Ольга Горовая – Клеймо на душе (страница 41)

Но до того, как Дан рот открыть успел, на пороге комнаты замаячила Элина, вероятно, прибежавшая на этот ор мужа. У мачехи глаза тоже полезли на лоб, когда за ним дочку увидела в настолько однозначной ситуации. И, в отличие от мужа, Элина побелела, как стена.

Отец же, наверно, никак не в состоянии подобрать еще более гневные слова, ртом воздух хватал.

Час от часу не легче, ей-богу! Богдану захотелось витиевато выругаться… но и от этого ради Юли удержался. И, главное, что ни скажи — все равно виноват окажется же! Будто опыта по жизни мало, что отец никогда ему не верит, только худшее допускает.

— Успокойтесь. Все, — попытался как можно ровнее и нейтральней призвать к тому, чтоб хоть послушали их. Понимал вроде родителей, но хотелось и от них хоть какой-то попытки к ним прислушаться, доверия, что ли… — Не так все. Мы с Юлей…

— Не втягивай ее в это!!! — опять сорвался отец, так и не дав Дану ничего сказать нормально. — Я тебе вчера многое сказал, но сегодня — вон из моего дома! Чтобы я тебя больше вообще здесь не видел, подонок!

— Не кричите на него, Дима! — вдруг вмешалась Юля, тоже повысив голос.

Поднялась, как он понял, во весь рост на кровати, одернув пижаму, оперлась на плечи Дана руками, обхватила его рукой поперек груди… Так, что на ее плече стала хорошо видна татуировка в виде феникса, лежащая поверх точно такого же узора на его груди.

Специально так сделала чертовка? Или случайно вышло?..

Судя по тому, что родители в шоке обмерли, уставившись на них, Юля все же понимала, на какую провокацию идет. До этого татуировку скрывала даже от матери.

— Юлия, это что за пошлость?! Как ты посмела наколку сделать?! — похоже, от переизбытка возмущения, прошипела Элина, сузив глаза, но дочь на нее не отреагировала.

— Да не трогайте вы ее! — Богдан скривился, понимая, что разговор движется не туда, и все складывается по-глупому и не в их пользу.

— Послушайте! Никуда меня Дан не затаскивал! Я сама вчера пришла, сил не было без него и дальше. И так думала, что с ума сойду за эти сутки, поймите! — Юля аж задохнулась, так отчаянно старалась выдать это все на одном дыхании. — И не было ничего, мы просто спали вместе, — она опустила подбородок ему на плечо, продолжая обнимать.

А Дану от ее близости хорошо так! Горячо внутри, что не испугалась и не сдала назад. С ним одним фронтом. Поднял руку, переплетая их пальцы крепко и уверенно, чтобы и малой свою поддержку показать.

— Не надо орать, пап, Элина, — уверенно и твердо встретил возмущенный, полный растерянности и гнева взгляд отца. — Я люблю Юлю.

— И я люблю Дана. Очень сильно, — тут же добавила Юля, каким-то образом умудрившись обнять его еще крепче.

Блин, хорошо так! Ничего не могло омрачить настроение, как ни странно, даже эта дикая реакция что отца, что мачехи.

А родители смотрели на них так, будто ни слова не услышали. И возмущения в глазах, на лицах — ни капли не меньше.

— Любишь?! Да что ты знаешь об этом?! Вон! Ты мне больше не сын, ясно?! Чтоб до вечера тебя тут не было! — рыкнул отец со все тем же возмущением. — И больше я ничего не хочу о тебе слышать! А ты… — он повернулся к Юле. — Ты не понимаешь ничего еще, Юля, маленькая! И, что Дан из себя представляет, не видишь! Тебе в школу пора, и об университете подумать нормально! А не на чувства к такому… — отец смерил его с ног до головы гневным взглядом.

— Дима, не надо Дана выгонять, пожалуйста! Не говорите так! Он же не виноват ни в чем! — Юля будто через его плечо пыталась доказать что-то его отцу.

Но на нее не отреагировали.

— Быстро иди к себе, Юлия! В школу пора собираться! Чем ты думаешь?! Выпускной класс! — тут же подхватила Элина, пока не высказывая свои мысли насчет Дана. И за то спасибо. — Хочешь, чтобы я каждый твой шаг контролировала? Под домашний арест?

— Я уже совершеннолетняя! Ты не имеешь права! — резко ответила Юля, втянув воздух через зубы, явно разозлившись. Но и не подумав, кажется, хоть на миллиметр отодвинуться от Богдана.

Он же пока молчал. Не то чтобы заявление было непредвиденным, пожалуй, именно такого и ожидал Дан от отца. Еще вчера. И даже намеки были… Чего не ждал, конечно, так это вот такой реакции… настолько сильного гнева, какого-то нелогичного даже. Хотя, а чего было ожидать? Не первый же день знакомы…

Крепче стиснул ладошку Юли, чтобы и самому не показать, что задели слова отца слишком сильно. Обидно и больно, несмотря на то, что считал себя уже непробиваемым к его отношению. Блин! Вроде понимал, но не ждал такой вот формулировки.

Ну и по фигу! Не смертельно.

Зато у него Юлька есть теперь. И тут он все силы приложит, чтобы не напортачить, в лучшем виде сделать. Сам назло всем докажет и достигнет таких высот, которых от него не ждут, и ей поможет добиться того, что малая захочет и чего достойна… Лучшего!

— Юля! Быстро в школу! Я твоя мать! — не выдержала Элина, сорвавшись почти на визг. Она явно не умела добиваться от дочери желаемого ничем иным, как угрозами или шантажом. — Не смей мне перечить!

На Дана она все еще не смотрела. Причем старательно и осознанно. Словно его, вообще, уже здесь не было.

— Не смей мне указывать! — Юля тоже начала нервничать, ее телепало, Дан ощутил. — Сама уже взрослая! И не хочу я в ваш университет!

Ее не меньше задело то, что родители тут устроили… капитально задело. А выдержки меньше, чем у него, и привычки, особенно, такое отношение по боку пускать и своего добиваться. Погладил ей тайком ладонь большим пальцем, стараясь дать поддержку.

— Давайте все вместе успокоимся и попробуем сначала поговорить, — попытался призвать их хоть к какому-то подобию покоя, совсем для себя несвойственно.

Родители глянули на него. Оба. А потом отвернулись.

— Я тебе все сказал, — напоследок бросил отец, не оборачиваясь. — И не забудь, что скоро по счетам в больнице платить.

И ушли… Офигеть, какая взрослая у них реакция и поведение! Или это он что-то в мире перестал понимать и теперь тупит? Или они абсолютно не понимают, что делают?

— Твою налево! — ругнувшись сквозь зубы, Дан повернулся и посмотрел в глаза Юле. — Вот это утро, да, малая? Не так хотелось бы, — подмигнул, пытаясь поддержать Юлю, выглядевшую довольно растерянной, даже немного по-детски, невзирая на то, что тут только что матери кричала.

Она как-то потерянно хихикнула.

— Да уж, начало, пока они не ворвались, мне куда больше понравилось, — тяжко вздохнула Юля. — А вышло все так… Дан! Я не хочу, чтобы ты уходил! — малая вдруг бросилась к нему на шею, с силой сжав тело Дана руками. — Не знала, что так подставлю тебя, прости!

И не думая удерживаться, Дан обнял ее в ответ, притиснув к себе плотно-плотно.

— Тсс, Юль, ты тут не при чем. Отец и вчера об этом уже намекал, да и я сам готовился, пора мне уже самостоятельно жить, малая. Даже квартиру нашел. Прорвемся, — погладив ее лицо пальцами, он попытался улыбкой вселить Юле как можно больше уверенности и успокоить.

— Тогда и я уйду! — нежданно заявила Юля с такой решимостью, которая только в восемнадцать и бывает, наверное. Даже он, Дан, в основном, уже утратил вот эту вот готовность импульсивно переть напролом…

— Тебе нельзя, Юль, как бы мне ни хотелось этого, если честно. Но я реально сейчас понимаю, что обучение мы не потянем, — начал излагать свои мысли, пытаясь сумбур в голове по полочкам разложить, и даже не осознавая, как иначе на все смотрит теперь. Видимо, эти двое суток и последняя ночь рядом с ней наконец-то сформировали новый подход к жизни. — А ты должна получить высшее образование. Не потому, что родители настаивают, это тебе самой нужно, поверь мне. И я психовал, и с отцом ругался по этому поводу. Но дело даже не в имени университета и не в корочке, на которой тебе диплом дадут. Любое высшее — это для тебя самой в первую очередь. Ты, если вникнешь, гораздо больше и четче понимать будешь, как в принципе все устроено, и в стране, и в бизнесе, и в мире… Это твой фундамент, малая, что бы ты потом ни выбрала и не решила, понимаешь? — Дан чуть наклонился, заглянув ей в глаза. — И я же не пропаду, рядом буду, слово даю. И ты ко мне всегда прийти можешь, когда захочешь. Я ждать буду, обещаю, — легко коснулся губ, уже недовольно скривившихся. — Только тебя, честно, — прижал к себе крепко-крепко, начав целовать уже серьезно. Не сдержался.

— Точно? — все-таки с подозрением протянула Юля, но и сама не торопилась от его губ отстраняться. — Никаких больше?..

— Никаких. Ты, — усмехнулся Дан, поцеловав ее в кончик носа.

— Юля! Если ты сейчас же не выйдешь, я лишу тебя всех финансовых источников! И с отцом поговорю! — резкий и гневный голос Элины прозвучал так, словно она под дверью ждала.

Хотя у нее, наверное, тоже стресс нехилый, в чем-то и мачеху понять можно.

Юля зажмурилась и с мученическим вздохом прижалась к его плечу лбом.

— Беги. Как освободишься после уроков, набери меня, я тебя встречу и покажу, где квартиру снимать буду, как раз и документы пойдем подпишем вместе, — решил он немного дать всем передышку. Да и Юле действительно на уроки было нужно. — Не переживай, феникс, со всем справимся. Нас же теперь двое, — напоследок еще раз крепко поцеловал Юлю, начавшую улыбаться более искренне.

Провел до ее комнаты под внимательным и рассерженным взглядом Элины, но внутрь уже не шел. Куда дальше нагнетать? Да и предстояло немало. Не факт, что ему и позавтракать тут теперь позволят. Но ради Юльки, действительно понимая, как важно малой получить нормальное образование, независимо от названия профессии, насколько это существенно для ее формирования (ведь на себе это прочувствовал, и мог с друзьями сравнить), готов был не обострять и придержать себя.