Ольга Дмитриева – Светлое наказание темного куратора (страница 17)

— Пропустила и потратила кучу магии, — пожаловалась я. И с надеждой добавила: — Может, у тебя найдется хотя бы бутерброд?

Астрид окинула меня скептическим взглядом и протянула:

— Лайя… Что-то я раньше тебя здесь не видела. И кто же твой куратор?

Репутация Дана была такой, что хвастаться ей не стоило. Но, поколебавшись, я все же сказала правду:

— Дангатар Ихлас.

Девочка изумленно округлила глаза.

— Так ты и есть та самая полукровка, новая ученица Непревзойденного?

Теперь в ее голосе звучал восторг.

— Ну да. А что? — Тут я вспомнила про ее белые волосы и заинтересованно спросила: — Ты тоже полукровка? Твой отец из стражей Севера и не признал тебя?

Астрид усмехнулась.

— Ну как сказать… Он признал, я ношу его фамилию, Ольсон. Только академия мне все равно не светит, магии стражей во мне хватает только на это.

Она снова махнула сковородкой в сторону широкого стола, и я, наконец, увидела источник стука. Пара ножей бодро кромсали овощи и мясо, подгоняемые легким белым ореолом силы.

— Так что я решила с матерью остаться, — продолжила девочка. — Готовить я люблю, да и погода на Юге поприятнее.

С этими словами она направилась к плите и поманила меня за собой.

Огромная сковорода заняла свое место на огне, а ножи перестали стучать. Астрид отправила нарезанное мясо и овощи в сковородку, а затем передо мной оказалась тарелка с аппетитной стопкой тонких блинчиков.

— Больше пока ничего нет, жаркому еще долго томиться на огне, — извиняющимся тоном сообщила девушка.

К блинчикам полагался мед и кружка чая, так что мне оставалось только благодарить ее. Таран в это время порхала по кухне.

— Какая у тебя красивая наджи, — восхитилась Астрид. После этого она заметила окровавленный платок на моей руке и нахмурилась: — Это что?

— Да так, — отмахнулась я. — Хотела разбить бокал магией, но не успела вовремя разжать руку.

Я не стала упоминать, что во всем виноват мой горе-папаша, и кем он является.

Девушка махнула рукой над кастрюлями, чтобы овощи и мясо начали сами перемешиваться. После этого она достала из какого-то шкафчика небольшую аптечку и споро обработала и нормально перевязала царапину. Мазь приятно холодила кожу.

— Спасибо, — пробормотала я, отправляя в рот блинчик другой рукой.

Астрид лишь благосклонно кивнула и добавила в кипящий суп какую-то приправу. Я оглядела кастрюли и сковородки на плите, а затем спросила:

— А почему ты все это готовишь ночью?

Девушка легкомысленно произнесла:

— Господин Палван зашел и попросил что-нибудь быстрое и посытнее… а потом я немножко увлеклась. Ну ничего, у нас есть холодный шкаф с магией, да и караульные на воротах завтракают рано.

Я еще раз пересчитала кастрюли и покачала головой. Ничего себе “увлеклась”! Потом я задумалась о том, куда отправились Палван и Дан. Сейчас они отражают нападение демонов, и куратор там совсем один. Палван наверняка работал в паре еще с кем-нибудь, кроме своей ученицы. А вот мой куратор тем же похвастаться не мог. От волнения аппетит пропал, и я решительно отодвинула от себя тарелку с блинами.

После этого я поблагодарила Астрид и отправилась к себе в комнату, пряча в карман окроваленный платок Дана. Когда мы вышли из кухни, Таран пропищала:

— Она хорошая, правда? И я ей понравилась!

— Хорошая, — согласилась я. — Даже жаль, что у нее слишком мало магии для поступления в академию. Впрочем, с такой внешностью она может найти себе хорошего мужа. Будем надеяться, что у Астрид все сложится хорошо, когда она вырастет… А нас больше не будут гонять с кухни сковородкой.

После блинов и теплого чая, несмотря на тревогу за куратора, я смогла заснуть.

Проснувшись утром, я обнаружила, что Дан так и не пришел ночевать. Комната от этого казалась непривычно пустой. Удивительно, еще прошлой ночью присутствие куратора меня совсем не радовало. А теперья многоге была готова отдать, чтобы он был рядом.

Я села на постели и задумалась. Мне ничего не снилось. Интересно, это значит, что Дан не спал всю ночь, или второй поцелуй отменил этот общий сон? Метка больше не напоминала о себе. Хотя вчера в душевой я украдкой разглядела ее и подумала, что линии стали немного четче.

От куратора не было никаких вестей, и я спускалась на завтрак в отвратительном настроении. Еда казалась совершенно безвкусной. Мысли прыгали от запретного поцелуя к темным делишкам Пятого и Арджуманда, взгляд рассеянно блуждал по столовой.

Сайлав и Юлиан переговаривались с таким видом, будто замыслили очередную бредовую выходку. Низора сидела за одним столом с Ялиной. Только сегодня моя сестричка выглядела невероятно довольной и, наоборот, утешала свою старшую подругу. А Низора была чем-то явно расстроена. Лиса, которая вчера гоняла Таран, вылизывала перья птицы — наджи Низоры.

Наверное, после моего ухода пятый обратил внимание на законную дочь и примирился с ней. Возможно, эта холодность тоже показная… Мерет — интриган, каких поискать.

После завтрака я вышла из общежития во двор и тут же выдохнула с облегчением. По белым плитам в мою сторону быстро шагал Дан. Я не сразу заметила, что куратор в бешенстве. Еще неожиданнее оказалось то, что смотрел он при этом только на меня. А вокруг него по белым плитам стелились ленты темной магии.

Я попятилась и уперлась спиной в одну из белых колонн. Куратор навис надо мной, окружая своей невероятно притягательной теплой силой. Затем он яростно процедил, глядя мне в глаза:

— С ума сошла? Зачем ты это сделала?!

— Сделала что? — непонимающе переспросила я. — О чем вы говорите?

Несколько мгновений Дан смотрел на меня, и чувства на его лице сменяли друг друга. Бессильная ярость и какое-то… отчаяние?

— Значит, не понимаешь… — прорычал он.

После этого куратор схватил меня за руку и потащил к дверям, ведущим в зал с витражным куполом.

Я чувствовала недоумение. И оно только усилилось, когда мы оказались под сводом, сложенными из разноцветного стекла. Дан развернул меня к стене, и теперь мы стояли перед белой доской, на которой были выведены имена участников турнира. Тут до меня, наконец дошло, почему он так зол.

Тонкими пляшущими буквами в конце списка было начертано: “Лайя Шен”. Рядом красовался слабый красноватый оттиск. Но я этого не делала!

Глава 9/2

Свистящим шепотом я повторила вслух:

— Я этого не делала… Это не мой почерк.

— Но кровь твоя, и магия тоже, — возразил куратор. — Для того, чтобы внести себя в список, имя, кровь и магия должны соответствовать друг другу.

Несколько мгновений я молча разглядывала тонкие кривые линии, а затем произнесла только одно слово:

— Ялина.

Дан продолжал бушевать.

— У Ялины магия развита не по годам, и она тренируется с начала учебного года, — резко произнес он. — Чем ты думала, когда решила состязаться с ней? Ты ввязалась в смертельно опасную игру…

Я повернулась к своему учителю и возразила:

— Ничего подобного! Я не собиралась в это ввязываться. Мне нет дела до Ялины Мерет! Но вчера на балу я расколола магией стакан с напитком, который мне дал Пятый. — Тут я выразительно подняла забинтованную ладонь. — На осколках осталась моя кровь. И мне показалось, будто позже Ялина подняла что-то с пола.

Теперь куратор задумчиво смотрел на доску.

— Линии тонкие… — протянул он. — На стекле остались и твоя кровь, и твоя магия. Думаешь, она вывела имя осколком бокала?

Я только развела руками.

— Другого объяснения у меня нет.

Теперь внутри тоже закипало бешенство. Так вот почему сегодня за завтраком эта девчонка выглядела такой довольной! Она втянула меня в опасное испытание. Решила показать отцу, что она сильнее. И вот о чем говорила ее наджи в саду. Вот о чем я "еще пожалею"…

Я заглянула в глаза куратору и нашла там отражение своей злости. Дан развернулся и бросил:

— Возвращайся в общежитие. Я попытаюсь поговорить с ректором Жолоном. Но дочь Пятого Привратника — не та, кого можно обвинить в подлоге. Чтобы доказать это, нужно нечто большее, чем твои слова.

С этими словами он направился прочь по одному из боковых коридоров. А я осталась стоять перед доской, разглядывая свое имя и пытаясь смириться с произошедшим.

Внезапно тишину зала прорезали знакомые голоса. Первый принадлежал Сайлаву.

— …что я чего-то стою! — пафосно заявил парень.