Ольга Горовая – Кольца Мирты. Книга 2 (страница 14)
— Ее не было на площади во время казни заговорщиков, — попыталась сформулировать Инди свои мысли, даже сумев отодвинуть усталость пока. — И эта растерянность Марти… Ты был тогда жесток, во время казни, — она немного неуверенно глянула на него сквозь ресницы. — Вероятно, это тоже пугает брата…
— А тебя это испугало? — голос Ройса стал отрывистым и резким, хоть и было слышно, что он пытался взять взметнувшиеся в нем силы под контроль.
В комнате похолодало, резко, стремительно как-то даже, несмотря на продолжающий пылать камин. И Инди непроизвольно выше натянула одеяло.
Стало темней.
— Ты был… ж
— Это и было целью, Инди, — он отвернулся к окну, продолжая стоять совсем рядом с кроватью. Кажется, просто не желая сейчас встречаться с ней взглядом, потому как плотные шторы надежно отрезали их от внешнего мира. — Я не испытывал к этим людям ни малейшей жалости. Ярость — да, потому что из-за них погибла ты, твой брат. Именно они убили твоего отца. И ничто не могло для меня смягчить их участь. Но я должен был позаботиться и о том, чтобы исключить вероятность повторения таких событий. Для защиты твоего брата в первую очередь. Чтобы более никому и в голову не пришло выступать против законной власти…
— Но и отвести этот страх от него самого, от Марти. Сконцентрировать на себе, — вдруг осознала она то, о чем Ройс промолчал. — Чтобы Герцога любили…
— Меня можно ненавидеть, — он обернулся, посмотрев на нее с какой-то тяжелой, грустно улыбкой. — Любить надо Герцога, не меня. А сосредоточить всю свою злость и недовольство на том, кто и так воплощает зло, куда проще, — он провел рукой по волосам, и Инди вдруг ясно ощутила, что и Ройс невыносимо устал.
Не меньше, а то и больше Мартина, которому необходимо было лишь действовать согласно плану, разработанному и просчитанному до мелочей этим мужчиной и его помощниками, возможно, до малейшего шага и действия. Все вероятности и возможные случаи. Только ни он, ни тот же Марен не жаловались, видимо, уже зная по жизни, что это все равно не даст никакого толка.
Ее охватило необъятное чувство сопереживания и какой-то тяги к нему! Не чувственной, пусть и это имелось между ними в избытке, не оспорить. Душевной! Будто все в Инди существовало лишь для этого мужчины, для того, чтобы сделать его жизнь хоть немного легче. Вернуть радость и свет в его мрачные дни и мысли.
А еще, мелькнула мысль о том, насколько же нужно обладать внутренней силой, выдержкой и упорством, чтобы так крепко держать себя в узде, когда в руках безграничная власть… Не дать себе пуститься в отрыв, и даже месть подчинить цели, что для себя выработал и поставил. Не во имя себя, ради ее брата и рода…
Была ли она настолько же сильной, когда в полной мере владела собственной силой? Инди не помнила. Но это откровение о Ройсе сейчас буквально ошеломило ее.
— Твоей матери не было на площади, потому что она предала и тех, чьими руками уничтожала вас. Катализа сбежала, едва узнала о том, что сила Мирты вернула Мартина к жизни, и я собираю преданных людей, — тем временем рассказывал Ройс, похоже, не заметив ее ошеломления и ступора. — Мои люди сейчас ищут ее.
Его люди… Ох! Дрожь прошла по спине, как только вспомнила эти сумрачные тени, затянутые в черное с ног до головы. Сама мысль об этих гвардейцах пугала ее и сейчас. Забавно, если подумать. Потому как Ройс, обладающий куда более мощной тьмой и силой, притягивал ее невероятно. И именно с ним она сейчас здесь находилась наедине, испытывая какофонию эмоций, да. Но не страх.
— У нас есть несколько источников, утверждающих, что видели твою мать на территории восточных провинций, — продолжал он, наверное, не обратив внимания на ее внутренние метания. Инди сомневалась, что так уж удачно скрывала их. — Мы проверяем это. Она хитра, я не могу оспорить данного факта, и действует разумно. Не тащила с собой много людей. Не знаю, может, не так и много осталось ей преданных, либо же Катализа прекрасно понимает, что это только усложнит ей задачу. Но мы найдем ее, — скупо завершил Ройс, почему-то искоса глянув на Инди и скрестив за спиной руки, сжатые в кулаки.
Не хотел, чтобы она видела овладевающую им мощь ярости? Так Инди все равно ощущала ту в нем, смысл? В комнате уже было даже слишком темно. И дышать становилось все сложнее.
Будто уловив ее реакцию и пристальное внимание, Ройс на шаг отступил, словно сливаясь с этой тьмой.
Инди откинула одеяло, несмотря на холод, пронизывающий до костей, и спустила ноги на пол, не собираясь позволять ему отстраняться.
И ни один из них не показывал виду, что понимает происходящее с другим! Хотя, сохраняя откровенность, она не до конца его сейчас понимала. Однако старалась.
— Почему Герцогине вообще удалось организовать этот переворот? Ведь все знают, насколько сильна связь благополучия мира с правящей семьей, идущей от благодати самой Мирты? — испытывая усталость, но, не желая прерывать начавшийся разговор, раз Ройс готов был открывать и открываться ей, она подалась вперед, пока еще не встав с кровати.
Ей даже не смысл был важен, а предлог для продолжения разговора. И его попытки открыться.
Вглядывалась в этого мужчину настолько внимательно, насколько позволяли ее глаза. И почему-то… ей все больше казалось, что Ройс пытается что-то скрыть. Утаивает от нее. Вроде старается закрыться, открываясь при этом… Диссонанс.
Но вот что? Не могла понять и с этой силой, которую заново училась в себе слышать.
— В реальности все всегда сложнее, чем в преданиях, архивах и памяти людей, сияние мое, — он цедил слова сквозь зубы, видя, как тяжело те «падают» на кожу Инди, заставляя хрупкие девичьи плечи сгибаться. Словно под пеплом и пекущими искрами от извержения вулкана.
И внутренне бесился на себя из-за этого. Зря.
Чем больше Ройс негодовал, тем сильнее становился в нем Морт… А тот сейчас (демоны!) и так был слишком силен. У него почти не хватало сил, чтобы удерживать тьму внутри себя.
Он сказал Инди, что их не стоит делить. И сам же пытался разграничить две сущности, которые уже слишком тесно и плотно переплелись, толкая Ройса за грань разума и каких-то канонов; наполняя сердце и душу тьмой.
— Накопилось слишком много мелких и крупных обид на твоего отца среди дворян. Кто-то был недоволен тем, что их провинции давно не получали пособий. У кого-то имелись личные счеты и претензии. Кто-то просто жаждал большего влияния… Твоя мать ловко это узнавала и использовала, разжигая сомнения, стремление к изменениям и жадность, я не стану отрицать. А твой отец был слишком уверен в непоколебимости своих позиций, не замечая, что происходит под боком. Нельзя быть слишком убежденным в своей исключительной правоте, когда ты правитель, Инди. Ну или умело это скрывать, лавируя среди интересов подданных. Я видел слишком много примеров тому, как неумение это использовать приводит к краху… Впрочем, в тот момент все мы были ослеплены, правда, каждый своим. И моя вина весома: я слишком окунулся в счастье с тобой, чтобы обращать внимание на окружающее и разбираться в хитросплетении дворцовых интриг, хотя именно этим и стоило заняться… Теперь я не допущу такой оплошности. И сделаю все, чтобы Марти и ты не повторили ошибок вашего отца. Чтобы были в безопасности… Потому я казню Катализу, как только мы ее найдем. Публично… И без снисхождения. Чтобы на века запомнили…
Она встала с кровати, заставив Ройса умолкнуть, он видел, что ей невыносимо холодно. Кожа Инди побледнела настолько, что немного отливала в сумеречной темноте комнаты синевой, девушка закусила губу. Однако упорно и упрямо двинулась в его сторону.
Испугал ее своими словами? Этим заставил подняться? Не знал. И непонимание только ухудшало общую ситуацию.
В отличие от Инди, Ройсу было жарко! Он пылал изнутри обжигающей лавой тьмы. Почти невыносимой нуждой добраться до Инди, дорваться до ее тела, до самой сути… Но именно это он и не собирался себе позволять! Пресветлая! Да Инди до сих пор шатало!
И все же шагнул к ней, забывая о намерении держать дистанцию. Будто ноги своей жизнью жили, отдельно от разума.
— Зачем ты встала?! — голосом, ставшим ниже на несколько тонов, потребовал Ройс ответа, мигом сдернул покрывало с кровати и укутал ее, стоило любимой приблизиться.
Не справился со своими руками, схватил ее, сгреб в охапку. Прижимал к себе так, словно стремился часть своего огня передать, согреть, надеясь, что не причиняет боль, не жжет через эту преграду ткани. Но не имел уверенности. Да и понимал, что в их ситуации глупо надеяться на самый легкий вариант.
По-правильному, ему бы уйти стоило. Снять этот безумный, оглушающий огонь, сбросить тот в новое неистовство бури, к примеру. Или тренировку… Возможно, кого-то убить… Жестоко, кроваво. Круша кости, разрывая плоть, заставляя надрывать горло от криков.
Да, Ройс реально рассматривал такой вариант. Он почти жаждал его, надеясь так выиграть хоть каплю облегчения! Потому что тьма в нем становилась все более плотной, жестокой и яростной. Все более требующей самой необходимой женщины!