Ольга Гусейнова – Последняя. Испытание любовью (страница 3)

– Твоя, – кивнул Сейлишран и его глаза вновь загадочно вспыхнули.

– Но как?.. – уставилась на него.

– Пока ты спасала подруг, практически полностью опустошила свой магический резерв. Поэтому, когда сама попала в печать, первый же натиск Хаоса лишил тебя остатков магии. И хотя мой свет спас тебе жизнь, как мы и предупреждали, жизнь зверя поддерживает магия. Пришлось из-за грани возвращать твою саламандру, иначе следом за ней отправилась бы и ты. В этот раз мы решили помочь твоему зверю сформироваться в полноценного дракона, поэтому процесс твоего возвращения растянулся на несколько дней, чтобы не сжечь его случайно.

– Несколько дней? Сколько же я… спала? – просипела я, обессиленно сев на задние лапы, предательски переставшие держать. Выходит, те голоса и кошмар – реальность?

– Две недели, – Сейлишран чуть и вовсе не уложил меня на брюхо, – но ты не спала, просто сознанием владел возрожденный зверь. Саламандра – мелкая пугливая ящерка, ее характер полностью изменился после перерождения. Драконы – доминантны, хищники и индивидуалисты. Поэтому вам придется снова срочно привыкать друг к другу, учиться доверять, прислушиваться и понимать.

Я разволновалась, драконица вскочила и распахнула крылья, готовая бежать-лететь куда угодно без оглядки.

– Успокойся, Эйкана. Сядь и дослушай, – осадил ее порыв спокойный, приказной голос Орхарана. Я вновь послушалась. Затем распорядитель с улыбкой поведал: – Верховная триада учла твои злоключения за время поиска истинной любви и приняла ряд решений. Тебя ввели в мой род в статусе ненаследной племянницы со всеми положенными регалиями, защитой и содержанием. Один из моих предков был женат на твоей пра-пра-пра-прабабушке со стороны отца. Так что родственная связь, пусть и дальняя, имеется, все по закону.

– Род даки Орхарана – второй по древности и могуществу согласно табелю высокородных драконов Ранивира. Статус даже ненаследной племянницы никоим образом не принизит твое положение младшей княжны Кашерок, скорее расширит возможности и укрепит влияние, – добавил важности Сейлишран.

Я ошеломленно таращилась на драконов, слушая Орхарана, продолжавшего поражать:

– Процедура введения в род носит не только естественный характер, но и магический. Нам пришлось проводить ее без твоего согласия, чтобы помочь быстрее вырастить и стабилизировать драконицу. Теперь у меня есть возможность влиять на нее. Уверен, ты согласишься, Эйкана, лучше жить своим человеческим умом, прислушиваясь к зверю при необходимости, чем если бы она подавила твою личность и правила вашим телом на свое усмотрение.

– Согласна. И признательна за принятое вами решение, – хрипло шепнула я.

– Даки Орхаран поклялся верховным, что его влияние на твоего зверя будет исключительно в рамках воспитания твоей драконицы, пока она не созреет, – опять вмешался хмурый Сейлишран.

– Благодарю за помощь, – осторожно покивала я.

– Тебе придется провести здесь, в изоляции, не менее трех месяцев, – посочувствовал Ашкеран, чем убил весь мой хороший настрой. – Ты уже убедилась: юная дракошка не способна контролировать свои желания и эмоции. Поэтому, пока окончательно не созреет, компанию ей составит только старший родич – даки Орхаран.

Ну вот и все, не стать мне избранницей. Невольно посмотрела на Сейлишрана и, чтобы эмпаты изначальные не догадались о причине моей грусти, уныло уточнила:

– Ко мне не смогут даже подруги прийти?

– Не переживай, Эйкана! – улыбнулся пожилой дракон. И зловеще похвалился: – У ректора академии драконов имеется обширный опыт, как развеять любую скуку у своих студентов.

– Вы научите меня магичить? – воспряла я духом.

– Обязательно! Неучей в моем роду никогда не было, – довольно ощерился мой новообретенный родственник.

– Это все решения? – настороженно уточнила я, опасаясь услышать, что выбываю из отбора.

– Нет, – спокойно произнес Орхаран. – Изначальные поклялись сохранить жизни прибывших на отбор невест. К сожалению, сами невесты этому активно противодействуют. А ты рискнула собой, чтобы спасти других. Поэтому Верховная триада приняла решение исполнить одно твое желание. В качестве награды или компенсации. Что ты больше всего хотела бы получить?

Я удивленно призадумалась: компенсация? Для изначальных злато-серебро – как пыль и камни, не сложнее и не дороже. А вот исполнение желания, хоть одного, но самого-самого…

Облизнувшись, я просипела:

– Я прошу усилить нашу Ша. Звезда Шаграя – самая слабая и тусклая из всех звезд Колыбели Жизни.

Четверо драконов молча смотрели на меня, по их напряженным и потемневшим лицам поняла: есть невыполнимые желания. Что и подтвердил Орхаран:

– К сожалению, исполнить это желание изначальные смогут лишь в одном случае, если ты станешь одной из трех избранниц. Раз в тысячу лет, при смене Верховной триады, можно изменить направление энергетических потоков, питающих миры Колыбели Жизни. Думаю, для тебя такая возможность станет дополнительным стимулом проявить себя как можно лучше во время поиска истинной любви. Есть еще варианты желаемого?

Я мысленно горько улыбнулась. Чего еще может пожелать последыш, едва не оставшийся без будущего? Глубоко вдохнув и мысленно взмолившись к Прародителю Барсу за подмогой и удачей, я выдохнула:

– Тогда я прошу хотя бы сто лет помощи изначальных в подпитке энергией беременных шаграек. Тех, кто ждет сразу нескольких малышей.

Взгляд даки Орхарана затуманился, видно, задумался. Через несколько мгновений мучительного ожидания он, наконец, постановил:

– Твое желание будет исполнено, даки Эйкана. С этого момента в течение ста лет изначальные будут присматривать и помогать вашим семьям во всех подобных случаях.

Я по-человечески, просто по привычке приложила лапы к «щекам» не в силах поверить своему счастью и, покачивая головой, прохрипела:

– Спасибо!

– Ты не плакала даже малышкой, сломав ногу, а сейчас рыдаешь? – глухо спросил Сейлишран.

Я оказалась права, тогда, в ночном лесу, встретила его – моего, похоже, вечного спасителя!

Да, дракон щерится, а не улыбается. И неважно, что он в этот момент чувствует. А вот слезы… Да-да, соленые слезы катились по моей чешуйчатой морде крупными каплями, размером с голубиное яйцо, наверное. И я по-звериному слизывала их длинным драконьим языком.

– Я плачу от счастья, вир. Мне повезло хотя бы на сто лет избавить свой мир от самого страшного кошмара любого родителя, когда приходится решать судьбу своих детей, лишенных второго воплощения.

– Я лично прослежу за исполнением твоего желания, – пообещал Сейлишран.

– Для этого тебе сперва нужно выжить на заключительном испытании, – сухо напомнил ему Орхаран.

Судя по тону, они явно не чужие друг другу.

– Шансы у всех равные. Постараемся, – не внял серьезности распорядителя отбора дракон света.

– Какие же вы еще мальчишки. Все в игры играете, – укорил триаду Орхаран.

Пока новый старший родич по-родительски ворчал, я любопытствовала – шевелила крыльями, настолько непривычно было их ощущать за спиной.

Заметив мои телодвижения, Сейлишран, полыхнув серыми глазами и с затаенной надеждой предложил:

– Хочешь, научу летать?

– Хочу! – радостно выпалила я.

На меня за короткий период времени свалилось столько нового и невероятного, что мысленно я уже летала в облаках.

Сказку, как обычно, подпортил Шейран:

– Я не понял, Сейлиш, с чего вдруг в тебе проявился коварный соблазнитель?

Не ответив другу, дракон света чуть придвинулся ко мне и задрал голову, и так занятно и непривычно было видеть его макушку у своей груди, что я опустила к нему морду. А он по-заговорщицки тихо предупредил:

– Пока драконица окончательно не созреет, ей нельзя вставать на крыло. Поэтому придется подождать три месяца. Мы договорились, что свой первый вылет ты совершишь именно со мной. Договорились же, Эйкана?

– Да, – немного сникла я.

За три месяца моей изоляции его запросто завлечет другая и придется мне летать в одиночку.

– Первый вылет всегда совершается со старшим родичем, – снисходительно заметил Орхаран, усмехнувшись чему-то. – Незачем Эйкане рисковать, молодые драконы такие невнимательные, азартные и увлекающиеся. Совершенно неподходящие наставники…

– Согласен. Я почти что старший брат, возьму эту миссию на себя, – вмешался в разговор Ашкеран, весело глядя на нахмурившегося Сейлишрана.

– Да что со мной случится-то? – поспешила я вернуть первого напросившегося в летные наставники.

– На твоем месте, Эйкана, я бы однозначно подумал о дополнительной безопасности, – не остался в стороне Шейран. – Ты и так к грани тропу успела протоптать. Была бы некромантом, прилично облегчила бы себе работу! Однако ты – светлая, и в этот раз Великий Шатур настоятельно рекомендовал заканчивать с подобными прогулками. Ему до смерти надоели такие невежливые гости, которые стучатся в двери и тотчас удирают восвояси.

Чувствуя, как все замерзает внутри от страха, я проскрипела:

– Вир Шейран, вы пошутили, или Великий Шатур и правда разозлился на меня?

Даки Орхаран, недовольно глянув на улыбающегося некроманта, пристыдил:

– Ваши темные шуточки, вир Шейран, действительно порой выходят за грань…

– Подобными вещами он не шутит, – мрачно оборвал моего десятиюродного дядю Ашкеран.

– К сожалению, я и правда не шутил, – с сочувствием глянув на меня, подтвердил Шейран.