Ольга Горелова – Настоящая цена (страница 5)
– Так, погодите, пока я ещё ничего не понимаю, особенно в тех родовых связях, которые вы, видимо, подразумеваете…
Алёна ненавязчиво рассматривала внешность клиентки. Было заметно, что на неё оказало сильное влияние модное в последнее время направление «ведической женственности». На Елене была длинная широкая юбка в «народном стиле», начинающие уже немного седеть волосы были не прокрашены и стянуты в тонкую косу. Косметики на лице не наблюдалось, а кожа была тонкой и сухой. «Поди, ещё и «сыроедением» увлекается» – подумала Алёна.
– Так вот, понятно же, что жизнь той девочки, моей прабабушки, рождённой в таких обстоятельствах, была очень сложной с детства, из-за отвержения и презрения окружающих. И ей пришлось быть вдвойне порядочной и безупречной, чтобы хоть немного отсоединиться от позора матери. И все женщины нашей семьи впоследствии были образцом порядочности… – произнося эти слова, Елена ещё ровнее вытянула свою худенькую спину и словно обрела дополнительную опору, даже во взгляде блеснула победная уверенность.
– И я уже не знаю, что можно сделать, чтобы сгладить это своеобразное «проклятье». Уж сколько практик на «отмаливание предков» я сделала… сколько разных обетов исполняла, обращаясь за отпущением грехов нашей непутёвой прародительницы… – но почему же я замечаю, что жизнь моя становится всё более унылой, и ничего, что я просила у судьбы, не происходит??? – Елена почти умоляюще посмотрела на Алёну, словно та была её последней надеждой.
Их глаза встретились, и в тот же миг Алёна с ужасом поняла, что «попала» – её стало затягивать в тёмную воронку…
*****
После кратковременного отключения сознания зрение прояснилось – и, так же, как и в прошлый раз, Алёна обнаружила существенные изменения в происходящем. На этот раз, пространство будто заволокло голубовато-молочной дымкой, или туманом, все предметы будто потеряли краски, поблекли.
Помня собственные предыдущие трансформации во внешности, Алёна в первую очередь испуганно осмотрела себя: очертания тела были, вроде бы, её, но одета она оказалась в какой-то светло – серебристый балахон. Кожа рук стала неестественно бледной, практически белой. Её длинные распущенные волосы, спадающие на грудь, тоже оказались белыми и словно светящимися. Из реальности сюда «протиснулась» опять лишь стрекоза – она висела на шнурке поверх изменившегося одеяния.
Та-а-ак, понятно… ( это, конечно, было само по себе безумно, начинать свои мысли в этой ситуации с «так, понятно…» – но что ж делать, надо как-то адаптироваться). Вот, значит, как клиентка хочет меня видеть – воплощением чистоты и «правильности». А может, и носительницей какой-то истины. Эх, как же часто обнаруживаются подобные ожидания у тех, кто приходит за помощью, и каждый раз как-то надо снимать с себя эти «белые одежды». Но, возможность увидеть воплощение ожиданий воочию – это, конечно, потрясающе.
Елена же в этом параллельном слое реальности превратилась в сухонькую прозрачную женщину, лет на 20 старше той, какой она вошла в кабинет. Она стала похожа на привидение, каким его показывают в мистических фильмах – действительно стала полупрозрачной и бесцветной.
И, между прочим, присутствующих в кабинете прибавилось. Рядом с креслом, на котором притулилась Елена, появилась ещё одна женская фигура. Причём, удивительно – эта новая гостья была поярче и даже, как бы, материальнее той, которая сюда пришла в действительности. Это была молодая красивая женщина лет тридцати, в наряде, какой носили барышни позапрошлого века. Она присела боком на подлокотник кресла слева от Елены.
Помимо этого Алёна заметила справа от клиентки три каких-то прозрачных светло-фиолетовых сгустка, похожих на яйца, размером сантиметров десять – они словно парили в воздухе, немного перемещаясь туда-сюда.
Похоже, всю эту картину целиком наблюдала только она, её посетительница по-прежнему не замечала тех, кто находился у неё по бокам.
Та, что сидела на подлокотнике, поняв, что Алёна смотрит на неё, вдруг заговорила, голос её зазвучал тихо, но весьма энергично:
– Да что ж это такое! Сколько ещё эта дурочка таскать-то меня будет? И по бабкам, и по церквям, и по гадалкам… и дёргает, и дёргает! – убедившись, что Алёна её действительно слышит, она с воодушевлением продолжила, – Не была я несчастна! Жизнь ту мою земную прожила я в полной женской доле – и любила, и страдала, и детям жизнь давала, ни одного младенца я сама не загубила… И жила я, как сама хотела, не обижали меня мужчины, радовали… А последняя девочка, доченька моя, родилась от настоящей любви, от очень хорошего человека. Поэтому и жизнь моя поменялась тогда, и всё что могла, передала я своей дочери. И по ручейку родной крови течёт сейчас сила женская к потомкам – и жажда любви, и страсть, и свобода, и власть над мужчинами, только помани. А эта – ну ты глянь, чего творит… правила какие то себе нашла… отмаливать меня взялась, глупая! Нечего отмаливать – любовь моя счастливая всё смыла, да и я сейчас там, где нет греха. Там светло, и каждый приносит с земного воплощения крупицу опыта, вот и всё. Давно бы этот образ мой телесный рассеялся, да вот дальняя внученька покоя не даёт. Правила она какие-то себе нашла, и не живёт, а служит. А правила – то, не про жизнь, про смерть. Вон, глянь – трое рядом с нею, знаешь, кто это? Это детки её, которых она в мир не пустила. Не так они приходили, не во время! По правилам её, видишь ли, жениться надо обязательно, да всё чтоб по закону. А кто ж на ней женится – силу мою она не берёт, похотью эту искру считает, – красавица печально вздохнула, – Может, передашь ей? Может, ещё всё-таки возьмёт?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.