцев. – Ты заставил меня столько наговорить?! Да я тебя!..

– Только не по голове! – вскинул руки Ивар, вырвался из захвата своей любимой и, широко улыбаясь, добавил: – Пойдем в постель, подруга, а то у меня режим. Лекарь прописал, честное слово. Тише… о рога не поранься!

– Я тебе их сейчас обломаю! – зловеще пообещала Анжеика.

Затем оба сорвались с места: Ивар – удирал, Анжеика – за ним.

– Это точно сопровождающая? – опешила помощница, попятившись. – Может, охрану вызвать?

– Не нужно! – ответил за всех Ерт. – Простите за беспокойство, лерра, мы все уже уходим. И проследим за этой парочкой. Честное слово.

Зря он так. Когда мы выскочили на улицу, Ивара с Анжеикой и след простыл. Куда-то убежали.

– Наверное, отправились к ней выяснять отношения, – хихикнула Нила.

– Или к нему, соблюдать постельный режим, – улыбаясь, кивнул Ерт. – В любом случае, мы им сейчас не нужны. Я доложу лерру Лерио, что Ивар пришел в себя. А сейчас возвращаемся в корпус. Отдыхать.

Я собрала вещи в бывшей комнате и перенесла их к нам на третий этаж. Времени было достаточно, поэтому повесила и сложила свой скромный гардероб в свободный шкаф. Привела себя в порядок в ванной, сходила в столовую за едой и встретила мужа горячими объятиями и ужином.

– Как приятно и тепло на душе, – прошептал Грей после долгого сладкого поцелуя. – Это невероятное чувство – знать, что дома ждет любимая женщина.

– Я буду ждать всегда, – промурлыкала в ответ. – Обещаю.

– Принимается, – кивнул он. – Обещаю всегда возвращаться, куда бы меня не отправили по делам корпуса. К слову, о делах… Ника, ты в курсе, что два курсанта вверенной мне группы сменили статус этим вечером?

– В каком смысле? – удивилась я, а потом испугалась: – Кто-то умер?

– Нет, кое-кто женился, – усмехнулся Грей. – И теперь весь этаж общежития слушает, как Анжеика и Ивар Тиррит выясняют отношения. Та еще сладкая парочка. Не находишь?

– Они… поженились? – шокировано переспросила я. – Уже?! Сегодня?!

– Да, – вздохнул Грей, – сорвали совещание и уговорили генерала Каршина стать их свидетелем. Церемония проводилась спешно и вне стен корпуса. Им приспичило, видишь ли, а генерал очень благоволит одной избалованной принцессе…

– Они поженились! – повторила я, рассмеявшись и обняв Грея крепче. – Это же чудесно!

– Да, – кивнул муж, – теперь они будут вместе до самой смерти. И умрут в один день, убив друг друга. Говорю же, оригинальная парочка, если честно… Но что мы все о них? Я ведь голоден.

– Здесь много еды, – опомнилась я.

– Не-е-ет… – протянул Грей, направляя меня к постели, – я вовсе не о том голоде, родная. Иди-ка сюда…

Глава 12

– Ника!

Я обернулась, помахала Грею.

– Иду, – пообещала и тут же заканючила, как ребенок. – Еще пять минуточек. Честное слово.

Он мягко улыбнулся, покачал головой, не веря мне, но снова терпеливо повернулся к Максу с Региной, провожавших нас в обратную дорогу у своего домика. Регина, будучи уже на приличном сроке беременности, улыбалась, слушая ворчание моего мужа. Макс обнимал ее, поглаживая заметно округлившийся живот. Через каких-то три месяца должен родиться их первенец…

Я отвернулась и прищурилась под напором ветра, принесшего с собой соленую морскую влагу. Поежилась от утренней прохлады, но с места не двинулась. Не хотела уезжать отсюда. Море по-прежнему завораживало, очаровывало, прогоняло прочь печали и заряжало небывалой энергией. Все это сейчас было очень нужно, потому что впереди меня ждал очередной важный экзамен – итог двух лет обучения в корпусе…

Да, время пролетело очень быстро, хотя порой казалось, что оно замирало или тянулось вечность.

Я улыбнулась своим воспоминаниям.

Мой первый зимний бал в качестве Вероники Лерио принес массу приятных и не очень впечатлений. Мы с Греем танцевали до головокружения, много смеялись и говорили о будущем. Помню, тогда я загадала желание – никогда не ругаться с мужем. Не сбылось.

Тем же вечером в корпус приехало несколько на редкость красивых женщин-магов. Во мне проснулась жгучая ревность, когда одна из гостий – фигуристая блондинка с большими глазами – обняла моего мужа при встрече. Ну очень привычно обняла, чем пробудила в моей крови огонь. А Грей, вместо того чтобы успокоить меня, лишь рассмеялся и снисходительно сказал:

– Я люблю лишь тебя, Ника. Глупо ревновать к старым друзьям, да и вообще к кому бы то ни было. Я весь твой. Просто верь мне, хорошо?

– Хорошо, – примирительно улыбнувшись, согласилась я.

А спустя пять минут наблюдала, как Грей снова воркует со старой подругой. Тогда-то я предложила лерру Зигни пригласить меня на танец.

– Ты хочешь поссорить меня с Греем, – покачал головой куратор, продолжая лениво жевать виноград. – Ни за что.

Я продолжила настаивать:

– Ну пожалуйста! – Потом, хитро улыбаясь, предложила: – Я соглашусь на два дополнительных часа ваших занятий в неделю. И, если не будете сводить с меня восхищенного взгляда весь танец, скажу при лерре Вларисе, что ваши занятия интереснее, чем его.

– А ты коварная злюка! – восхитился Корин Зигни. – Ладно. Следующий танец за мной.

И ведь пригласил меня. И не сводил глаз, с задором сообщив:

– Знаешь, мне давно не было так весело на зимнем празднике. Я все больше восторгаюсь тобой, Ника. Сначала думал, ты одна из тех девиц, что смотрят любимому в рот и поощряют все на свете, но чем больше узнаю тебя, тем больше радуюсь. Умная, талантливая, вероломная! Чувствую, Грей еще узнает, что такое женское коварство! Даже если он не будет говорить со мной до следующего солнцестояния, оно того стоило. Позволь поцеловать твою руку?

– Конечно, – улыбнулась я поощрительно.

Когда танец закончился, Грей был рядом. Прожигая взглядом Корина, он отвел меня в сторону и тихо попросил объяснить, что это было.

– Всего лишь танец с одним из лучших кураторов, – честно ответила я.

– Одним из лучших? – с нажимом повторил Грей, растеряв весь свой недавний благодушный настрой.

– Родной, мне кажется, ты ревнуешь, – заметила я и добавила с его собственной снисходительной интонацией: – Но это глупо и лишнее, честно. Я люблю только тебя. Верь мне.

Грей остолбенел. Я заломила бровь, ожидая, что он скажет теперь и готовилась продолжить спор, пока он не поймет, как неприятно было мне наблюдать его воркование со старой подругой. Как раз в этот момент к нам вновь подошла его знакомая.

– Это и есть твоя милая супруга? – спросила она, по-свойски обнимая моего мужа за плечи. – Представишь нас, Грей?

Я проследила взглядом за ее рукой и улыбнулась-оскалилась. Очень хотелось немедленно сбежать на улицу, чтобы отдышаться и подумать, как лучше действовать дальше. Желание поскандалить соревновалось с охотой сразу наброситься на незнакомку, посмевшую так откровенно флиртовать с чужими мужьями! Однако это было слишком и я, старательно пряча эмоции, собралась извиниться и уйти под благовидным предлогом.