Ольга Грибова – Пять ночей с драконом. Истинная (страница 2)
Особо на совет не рассчитывала. Мне просто надо было хоть с кем-то поговорить. Но мне его, между тем, дали:
— Эту проблему легко решить, — произнес Апломб. — Избавься от ребенка, и тень вернется вместе с чародейским даром.
Я вздрогнула. Апломб озвучил то, что мне самой приходило в голову. Но одно дело подумать, а другое — выполнить.
Ребенок. Частичка ночи с драконом — страшной, запутанной, нежной и губительной. Но он и часть меня. Живой и чистый. Он не виноват в том, что его отец сделал со мной. Ребенок — не сделка, не проклятие и не дракон.
В груди что-то дрогнуло. Едва уловимо. Малыш ведь не только Грея. Он и мой.
Я коснулась живота. Медленно, боясь, что прикосновение навредит нам обоим.
— Я не стану этого делать, — заявила я котам. — Ребенок останется.
Ворчун зашипел в ответ, Хандра вздохнула, Черная покрутила хвостом у виска, а Апломб поразился:
— После всего, что дракон с тобой сделал, ты хочешь сохранить его ребенка?
— Да, — кивнула я. — И мы это больше обсуждать не будем.
— Ну и оставайся со своим бастардом, — фыркнул Ворчун. — Посмотрим, как ты одна справишься.
Обидевшись, коты исчезли. Последней ушла Черная, вздохнув напоследок:
— Ох, даже я тебе не завидую, а это вообще-то моя суть.
Вот и все. Теперь я точно одна. Коты и те меня покинули. Или все-таки не совсем? Во мне растет новая жизнь, а значит, я уже не одинока.
— Прости, — прошептала я, и голос мой впервые прозвучал нормально. Не зло и не испуганно, а спокойно. — Я не знаю, как все будет. Не знаю, смогу ли защитить тебя. Но ты… ты не виноват.
Я вздохнула. Медленно. Глубоко. Похоже, решение принято. Я не смогу избавиться от беременности. И Грей это знал. Да, это его ребенок, но и мой тоже. Как минимум половина в нем от меня.
Снаружи прокричала птица. Хотелось верить, что это добрый знак, но в душе я знала — проблемы только начинаются…
Глава 2. Лишняя
Решение было принято, осталось понять, как с ним жить дальше. Слухи о моей недееспособности быстро облетели деревню. Староста лично навестил меня, чтобы все обсудить.
— Как долго это продлится? — мрачно поинтересовался он.
— Скоро мой дар восстановится. Я приболела, так бывает, — ответила я.
В принципе я даже не соврала. Просто умолчала о сути своей «болезни».
— Ладно, — махнул рукой староста. — Лечись, мы подождем. Походим пока к знахарке.
Я вздохнула с облегчением. Мне будет, где жить все это время. Уже хорошо. Очутиться беременной на улице, без тени и дара — последнее, что мне нужно.
О возвращении домой речи не шло. Нет уж! Особенно теперь, будучи беременной. Даже думать не хотелось, как к этому отнесется Верджил. Я не ждала от него ничего хорошего. Он убил мою любовь разочарованием, но я сама виновата. Придумала себе образ и влюбилась, а потом пелена спала с глаз.
Но одной тяжело. Дождя не было уже с месяц, а значит, Грей не вспоминал обо мне. Коты и те больше не приходили, обиделись.
Свой двадцать третий день рождения я встретила в полном одиночестве. Прошел почти год, как Грей явился за первой ночью. И вот как изменилась моя жизнь. До неузнаваемости! Я осталась без семьи, без дома, беременная, зависимая от чужой милости. Слишком много проблем принес мне дракон, а ведь впереди еще целых три ночи. Не передать, как я на него злилась.
Чтобы не переживать лишний раз, сосредоточилась на текущем моменте. Вот только я до смешного мало знала о деторождении. У матушки я была последним ребенком, а служанки меня особо не интересовали. Но даже мне было очевидно, что моя беременность далека от нормальности и проходит не совсем обычно.
Началось с появления жара и пульсации внутри живота. Постепенно высокая температура передалась и мне. Я горела без всяких симптомов простуды или других заболеваний.
Неужели ребенок огненный дракон? Это возможно? Еще меньше, чем о детях, я знаю о наследовании дара у драконов. По правде говоря, вообще ничего. А спросить не у кого. Даже владей кто-то в деревне подобными знаниями, я бы не обратилась к нему. Ведь для этого надо рассказать правду о моем состоянии.
Из-за высокой температуры я постоянно мерзла. На дворе стоял разгар лета, а я куталась в шали. Местные жители поглядывали на меня косо. Молва о странной болезни чародейки быстро облетела деревню. Меня начали сторониться.
Но я была этому рада. Все из-за живота — он начал расти. Пока его прикрывала шаль, но, судя по всему, он будет большим. Рано или поздно жители деревни его заметят. Чутье подсказывало — лучше пусть это случится как можно позже.
Дальше стало только хуже. К температуре присоединилось странное онемение. Особенно сильным оно было на спине. С зеркалами в деревне было плохо, поэтому я отправилась на рассвете к реке. И там, кое-как извернувшись, изучила свое отражение.
Каков же был мой ужас, когда я увидела на пояснице не кожу, а чешуйки. Участок с ними был совсем небольшой, но вдруг это только начало? Я что, обращаюсь? Еще драконом стать не хватало!
Всем сердцем я надеялась, что это побочные эффекты беременности от дракона. Рожу и все пройдет. Происходящее со мной вообще было далеко от нормальности. Ребенок даже шевелился странно. Мало того, что рано, так еще я ощущала движение сразу в нескольких местах. Как будто у плода были… крылья?
Но что самое паршивое — я стремительно теряла силы. Точнее, ребенок высасывал их из меня. Принести воду из колодца занимало час, не меньше, а после я отдыхала полдня. Приготовить еду, убраться в доме, прополоть сорняки в огороде — все стало неподъемным, чересчур сложным для меня.
Первым я забросила огород. Печально было видеть его заросшим, но я уже не могла ухаживать за ним. О чистоте в доме тоже пришлось забыть. Теперь я почти все время лежала, а когда двигалась меня мучила одышка и отеки.
Готовила я самые простые блюда, требующие минимум времени и сил. К тому же обычная еда уже не насыщала меня, я испытывала острую тягу к мясу.
Живот был тугой и тяжелый, словно там не ребенок, а камень. Порой было совсем плохо — тело будто наливалось металлом, кости ныли, мышцы сводило судорогой, а под сердцем пылал огонь. Не физический. Он жег изнутри, медленно, невыносимо. Этому пламени было тесно в моем теле.
Я зажимала рот рукой, чтобы не кричать от боли, и оседала на пол, опираясь спиной о прохладную стену. Лоб покрывался потом, а руки дрожали.
В такие моменты я говорила с малышом. Почему-то не сомневалась — он или она меня слышит.
— Тише, тише, — просила я, гладя живот. — Пожалуйста, не обижай маму. Ты ведь слышишь меня, правда? Я знаю, что ты особенный. Я чувствую это.
Ребенок в ответ шевельнулся. Это был не просто толчок, а движение. Осмысленное и осторожное.
— Ты слишком сильный для моего тела. Я не справляюсь, малыш, — объясняла я. — Мне так больно… Иногда я думаю, что не доживу до твоего рождения. Что ты сожжешь меня изнутри, просто потому что не знаешь, как быть мягче. Пожалуйста, научись быть тише, — я погладила живот. — Помоги мне. Вместе мы справимся.
Шевеление постепенно затихло. Ребенок успокаивался. То ли от звука моего голоса, то ли правда понимал меня и жалел. В любом случае это всегда работало, мне становилось легче. Возможно, не все потеряно, и я смогу выносить и родить дракона.
Наша связь с малышом крепла с каждым днем. Я сама не заметила, когда она превратилась в безусловную любовь. Я уже не представляла жизни без ребенка. Все мои планы, все надежды на будущее были теперь связаны с ним. Я жила ради него. Ради его первого взгляда, первого дыхания, первого крика. И знала — даже если весь мир отвернется от меня, он никогда не предаст.
Я всегда мечтала о детях. Но кто бы подумал, что это счастье мне подарит дракон… В итоге я простила его за то, что он помешал мне стать послушницей. Определенно, судьба матери лучше. Хоть и тяжелее, особенно в моем положении.
Мне нравилось говорить с малышом. Я хотела, чтобы он привыкал к моему голосу. Каждое его движение во мне напоминало, что я не одна. Внутри меня зарождалась жизнь, и ради нее я была готова вынести все.
Мои проблемы со здоровьем заметила та самая знахарка. Добрая женщина — единственная, кто знала о беременности. Она взялась мне помогать. Приходила в гости, готовила и убирала. Я не знала, чем заслужила ее доброту, но была безмерно благодарна. Одна я бы не справилась.
Она учила меня распознавать полезные травы и варить из них лекарственные настойки. Сама я тоже регулярно пила ее отвары. Благодаря им сложная беременность переносилась немного легче.
Но ребенок не переставал удивлять. Новый симптом появился как раз при знахарке. Она запекала в печке курицу, а я полулежала на тюфяке, когда меня одолела икота. Возможно, это не редкость при беременности, но моя была особенной даже в такой малости. Каждый раз икая, я выпускала изо рта струйку дыма. Ик! — дым. Ик! — дым.
Я задержала дыхание — не помогло. Икота не желала останавливаться. В момент, когда знахарка повернулась ко мне, я зажала рот рукой в попытке сдержать дым. Но его было так много, что он буквально просочился у меня между пальцев.
Знахарка застыла с широко распахнутыми глазами.