Ольга Фомина – Путь к Башне (страница 3)

Не все опасности этого леса воображаемы: теперь тропа пересекает болото, где под ногами вместо воды кровь, её вид и запах ощущаются очень реальными. Кажется, здесь недавно кого-то убили, и Кот опять замедляет шаг. Ближайшая к нему кочка вдруг поднимается над водой, открывая широкую пасть, полную острых зубов, расположенных в три ряда. Но, секунду помедлив, рот твари захлопывается и вновь погружается в разлитую кровь, отчего по поверхности жижи идут розовые пузыри.

Кот улыбается, лишь слегка приподняв уголки рта: этот лес временами до жути реален, и в эти моменты погибнуть в нём можно по-настоящему. Но он умеет быть наваждением внутри наваждения, и до поры лес не видит в нём жертву.

Над этим зелёным кошмаром поднимается ввысь столь же безумное небо, на котором покрытое плесенью, как прошлогодний сыр, солнце уступает место багрово-алой луне.

Улыбка его немедленно исчезает, волосы становятся дыбом, когда белый кролик, пробегающий мимо по мягкому мху, в какой-то момент словно взрывается изнутри. Его брюхо с чавканьем лопается, и из него, словно из кокона, выбирается хищное насекомое. Свежевылупившийся мухопаук тут же вонзает хищные жвала в ещё содрогающуюся в муках плоть под окровавленным белым мехом, но криков доедаемой заживо жертвы снова неслышно, похоже, они здесь не в чести. Смерть, страданье без звука и трансформация. Раз за разом, и каждый раз неудачно, рождая монстра за монстром, чудовище за чудовищем.

Он берёт себя в лапы, доходит до круглой поляны и присаживается на уродливый, весь в мерзких оранжевых наростах ствол упавшего дерева. Из-под него немедленно выбегает стайка почти бесцветных многоножек длиной c палец. Упавшее дерево открывает ранее спрятанные среди наростов глаза, и длинный, буро-зелёный язык быстрым движением отправляет всю стайку в древесную пасть.

Ему слышно, как хрустнули панцири, и он едва слышно вздыхает. Пытки, смерть…

– Сколько ещё будет их? Сколько их, брат? На которой из жертв тебе станет довольно страданий?

Но тот, к кому обращён этот крик, его не услышит или не захочет услышать.

Вот он вышел на тропинку, дождался своих спутников. Осталось понять, пройдут они через лес или нет.

Глава 5

Какое-то время погода радовала Мера и его спутницу тёплом. Потихоньку сгущались сумерки. Они остановились перекусить, да и надо было дать отдых коням. Чудесная полянка, окружённая звездчаткой и каплями золотых аресов. Чуть дальше были заросли фирсов, где кусты склонялись до земли под тяжестью ягод. Кони стреноженные паслись там же в зарослях.

Мер быстро разжёг костёр, оставляя Рейн готовить еду. Сам же он пошёл в лес.

Тот расступился перед ним, отводя ветки и убирая паутину. Мужчина направлялся к одному приметному дереву, чтобы проверить всё ли осталось на месте с той поры, как были заложены охранные артефакты. Вокруг старого дуба, такого огромного, что его обхватить могли несколько мужчин, стояла непримятая трава да заросли остролистого кустарника. Мер мрачно хмыкнул, когда обнаружил, что один из сигнальных маячков сдвинут в сторону. Был бы это зверь, сработала тревога. Сейчас же его просто переставили, открывая проход к дереву.

– Светлые, чтобы они провалились в Бездну, – прошипел он, когда заглянул в тайник и не обнаружил так своих артефактов. Так вот, стало быть, как нашли дорогу к Башне. Какая сволочь рассказала об этом. Но теперь поздно было сокрушаться. Надо исправлять, вернее, закрывать снова путь.

Тёмный порылся в сумке в поисках нового артефакта. Пара перьев, камень, обрывок ленты, со стороны может показаться мусором, который натаскала какая-то птица. Вещи легли в строго обозначенном порядке.

Asu jasnue vidjat zori krasnue,

Vanu arii zemlju rodnuju beregut,

Goluboglazue rusy idut skvos’ buri nenastja,

Sunu l’va pokoj mira steregut1.

Сборный артефакт засветился ровным зелёным светом, показывая работоспособность. Осталось проверить ещё несколько мест и, похоже, зарядить всё по новой.

Каша уже была почти готова, когда Мер вернулся к костру.

– Всё в порядке? – спросила Рейн, отрываясь от приготовления.

– Всё более или менее, – Мер чуть устало отозвался и присел на бревно, вытягивая ноги.

– Да, почему-то я тебе так и поверила, – едва слышно пробормотала девушка, раскладывая еду. – Скажи, ведь ещё до моей гениальной идеи ехать туда, ты уже сам всё решил?

– Всегда любил умных женщин, правда, их так мало, – он взял тарелку, задерживая пальцы Рейн в своих. – Твоя идея помогла мне сделать более незаметно и правдоподобно. Может, и не зря оставил тебя при себе.

– Всё может быть, – едва слышно фыркнула она, не сомневаясь, что он её услышал.

– Ты снова нарываешься, девочка? – в голосе тёмного прорезались рычащие нотки.

– Как я могу, мой Господин, – она стояла, опустив глаза, прекрасно понимая, что чуть перегнула палку.

– Прекрасно можешь, – он притянул её к себе. – Я устал, покорми меня.

– Как пожелает, мой Господин, – она взяла тарелку, зачерпнула каши, подула и коснулась её губами, пробуя, потом протянула ему. – Самое то для усталого путника.

– Для усталого путника думаю надо другое, но оно чуть подождёт, – каша оказалась очень вкусной, душистой.

Спустя некоторое время, лёжа на его плече, накрытая плащом, Рейн задала вопрос:

– И всё-таки, зачем ты взял меня с собой?

– Честно, не люблю готовить и мне нравится спать с тобой в обнимку.

– А я тебе, что любимая игрушка?

– Лет двадцать назад так бы оно и было, а сейчас просто красивая девушка, с которой приятно делить постель. И не шипи, ты прекрасно всё знаешь. А теперь спи, нам рано вставать.

Глава 6

Дождь несколько раз начинался и, вымочив до нитки Расса с товарищами, прекращался, уступая место солнцу, одному, потом второму. Понятное дело, это не очень поднимало настроение. Один только кот радостно шёл, изредка исчезая в кустах или ближайших густых зарослях орешника. А через некоторое время выбирался, облизывая довольно окровавленную морду.

Аэ замкнулась в себе и на все вопросы отвечала односложно, делая всё, чтобы от неё отстали. Собственно, так оно и вышло. До вечера царила блаженная тишина.

– Привал, – скомандовал Расс, заприметив подходящую полянку. Через некоторое время весело запылал огонь в костре, котелок медленно закипал. Зар готовил ужин, а Лан решила пройтись, пока ещё было не совсем темно.

Травница медленно села и прислушалась:

– Где твоя ненаглядная?

Зар осмотрелся. На его лице появилась тревога.

– Тихо, не шуми, – спокойно сказала Аэ, – Лес этого не любит.

Она поднялась на ноги. Лес казался замер, не было слышно ни шелеста листьев, ни пения птиц.

– Я говорила вам, что оправиться сюда это очень плохая идея. Особенно в это время года.

Медленно девушка двинулась в сторону орешника.

– Говорила, – отозвался Расс, вытаскивая меч из ножен. – Путь к Башне открыт только в это время года.

– Вам это кто сказал? Вы бы ещё зимой пошли, когда снега насыпает по кры…

– А давай ты перестанешь умничать и сделаешь то ради чего ты здесь?

– Хорошо, ищите вашу светлую сами. Найдете, пойдём дальше, дорогу покажу.

Девушка вернулась и села около дерева, завернувшись в плащ.

– То есть собираешься остаться тут, а не идти искать Лан? – подскочил к ней Зар.

– Нет, я хочу выжить в вашем сумасбродном приключении, а не сдохнуть под вечер первого же дня, – отозвалась Аэ.

– Ах ты…

– Зар, уймись. Пошли искать Лан, пока ещё не совсем стемнело.

Лес мрачно взирал на смельчаков, которые посмели нарушить его покой. Мелькали смутные тени, шелестела трава.

– Куда попёрлась эта дура? – процедил сквозь зубы Расс, идя по слегка примятой траве.

– Я ей сказал сидеть, – отозвался Зар.

Впереди, в сумеречном свете угадывался силуэт поваленного дерева, за ним кто-то шевелился. Подойдя ближе, они остановились.

Внешне это существо напоминает жабу и покрыто красным мехом. Оно широко раскрыло свою пасть и медленно поглощало лежавшую на земле девушку. Рядом с ним сидело нечто, имеющее человеческий силуэт, однако при ближайшем рассмотрении это создание совершенно непохоже на человека. Высокое существо с безгубым ртом; невероятно тощее и костистое; с острыми как бритва, зубами и когтями; глаза маленькие и чёрные.

– Еда пришла сама, – прошелестел голос в головах мужчин. – Сама пришла.

Существо поднялось, отбросив накидку из белой шерсти.

– Кто из вас первым на ужин?

Они обнажили мечи, пытаясь понять, что же тварь им встретилась.