Ольга Джокер – Открытый брак (страница 42)

Качает сильнее, как маятник, а сердечные удары работают в сумасшедшем бесперебойном ритме.

— Я же знаю, что разница между мной и вибратором есть. И ты тоже знаешь об этом.

Вскидываю брови, хмыкаю. Отпускаю руки вдоль туловища, когда горячее дыхание нещадно опаляет губы.

Можно ли без последствий открыть брак, а потом тут же его закрыть? Не будет ли тянуть и хотеться повторения? Не появится ли привыкание и не потеряется ли вкус к обыкновенной интимной жизни двоих после излишней остроты?

Шагаю назад, но Саша перехватывает меня за запястье. С силой сжимает, нащупывая гулко колотящийся пульс. Боюсь ли я, что он догадается и поймет, какое влияние на меня имеет? Скорее, да. Мне точно не всё равно.

— У тебя всё в порядке с логической цепочкой? Ты то неделями игнорируешь, то настойчиво трогаешь…

Примитивные действия — развернуться, открыть дверь и сесть на место, кажутся нереальными. Я прямо указываю на то, что явное невнимание меня глубоко задело.

Журавлёв реагирует на это расширившимся зрачками и открытой озорной улыбкой.

— Я же понимал, что за излишнюю настойчивость ты мне если и дала бы ещё раз, то только по лицу. Предоставил время остыть.

Хочется в очередной раз возмутиться, но подаренная свобода заставляет меня заткнуться. Я растираю онемевшее запястье и лишь насмешливо благодарю.

Глава 39

— Пока-пока!

Взмахиваю рукой, прощаюсь с Журавлёвым и скрываюсь за тяжелой металлической дверью, которая одним глухим ударом отрезает ответ.

Счастье, что у подъезда мне удалось встретить соседа. Он живёт на одном этаже с нами. Вежливый, тихий. Увидев меня с коробками и пакетами, тут же согласился помочь, избавив от ненужного продолжения с Сашей.

Поставив покупки в прихожей, направляюсь в ванную комнату. На половине пути начинаю раздеваться, стаскивая через голову майку, переступая через брюки и расстёгивая застёжку бюстгальтера.

Всегда. Чёрт возьми, каждый грёбаный раз встречи с Журавлёвым приводят меня в тонус. Мышцы напряжены, волнует тахикардия. Я сама не своя! Кусаюсь, выпускаю колючки. Недостаточно сильные, чтобы раз и навсегда закончить, но довольно внушительные, чтобы не упасть с обрыва, а ходить чётко по краю.

Настроив тёплую воду, забираюсь под душ. Прокручиваю в голове двусмысленные диалоги. Размышляю, где можно было сказать иначе, где послать на хрен, а где в корне пресечь.

Раскачиваюсь от наших пикировок по новой. Завожусь, как никогда и ни с кем. Ни у одного мужчины не хватило бы столько наглости и дурости, чтобы лезть к замужней женщине. К жене Наиля Саркиева. В родном городке каждая дворовая собака знала, что это бесполезно, но там были другие правила и законы. Мне только предстоит это переосмыслить.

Поиграв на контрасте водой, постепенно прихожу в чувство. Смываю эмоции и запахи. Если и злюсь, то уже не на себя.

Переступив через бортик ванны, прячусь в тёплый пушистый халат, прекращая бесконечно размышлять и анализировать, а затем и вовсе смещаю фокус внимания на дочь, помогая ей доделать уроки.

Наиль, как и всегда, предупреждает, когда заканчивает работу. Это означает, что через час — максимум полтора — он будет дома.

Воспользовавшись переполненным холодильником, который мы загрузили на днях, решаю приготовить пасту.

Сервирую стол, достаю свечи и вино. Отвариваю спагетти в кипящей воде. Нарезаю бекон и чеснок под тихо работающий телевизор, ощущая расползающуюся под кожей безмятежность.

Когда в замочной скважине проворачивается ключ, тут же бросаюсь в прихожую. О покупках на пороге не думаю. Если муж спросит, то скажу правду. Как есть. Я никому не навязывалась и никого не просила. Воспользовалась выгодой — да.

Заглядываю Наилю в глаза, встаю на носочки и обвиваю руками шею. Купаюсь в защите и силе.

— Ты пила?

Удивлённо вскинув бровь, он поддевает пальцами мой подбородок. Смотрит пытливо, но улыбаясь одними уголками губ. Без капли укора.

— Немного. Раздевайся и мой руки.

К слову, Наиль не торопится выполнять просьбу. Медленно наклоняется и касается губами моих губ. Приятно гладит шею, давит пальцами на позвонки. Слизывает вино. Целует увлечённо и порывисто, проникая языком в мой рот и без спешки лаская.

Я знаю, что сегодня у нас будет секс, и не вижу ни единого повода, чтобы его не хотеть. От одной только мысли по телу мурашки, а внизу живота нарастает пульсация.

Игриво выскользнув из тёплых объятий, зову мужа за собой.

Наиль ненадолго задерживается в ванной комнате и проходит на кухню уже без пиджака. Расстегнув пуговицы на рубашке и небрежно закатив рукава, чтобы было удобнее.

Сев на диван в гостиной, он ненадолго устремляет взгляд в телефон, продолжая решать рабочие вопросы, которые не оставляют его ни на миг.

— Как прошёл день?

Я кружу у плиты, сливая воду со спагетти. Поддев ножку бокала, пью мелкими глотками. Когда сладкое вино тормошит вкусовые рецепторы, сильнее расслабляюсь. Спонтанная встреча с Журавлёвым откликается во мне не столь ярко и отчётливо. Уже фоном.

— Разгребались с массированной хакерской атакой на нашу инфраструктуру и сайты некоторых клиентов. Утечки или уничтожения данных не было, но пришлось попотеть.

У Наиля своя айти-компания, которая разрабатывает цифровые технологии для государства и коммерческих организаций. Сотрудников много. Идёт новый набор. Несколько команд в компании могут работать одновременно с десятками различных сервисов, не мешая при этом друг другу. Это всё, что я знаю. И, к сожалению, чем больше муж рассказывает о ночной атаке, тем больше я чувствую себя глупой и необразованной.

— Загрузил тебя? — хмурится Наиль, отложив телефон на край дивана. Вскидывает руки. — Прости. Как ты?

Я приглушаю звук на телевизоре в тот момент, когда в ток-шоу начинают рассказывать о девятнадцатилетней девушке, которая продала девственность за один миллион евро, выставив её на продажу через известное интернет-агентство. Коротко смеюсь от абсурдности и… находчивости.

— У меня всё в порядке. Была на занятиях и в торговом центре.

Выключив плиту, накрываю крышкой пасту. Слышу за спиной вкрадчивый голос мужа, который подзывает к себе.

Недолго думая, подхватываю бокал и послушно выполняю требование. Двигаюсь плавно, грациозно.

На мне шорты и открытый короткий топ, который подчёркивает силуэты фигуры и выделяет грудь.

— Ближе.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я забираюсь верхом на мужа под громкий стук собственного сердца, не в силах не думать о том, что именно так всё и происходило в ту ночь.

Низ живота ошпаривает кипятком. Щёки алеют, а соски упираются в шёлковую ткань и в ожидании ноют.

— А для тебя имело значение, девственница я или нет?

Ладони Наиля ложатся на мои ягодицы. Глаза беззастенчиво блуждают по лицу.

— Конечно.

— А то, что когда-то ты был единственным, а сейчас — нет?

В комнате повисает тишина. Я без страха встречаюсь с тёмным напряженным взглядом мужа. Стойко выдерживаю его. Я достаточно пьяна, чтобы не бояться задавать вопросы на не самые скромные темы.

— Имело. Надеюсь, что во всех важных аспектах я навсегда останусь для тебя единственным, Поля.

Затаив дыхание, внимательно слушаю, игнорируя отчаянно и неритмично барабанящий пульс в ушах.

— То, что мы позволили себе развлечься, не означает, что с этих пор можно всё. Вдвоем — да. По обоюдному согласию и предварительному обсуждению — тоже. До тех пор, пока это никак не вредит отношениям и не снижает качество семейной жизни. Всё остальное по-прежнему подлость и измена.

— Мы сможем понять, когда начнёт страдать качество?

На губах мужа мелькает улыбка. Под бёдрами твёрдо. Он завёлся. От одних только разговоров распалился так, что взрывной волной подкидывает и меня.

— Безусловно, сможем, если будем честны. Тебе понравилось, мне тоже. По одной из статистик каждый пятый фантазирует на тему секса партнёра с другим человеком, и эта мысль его возбуждает. Просто кто-то смело идёт дальше и воплощает, а кто-то — нет.

— Трусит?

Потянувшись, ставлю бокал на пол. Чувствую себя свободной и раскованной. Отважной, дерзкой. Другой.

— Можно сказать и так. Это крутой способ пробудить прежнее желание и убрать иллюзию принадлежности партнёра. Удовольствие через ревность и боль.

Сродни мазохизму. Я помню эти ощущения. Так красочно, будто вчера. Они не отпускают долго-долго, продлевают эффект и подогревают страсть.

Киваю, задевая ступней бокал. Остатки вина проливаются на паркет, а стекло от звонкого соприкосновения с полом разбивается на крупные осколки.

— Сиди, — просит Наиль.

Переместив меня на диван и уступив тёплое местечко, убирает стекло у моих ног. Включает робот-пылесос. Я смотрю на темную макушку и жадно хватаю ртом воздух. Наконец, решаюсь:

— Ты хотел бы попробовать ещё раз?