Ольга Дмитриева – На практике у врага (страница 35)

Нужно следить за языком. Этот гад слишком догадлив. И он мой кровный враг, а значит, мои тайны — шанс для него избавиться от навязанной ученицы. Правда, пока что он не пользовался этим. Трижды защитил от Лукиана. Скорее, из вредности, конечно…

Мои размышления были прерваны возвращением кровника. Он холодно сказал:

— Спускайся, Маргарет положит тебе завтрак. А затем…

Он резко замолчал. Взгляд Ару стал отсутствующим и каким-то жутким. Затем он повернулся к окну и прижал руку к груди. Его пальцы начали дымиться. Я в ужасе смотрела на учителя, пытаясь понять, что происходит.

Глава 19. Мой враг

— Уйди, — глухо проговорил Ару. — Кухня справа от входа…

Вот мы и поменялись ролями… Несколько минут назад я выгоняла его, теперь он меня. Но я помедлила и осторожно предложила:

— Я могу помочь.

— Не можешь, — процедил он. — Уйди.

Не знаю, что заставило меня остаться. Возможно, боль, которой в его голосе было больше, чем злости. Или, то, что он помогал мне до этого. Но я тут же вспомнила бой в имении Уошбернов и вскинула руку. Голубое сияние послушно оплело мои пальцы. Я сосредоточилась и постаралась сделать свою магию холодной — настолько холодной, насколько могла. А затем молча прижала свою ладонь к его груди, просунув ее под его руку.

Это оказалось неожиданно горячо. Влаги и крови я не чувствовала, только жар на грани терпимого. Холодная оболочка оберегала мою ладонь от ожога, я продолжала собирать свою магию, стремясь поддерживать холод. Вместо дыма теперь шел пар. Во взгляде учителя промелькнуло изумление, которое почти тут же сменилось облегчением. Я была готова к тому, что меня оттолкнут, но спустя пару мгновений Ару отвел взгляд и прижал мою руку к груди еще сильнее. Его ладонь была почти такой же горячей, как и рана.

Что же это была за тварь? Кто мог так его ранить, что ничего не помогает? Я не сомневалась, что у него был доступ к самым лучшим лекарствам… Интересно, а глава рода знает о проблемах своего сына? Или от него Ару тоже скрывает странную рану?

Жар под моей ладонью медленно утихал. Учитель покосился на окно и процедил:

— Нужно быстрее завтракать. Меня ждет работа.

Я осторожно потянула свою руку, и Ару разжал пальцы, позволяя мне убрать ее. Стоило мне отступить на шаг, как его рубашку начала стремительно пропитываться кровью. Он стиснул зубы и процедил:

— Спускайся. Я сейчас приду.

С этими словами он, пошатываясь, побрел в спальню. Я подавила беспокойство и вышла за дверь. Замок, оплавленный Ару-старшим, уже был восстановлен. Я прошла по темному коридору и спустилась на первый этаж. Улыбчивая хозяйка, которую я уже видела вчера, суетилась на просторной кухне. Я пробормотала приветствие. Она махнула рукой, приглашая меня сесть за стол. Там меня уже ждала тарелка с кашей, яичница, свежий хлеб и булочки, кружка горячего чая. Пока я поспешно закидывала в себя еду, Ару вошел на кухню и сел рядом со мной.

Хозяйка тут же поставила перед ним тарелку, и он спокойно поблагодарил. Я услышала, как хлопнула входная дверь, и на кухне появился Руперт. Блондин выглядел довольным и веселым. Он сбросил пальто и поприветствовал хозяйку. А затем упал на стул напротив нас.

— Ну что, как прошла ночь? — спросил он, подмигивая своему товарищу.

— У тебя диван жесткий, — сухо ответил Ару.

Руперт выразительно посмотрел на меня и сказал:

— Это потому что ты зануда, Рой. Вот Ариенай на твой диван, наверное, жаловаться не будет…

— Потому что у меня диван нормальный, — фыркнул мой учитель.

— Потому что она добрая, — парировал блондин.

— Потому что в общежитии койки жестче, — спустила его с небес на землю я.

Ару бросил на меня такой взгляд, что я замолчала и уткнулась в тарелку. Пару минут тишину нарушал только стук вилок и шелест платья хозяйки, которая продолжала суетиться у плиты. Я потянулась за чаем и заметила, что Руперт смотрит то на меня, то на учителя покровительственным взглядом.

— Бестолочи вы мои, — выразительно вздохнул он. — И что с вами делать?

— Ру. Прекрати, — процедил Ару.

Тот примирительно поднял руки и пошел на попятный:

— Ладно, ладно. Какие планы на сегодня? Отправишь ее учить от корки до корки очередную книгу?

— Нет, — мотнул головой учитель, отставляя тарелку в сторону. — Адские врата в южной части города. Я должен подстраховать Хако.

С этими словами он поднялся. Уже у выхода он добавил:

— Ариенай. Ты идешь со мной.

Наверное, можно было возразить, но я почувствовала облегчение. Меньше всего мне сейчас хотелось возвращаться в общежитие, где меня ждали слухи, объяснения с Валисием и… Кай. Кай, который помогал. Но при этом тщательно скрывал свое происхождение.

Я поднялась в комнату вслед за Ару. На этот раз оружие мне не выдали.

— Слабые врата, — пояснил он.

— Тогда зачем мы идем туда? — спросила я. — Разве сегодня ваше дежурство?

— Там сегодня кто-то из Олсоппов и Хако. Им может понадобиться помощь, — коротко пояснил он.

Мы вышли на улицу, и отправились на юг. Ару спешил, мне приходилось едва не бежать следом. Наконец, мы попали в незнакомый мне район, и он замедлил шаг. Я догнала учителя и осторожно спросила:

— Откуда вы узнали, что открылись адские врата?

Какое-то время он продолжал молча шагать вперед. Я уже думала, что не дождусь ответа, когда Ару коротко бросил:

— Почувствовал.

Я никогда не слышала, чтобы люди могли чувствовать адские врата, поэтому с интересом продолжила:

— Все огненные это могут?

Ару скользнул взглядом по моему лицу и ответил:

— Нет.

— Только бессмертные?

— Нет.

— Только Ару?

Он резко остановился и заглянул мне в глаза:

— Только я. Кажется, мы об этом уже говорили. Не болтай…

— … А то вылечу из Эйехона, — закончила я вместо него. — Знаю, знаю. Буду молчать.

Меня снова жгло любопытство и я обещала себе, что разгадаю тайны этого человека. Но пока мне оставалось только шагать с ним рядом. Я оглянулась и снова заметила в подворотне знакомую шляпу и седые волосы.

Ару поймал мое запястье и раздраженно прошептал в ухо:

— Прекрати оглядываться. Тебе он ничего не сделает.

— А вам? — вырвалось у меня.

— Мне тоже пока ничего, — ответил он.

После этого учитель выпустил мою руку и ускорил шаг. Я поспешно догнала его. Квартал вокруг нас стал беднее, и я тихо спросила:

— Вы сказали, что должны подстраховать Хако… Это фамилия Кая?

Ару покосился на меня и ответил:

— Его мать — внебрачная дочь Луиса Хако. Хоакин, который дежурит сегодня — его средний сын и родственник твоего… друга.

Последнее слово он произнес с тем же отвращением, с которым говорил о воде. Дважды незаконнорожденный… Чудо, что у него есть хотя бы половина ядра. Я тяжело вздохнула. С Каем придется объясняться. И я совершенно не знала, что ему говорить и что теперь делать. Друг он или враг? А Ханс?

Последний вопрос я решила повторить вслух:

— А Ханс?

— Что Ханс? — не понял Ару.