Ольга Фомина – Логово мантикор (страница 5)

– Не стоит так напрягаться, сеньорита, – заметил инспектор и, прохромав по кабинету, сел напротив. – Мне только что звонил мэр и сказал, что Ваше алиби он подтверждает. Вы заночевали у него в особняке после того как задержались до позднего вечера, помогая ему разбираться с историческими документами нашего славного города. Но вот ваши сослуживицы…

Сантьяго откашлялся и покачал головой:

– Они обе утверждают, что были дома, но подтвердить их алиби некому. Живут они одни.

Матильда была ошеломлена услышанным настолько, что даже на мгновение замерла с приоткрытым ртом. Потом закашлялась:

– Спа… сибо.

Глубоко вдохнула и выдохнула. Однако… Хоакин попросил отца подтвердить? Неожиданно. Но как? И почему? Хотя сейчас важно другое. Подруги. И то, что случилось с занудной начальницей. Поэтому девушка расслабилась. Подалась назад, устраиваясь в кресле поудобнее, и спросила:

– Понимаю. Могу я поинтересоваться, как… Где и что произошло с нашей многоуважаемой Анжелой? Признаюсь, поутру я была в приличном шоке, услышав выдвинутые обвинения. И то, что она – убита. Было бы хорошо услышать то, что вы можете рассказать.

– Вообще, рассказывать обстоятельства убийства не положено. В интересах следствия, но… – Сантьяго усмехнулся. – В данном случае газетчики уже давно пронюхали всё что можно, и что нельзя.

Он положил перед девушкой выпуск «Утренняя Малака», где на первой странице красовался заголовок: «Зверское убийство служащей архива». А дальше описывалось, как подвыпивший сеньор Хорхео Кастильо обнаружил ранним утром под забором в переулке труп молодой женщины с многочисленными ножевыми ранениями в области грудной клетки. На стене кровью было выведено: «Мантико…» Дальше слово обрывалось, и вниз уходил окровавленный след от пальца. Жертва явно указывала на убийцу.

По информации источника в полиции, имя которого они не могут озвучить, жертву зовут Анжела Скортера. Ей было нанесены девятнадцать колотых ран, предположительно штыком от армейской винтовки. Надпись явно указывает на кого-то из трёх подопечных ей сотрудниц, отдел которых сеньорита Скортера и возглавляла. Именно этот отдел Архива Ританского Географического общества многие называли «Логово Мантикор» за неприветливость его работниц.

– Теперь Вы понимаете, почему подозрения пали именно на вас?

Прочитав статью дважды, Матильда кивнула:

– Да, теперь понимаю. И выглядит эта тёмная история довольно подозрительно. И… Девятнадцать ранений, – она поёжилась. – Убивавший несчастную Анжелу был весьма зол на неё или даже разъярён. Плюс… Штык от армейской винтовки. Не у каждого дома валяется этот предмет. Если бы удары были нанесены узким складным навахито17, я бы поняла… Ну вы знаете это, такие штучки, которые уважающие свою честь сеньориты носят за резинкой чулка, чтобы, если боги отвёрнут свой взор от нас, иметь возможность защитить свою честь. А так…

Матильда нахмурилась и потёрла скулу у глаза, как делала всегда, когда пыталась распутать клубок тайны. Непонятненько…

– Предположительно армейским штыком. Наш патологоанатом, который в юности участвовал в подавлении Мятежа Военноначальников, сказал, что ранения очень похожи. Я, если честно, с ним согласен. Вот только такой способ убийства не характерен для женщины. Представительницы прекрасного пола предпочитают что-то менее кровавое. Яды, в основном.

Инспектор прошёл к своему столу и достал из ящика три простеньких браслета. Тонкие металлические полоски с нанесёнными на них рунами.

– Мы не можем сейчас доказать причастность Вас и Ваших подруг к убийству. С одной стороны, у двух из трёх отсутствуют алиби, но это ничего не значит. Сеньориту Скортера, скорее всего, убил мужчина. На ней был плотный корсет, который не так-то просто пробить, да и кровь… На ваших пальчиках следов крови нет. Сами знаете с современными средствами криминалистики можно это определить, даже если на убийце были перчатки.

Сантьяго вздохнул:

– Всё было бы гораздо проще, если бы полицейский некромант не отбыл на свадьбу к своей кузине…

Матильда усмехнулась.

– Да, дамы предпочитают яды. Наверное… Множество зафиксированных историй в библиотеках имеются, согласна. Но я как думаю… Если это не самозащита, в чём яд не помощник вовсе, то я полагаю, что не ты давал жизнь существу – не тебе её забирать.

Она присмотрелась к браслетам. Руны. Хм… Интересно. Вряд ли защитные. Чтобы они не покинули город? Или чтобы не стали следующими жертвами? Отвлёкшись на минуту на шум за окном из порта, где прибыли рыбачьи лодки с уловом к вечернему меню ресторанчиков, она снова перевела взгляд на Сантьяго:

– А другого некроманта нет? Или вызвать из соседнего города? Насколько я встречала упоминания в библиотеках, хоть я и не маг, но очень любопытная, как кошка, и… – вздохнула. – Всегда немного завидовала одарённым и магам. То, насколько помню, некромант может опросить погибшего только в ограниченный срок?

– Верно, сеньорита, совершенно верно, – Сантьяго дружелюбно улыбнулся. – Час и двадцать минут. Именно столько есть у некроманта, чтобы задать усопшему вопросы. Всё сказанное им далее не считается доказательством для суда. Слишком необратимые происходят изменения в мозге. Но есть ещё один вариант. Отпечаток смерти на ауре. Появляется он, к сожалению, не только у убийц, но и у тех, кто просто находился рядом в момент смерти. Доказательством причастности для суда это не служит, но вполне служит подтверждением невиновности. И тут, кстати, то, что никто из вас троих не одарён магически скорее плюс, чем минус. На магов это заклинание не действует. Там своя специфика у ауры.

Он положил перед Матильдой один из браслетов.

– Это, как Вы, столь начитанная и умная девушка, наверное, догадались, сигнальный браслет, что предупредит нас, если Вы попытаетесь покинуть Малаку. Вам и вашим подругам придётся носить его какое-то время. Или до возвращения нашего некроманта, или до того, как мы не найдём кого-то другого.

Вздохнув, девушка кивнула, и, взяв браслет, надела на левую руку, защёлкнув замочек.

– Понимаю вынужденные меры. И, как законопослушный гражданин, не стану возражать. У вас своя работа, – желудок Матильды громко заворчал, и она покраснела. – Простите. Мы вчера гм… Настолько засиделись над старыми документами города, что последний раз я ела вчера после работы.

Матильде хотелось пить не меньше, чем есть. Правда, не ясно что стоило выпить в нынешней ситуации – то ли кофе, то ли сангрии. Стресс, начавший отпускать натянутые как струна нервы, стал бить по мышцам, заставляя их дрожать. Она не любила терять контроль над своим телом, поэтому дрожь вызывала желание быстрым шагом пройтись и подышать солёным раскалённым воздухом. А потом – поскорее заказать что-то сладкое и бесстыже съесть – не стесняясь, как «приличные девушки», клюющие по крошечке малюсенькой ложечкой.

– Вы можете быть свободны. Сержант проводит Вас, – Сантьяго встал. – Простите, но извинения за неудобства я принесу позже. Когда Ваша невиновность будет доказана. Скажу только, что действительно приятно было с вами познакомиться.

– Взаимно, Сантьяго, – Матильда поднялась, поправив юбки и кивнула. – Мне тоже было приятно познакомиться. Надеюсь, что следующая встреча возможна в иной, более дружеской обстановке. Доброго дня.

Девушка проследовала за сержантом, и на ступеньках, уже на улице, остановилась, вдыхая соленый сухой воздух полной грудью.

«Хорошо-о-о-о. Теперь срочно в ближайший ресторанчик, заказать паэлью, кофе и сладкого».

 С девочками-коллегами можно и позже встретится поговорить. Поправив локоны, Матильда бодро направилась есть. Беда бедой, а обед ждать не будет!

Глава 4

После замечательного, в кавычках, утра и половины дня Мидзуки, наконец, отправилась домой. Она приняла душ и переоделась, с наслаждением отправив вещи в корзину с грязным бельём.

Посидев в тишине некоторое время, Богданова поняла, что это бесполезно. Спать? Нет, после того сна, ближайшее время она точно не уснёт. Работа? Сосредоточиться на чём-то было выше сил. А вот поесть, правда, не мешало.

Буквально через полчаса Мидзуки, подхватив сумочку, поправив гоглы на шляпке, вышла неспешно на улицу. Около ближайшей продуктовой лавки она замедлила шаг, рассматривая абрикосы и апельсины.

– Иса, ты представляешь, вчера какой-то мерзавец напугал мою Даниэлу, – раздался рядом старческий голос.

– Да кто же посмел-то? – ответила собеседнице крепенькая седовласая дама.

– Я сама видела, промелькнула тень, глаза горят, как факелы, только и видела.

– Мария, да ты бы меньше сангрию за ужином со своим дедом пила, тогда бы и не мерещилось.

– Творец видит, чудище какое-то было. Не иначе как студиозусы балуются. На каникулы приехали, житья от них теперь не будет.

– Скажи ещё, что они и намагичили. У Николлеты внук маг, ты знаешь, как за ними строго следят. Будут баловать, так сразу скажут кому надо.

– Я ещё не совсем ослепла!

Дальнейший разговор Мидзуки слушать не стала.

Неприметная лавка Витторио Манрике затерялась среди других зданий, и если не знать, где её искать, то рискуешь пройти мимо. Впрочем, владельца этот факт нисколько не заботил. Его постоянные клиенты всегда находили дорогу.

Вот и сейчас, Витторио, а вернее Виктор Владимирович Черский, услышал, как звякнул колокольчик, и вышел к клиенту.