Ольга Джокер – Грязная тайна (страница 23)

Катя вежливо представляет меня Руслану. Улыбаемся, приветствуем друг друга. Он хороший мужчина. Разговорчивый, дружелюбный и располагающий. Я заочно знаю о нём — не так, чтобы много, но как факт, что у Катиного отца есть пасынок.

— Мы готовы ехать, — обращается сестра к Медведю.

— Алису закинуть домой? — интересуется тот, слегка прищурившись.

— Нет же…

Я понимаю, что Басаргин отвез бы меня хоть на край света, чтобы бы не мешалась под ногами. Сейчас, немедленно.

— Мне предстоит важный вечер. Я, взрослый мужик, жутко волнуюсь! — посмеивается Руслан. — И было бы чудесно, если бы Алиса стала моей парой. Хотя бы ненадолго.

Смущенно улыбаюсь и под напряженным вниманием Басаргина согласно киваю. Воздух трещит, накаляется. Волоски на коже встают дыбом.

Хочется стукнуть Медведя чем-то тяжелым, а лучше доказать, что я умею себя вести и общаться с другими серьезными мужчинами. Флиртовать, принимать знаки внимания. Тем более Руслан и правда мне понравился. Он выглядит… безопасным. И будто бы неспособным наговорить девушке грязные слова, которые позволил себе Медведь на базе отдыха.

Глава 24

Мы вчетвером едем в автомобиле Медведя. За окнами мелькает ночной город, в салоне играет музыка.

Миша с Русланом сидит впереди, а мы с Катей сзади. Разговариваем, обсуждаем концерт и пьем шампанское. Колючие пузырьки щекочут горло, настроение повышается. Внимание Руслана очень льстит хотя бы потому, что теперь я не ощущаю себя третьей лишней. Мужчина постоянно оборачивается к нам и подкидывает шутки. Не всегда понятные, но мы с Катей взрываемся громким хохотом.

Тесно прижавшись к сестре, я понимаю просьбу мамы. Она хотела, чтобы мы стали ближе и как можно чаще общались. Пусть мы не на сто процентов родные, но выросли и воспитались в одной семье. Сплоченной, дружной. Ближе Кати у меня только родители и дедушка.

— Алиса, ваше выступление было выше всяких похвал! — произносит Руслан. — В самое сердце! С первой секунды!

— Большое спасибо, — смущенно отвечаю.

— Это вам спасибо за удовольствие! Весь концерт был дико скучным — мы с Михой едва не зевали, но стоило вам выйти на сцену, как все мужчины в зале заметно оживились.

Бросаю взгляд в зеркало заднего вида, ощущая, как частит сердечный ритм. Медведь не слушает наш разговор, а быть может, просто делает вид. Напряженный, собранный. Смотрит на дорогу и не проявляет ни единой эмоции.

— А ты тоже оживился?

Вспоминаю, как Ляля обмолвилась, будто я была похожа на актрису из порнофильма. Сразу же краснею. Когда я втискивалась в костюм — внешний вид волновал меня меньше всего на свете. Хотелось выступить и не дать прорваться Молодецкой в первый ряд. И пусть юбка была коротковата, а топ едва прикрывал грудь… Плевать.

— Алиса с детства очень артистична, Руслан, — присоединяется к разговору Катя. — Энергия бьет через край. Порой идет не в то русло — важно направлять и подсказывать.

Руслан кивает, внимательно слушает.

— Поэтому ещё в саду мы стали водить Алису на танцы.

— Замечательное решение, — соглашается мой новый знакомый.

Через полчаса я попадаю в шикарный ресторан на набережной, где накрыты фуршетные столы для более чем сотни гостей. Не простых гостей. Среди них кто только ни есть! Многих я видела по местному телевидению. Важные, серьезные. Настраиваться на то, что в ресторане будут проходить забавные конкурсы и пляски до упаду, вероятнее всего, не стоит.

— Это наш губернатор, — шепчет Катя, когда низкий коренастый мужчина подходит к нам с бокалом виски.

Кажется, он уже прилично поддат. Во всяком случае плохо совладает с собой и разговаривает заплетающимся языком.

— Для нас очень важно расположить его, — продолжает сестра. — Поэтому не болтай много лишнего. Миша меня убьет.

— Хорошо. Без проблем. Я могила.

Потягиваю бокал шампанского, рассматриваю присутствующих гостей. Дух захватывает от мысли, в каком обществе я вдруг оказалась. Обычная девчонка-танцовщица, которая едва не попала в тюрьму, теперь попивает дорогой алкоголь в компании мэрии, судей, прокуроров, губернатора и многих-многих других. Президента, случайно, здесь нет? Коля был бы в ужасе и ни за что не стал бы со мной после этого общаться. Впрочем, мы и так прервали любые связи.

Губернатор делает глоток виски и на повышенных тонах общается с Катей. Сестра у меня очень умна и эрудирована, но она теряется и бледнеет. Инициативу сразу же перехватывает Медведь, будто ограждая невесту от грубияна.

Басаргин ведет себя куда спокойнее и терпеливее, чем оппонент. Поясняет, почему средний возраст чиновников значительно снизился.

— Важной ценностью нашего поколения является профессионализм, Михал Андреевич! — возмущается губернатор. — Что могут дать люди твоего возраста?

— Молодёжь полна энтузиазма и энергии. Что в плюс, Николай Иванович. В большинстве своём в креслах нашего города сидят старые маразматики, которые нихера не предпринимают. Они полностью коррумпированы и едут по накатанной.

— Молодёжь вооружена идеей, Миша, что мир нужно менять, — отвечает губернатор. — А ты же прекрасно знаешь, что я за стабильность.

— Для этого нужны сбалансированные команды, которые состоят из разных поколений. Не только пенсионного возраста.

Спор продолжается. Щёки Николая Ивановича то и дело раздуваются. Катя говорила, что губернатору нужно угодить, но я не вижу, чтобы Медведь шёл ему на уступки. Хотя бы каплю!

Я с интересом слушаю, пытаясь вникнуть. Идея Басаргина кажется мне безумно близкой. Хочется высказаться из своего небольшого личного опыта, но Катя строго-настрого приказала мне не встревать в разговоры.

— Алис, потанцуем? — предлагает Руслан во время разгара дискуссии.

— Да, пойдем.

Катя забирает у меня бокал с шампанским и довольно улыбается.

Выхожу на танцпол, опускаю руки на плечи Руслана. Мне сложно начинать с ним разговор, но, к счастью, мужчина не даёт заскучать и развлекает меня как может. Я заливисто смеюсь почти весь совместный танец. Спустя несколько минут совершенно забываю о том, что мы едва знакомы.

Когда Катя наладила контакт с отцом, то строго отделила две семьи: семью по отцу и по матери. Если у сестры намечались именины, то один день она праздновала с нами, второй день с отцом и третий — посвящала друзьям или любимому мужчине. И никогда эти оси не пересекались.

После танца мы возвращаемся в нашу тесную компанию. Катя приносит интересные канапе на тарелке. Пробовали ли вы авокадо с креветкой на одной шпажке? Или с клубникой и сыром с плесенью? Лично я впервые!

Губернатор с трудом стоит на ногах, но тем не менее вливает в себя бокал за бокалом. Он меня не на шутку пугает.

— Я отойду в дамскую комнату, — шепчет на ухо Катя.

— Хорошо.

— Ты могила, — строго напоминает.

— Да, конечно!

Делаю глоток шампанского, голова кружится. Тело лёгкое, воздушное. Музыка в зале играет просто чудесная — сладкой эйфорией распространяется по организму.

— Мне интересно общаться, Михал Андреевич, но тебя не переспорить! — возмущается губернатор. — Тем более я в стельку пьян.

Он тянется к телефону, который звонит где-то в кармане пиджака. Достает его, пытается сфокусировать взгляд и принять вызов, но мобильный падает на пол прямо мне под ноги.

Наклонившись, поднимаю его и протягиваю Николаю Ивановичу. Тот смотрит на меня так, будто впервые заметил, что я вообще существую.

— А я тебя видел! — тычет в меня толстым пальцем. — Танцевала на концерте, да?

Молча киваю, вспоминая наставления сестры. Молчать, иначе Миша разозлится. Губернатор осматривает мои руки, слегка прищуривается.

— Кто тебя ранил, дитя моё? — интересуется строго.

Все присутствующие мужчины тоже обращают внимание на полосы, которые присутствуют на моих руках.

— Подралась, — отвечаю правдиво.

— Какая прелесть, — потешается Николай Иванович. — Расскажи, как так вышло, а то я утомился слушать Басаргина.

Я ощущаю прикованные к себе взгляды, от которых становится не по себе. Чёрт. Катя сказала, что важно понравиться Николаю Ивановичу, а тут я. Со своей нелепой историей. Возможно, стоило бы её приукрасить, но фантазия почему-то испаряется напрочь.

Когда я волнуюсь — то много болтаю. Когда начинаю болтать — то меня уже не остановить.

В красках рассказываю о том, как соперница испортила мой костюм. Как мы дрались и даже кусались. Как нас разнимал тренер и остальные участницы коллектива.

Удивительно, но меня никто не перебивает. Губернатор лишь просит Руслана принести ему ещё порцию виски.

— Очаровательная девочка. Чья она, Басаргин? — интересуется будто бы между прочим губернатор и смотрит на меня в упор: — Давай-ка мы с тобой потанцуем, о, ангел?

Его предложение звучит не совсем как вопрос. Я застываю на месте, делаю глубокий вдох. Танцевать с пьяным в стельку мужчиной мне совершенно не хочется. Появляется стойкое непринятие ситуации. Хочется раствориться.

— Моя она, — невозмутимо отвечает Медведь. — Прости, Николай Иванович, потанцует, но в другой раз. Я раньше занял очередь.

Шутливо закатываю глаза, когда он делает шаг навстречу. Позволяю вывести себя на танцпол.