Ольга Джокер – Хочу тебя навсегда (страница 10)

— Не твоё дело.

— Мы можем поехать в участок, но, блядь, у нас в уголовном кодексе с этим серьезные пробелы. Это в Штатах или Германии сексуальным домогательством считается даже прикосновение руки. Здесь же, чтобы что-то доказать, нужно иметь на руках видеозаписи или записанные на диктофон непристойные замечания. Но мы можем попробовать. Я сделаю максимально возможное.

— Ясно.

— Это всё? — хмыкает Жаров.

— Да, это всё. Лучше за дорогой следи, — отвечаю как можно хладнокровнее. — Ты работаешь по делу Влада, Яр. Вот и работай. Остальное тебя не касается.

Он крепко сжимает руль до побелевших костяшек. Воздух в салоне становится плотным и наэлектризованным. У меня на волоски на коже встают дыбом и покалывает кончики пальцев.

Вдруг раздаётся противный визг тормозов, я успеваю выставить вперёд ладони. Слегка ударяюсь лбом, но не критично. Спасает ремень безопасности.

— Как ты? — тут же спрашивает Жаров, глядя на меня поблескивающими глазами.

— В норме. А ты?

Мой вопрос остаётся без ответа.

Я отделываюсь лёгким испугом и… убитыми в хлам нервными клетками, потому что в каких-то пару сантиметрах от автомобиля упало громадное дерево, которое полностью преградило дорогу. А ведь мы ещё не выехали на загородную трассу. И это полный…

— Пиздец, — заканчивает вместо меня мысль Ярослав и выходит на улицу, чтобы посмотреть, не зацепило ли автомобиль.

Недолго думая, я следую за ним. Плевать на зонт и дождь. Я и так промокла до нитки.

Обойдя автомобиль и уставившись на старый широкий дуб, вскрикиваю от ужаса, когда думаю, что было бы, если бы секундой позже эта громадина упала бы нам на крышу. Мы бы не выжили. Ни я, ни Ярослав. И Булка осталась бы на этом свете одна-одинёшенька. Пульс прилично частит.

— Здесь есть другая дорога? — спрашивает Жаров, прищурившись.

Ливень бьёт по макушке и плечам. Я смотрю на бывшего мужа и устало качаю головой. Мне так холодно, что зуб на зуб не попадает.

— Я не знаю, Яр. Понятия не имею.

Это чистая правда. В посёлке я прожила не так уж долго. Знаю одну дорогу, по которой курсировал автобус. А есть ли дополнительная — это конечно вопрос.

Мы возвращаемся в салон, пытаемся включить навигатор. Возможно, из-за оборвавшихся проводов — связь здесь совершенно никудышняя. Впрочем, в посёлке и округе она и без этого была не лучше.

Яр задумчиво смотрит вперёд, затем переводит на меня вопросительный взгляд.

Я нервно сглатываю и не понимаю, чего он от меня хочет. Лишь поддавшись немного вперёд, замечаю маячащий перед глазами старый мотель. Вывеска сверкает, а значит, что он принимает гостей.

Глава 13

Прежде чем попасть внутрь мотеля Яру приходится чуть ли не выбить дверь. Нас долго не впускают, кажется, что уже и не впустят. У меня отстукивают зубы и дрожат губы. И я ничего не могу с этим поделать.

На пороге появляется пожилая женщина с седыми волосами, собранными в аккуратный пучок. Представляется Валентиной — хозяйкой. У неё теплое и приветливое выражение лица. Не всё так страшно, как казалось изначально.

Я не хотела ночевать с Ярославом и идти сюда тоже, но другого варианта пока не предвиделось. И между тем, чтобы окоченеть от холода и отогреться — я выбрала второе.

Мы проходим по крошечному холлу, я с интересом осматриваюсь по сторонам. Высокая хрустальная люстра, длинный угловой диван и журнальные столики. Присутствует небольшая стойка ресепшн. Правда, без компьютера. Здесь просто лежит журнал с твёрдой обложкой, в котором наверняка ведётся учёт гостей. В целом, обстановка более, чем скромная. Но зато чисто и приятно пахнет, а это уже плюс.

Яр облокачивается об стойку и спрашивает есть ли в наличии свободные номера. Хозяйка мотеля всматривается в лицо Жарова и предлагает ему медпомощь. Он решительно отказывается. А я, к собственному стыду, даже не видела, что у него рана.

Валентина сообщает, что нужно проверить журнал, потому что буквально позавчера сюда заселилась какая-то иностранная аграрная делегация.

— Один номер, — произносит Яр. — Нам будет достаточно.

— Два, — подаю голос.

Женщина поднимает растерянный взгляд. Смотрит сначала на меня, затем на Жарова.

— Один, один, — подтверждает Ярослав.

Я незаметно толкаю его под ребро.

— Жлоб, — тихо шепчу. — Я бы за себя сама заплатила.

Хозяйка мотеля напяливает очки с толстыми стёклами и медленно листает журнал. Я напрягаюсь, потому мысленно уже представила, как принимаю горячий душ. С паром, чтобы даже кожа покраснела.

Когда Валентина радостно восклицает, что один номер всё-таки есть в наличии, я едва не подпрыгиваю от счастья. Надо же, буквально пару минут назад меня возмутило предложения Яра остаться здесь, а сейчас я готова расцеловать хозяйку мотеля.

Вход в номер с улицы. Он находится на втором этаже. Приходится подниматься по опасным железным ступеням. Крепко вцепившись в поручень, ощущаю как паника постепенно окутывает тело. Я наконец в полной мере осознаю, что мне придётся провести целую ночь с Ярославом. К такому жизнь меня не готовила. Моя новая жизнь в которой ему больше не место.

О магнитном замке в мотеле, конечно же, не слышали, поэтому хозяйка проворачивает ключ в скважине и открывает дверь. Зажигает яркий свет, я переступаю порог комнаты. Она выглядит вполне неплохо. Большая двуспальная кровать, две тумбы, шкаф и прилегающая ванная комната. Меня тянет к ней магнитом. Всё потому, что со дня на день прилетит моя Вера. И я не хочу, чтобы она застала болеющую мать.

Яр коротко рассказывает хозяйке про ситуацию с деревом и причину, по которой ему сложно перегнать машину под окна — на частную парковку. Та качает головой и достает старый кнопочный телефон. Звонит какому-то знакомому и предлагает Жарову отогнать автомобиль к нему в гараж буквально по соседству. А завтра утром, едва непогода стихнет, с деревом как-нибудь разберутся. Распилят, оттащат в сторону. Можно сказать, что мы с Яром родились в рубашке.

— Справишься без меня? — интересуется Жаров на секунду застыв на пороге.

Я возмущенно фыркаю, он, наоборот, улыбается. Открыто, с ямочками на щеках, заставляя моё бедное сердце забиться о рёбра. На его лице застыла кровь. С левой стороны. Ударился в момент резкого торможения? Или же это результат разговора с отчимом?..

Как только дверь за ним закрывается, я прохожу в тесную ванную комнату и снимаю с себя мокрую одежду. Встаю под душ, настраиваю краны на горячую воду. Она бьет по телу и согревает. Боже, какое блаженство.

Я бы стояла под душем вечность, чтобы навсегда унять чёртову дрожь и смыть с себя воспоминания этого вечера, но проходит слишком много времени. Наверняка, вернулся Яр и ждёт своей очереди.

Взяв в руки белоснежное полотенце, вдыхаю приятный цветочный аромат кондиционера. В этом мотеле не так плохо, как мне казалось изначально. Видно, что хозяева — чистоплотные и ответственные люди и поддерживают порядок.

Я надеваю халат и открываю дверь, чтобы вернуться в спальню и едва не врезаюсь в высокую фигуру Ярослава. Он мокрый до нитки, но отчего-то довольный при этом и улыбающийся. Чего не скажешь обо мне. Я мечтаю греться под одеялом. Долго-долго.

Обойдя Яра, слышу стук в комнату. На пороге стоит Валентина и протягивает мне медикаменты. Спирт, бинты, вату и зачем-то зелёнку.

— Ужин не желаете? — интересуется хозяйка.

— Я… не знаю, мне нужно уточнить, — указываю на дверь, ведущую в ванную комнату.

— Если что-то нужно — дайте знать. Я в эту ночь не сплю, но не всегда хорошо слышу. Поэтому звоните настойчивее.

Поблагодарив женщину, я закрываю дверь на замок и сажусь в кресло, терпеливо дожидаясь, пока не выйдет Яр. Обработаю ему рану и тут же лягу спать на самом краю кровати. Глаза слипаются от усталости, мне безумно хочется отогреться. День сегодня какой-то просто сумасшедший!

Яр выходит из ванной комнаты, проводит пятерней по влажным волосам, тоже облачившись в белоснежный халат. Я стараюсь не думать о том, что под ним нет одежды. Свою я вывесила сушиться на слабо греющие батареи.

— Валентина попросила обработать тебе рану, — произношу, встав с места. — Садись.

Жаров послушно плюхается в кресло и вальяжно откидывается на спинку в ожидании. Он рассматривает меня пока я пытаюсь открыть бутылёк спирта. И посмеивается, когда у меня не получается.

— Досмеешься до того, что я воспользуюсь зелёнкой, — шутливо грожу ему.

Ярослав затихает, но глаз всё равно не сводит. И кожа в тех участках, куда он пялится — пылает и горит.

Ты не оценил. Зачем тогда всё это?

— Ты надолго вернулась? — интересуется Жаров.

— Думаю, да. Сейчас решаю вопрос с тренером.

— В Канаде всё так плохо?

— Нет, почему, — жму плечами. — Канада — чудесна и её стоит любить хотя бы за три вещи.

— Какие? — интересуется Яр.

Я подхожу ближе, почти вплотную. Смотрю на рассечённую бровь и осторожно прикладываю к ней ватный диск.

— Еда. Она разнообразная, но всегда вкусная.

Жаров кивает.

— Природа. Она безумно красивая. Таких роскошных старинных деревьев и лесов я никогда не встречала.