Ольга Дмитриева – На практике у врага (страница 16)

С этими словами я собрала магию вокруг ладони и постаралась придать ей самую низкую температуру, на которую была способна. А затем протянула руку учителю, приглашая оценить результаты своих трудов:

— Вот так пойдет?

Но кровник внезапно схватил меня за руку и прижал мою ладонь к своей груди. Именно туда, где на рубашке проступила кровь. Во все стороны брызнули облачка пара. Лицо Ару на мгновение исказилось от боли, но потом снова превратилось в маску равнодушия. Я удивленно замерла, но вырваться не попыталась. Под моими пальцами бешено колотилось его сердце.

Ару поймал мой взгляд и процедил:

— Не вздумай…

— …никому рассказывать об этой ране, — перебила я. — Помню. Но что это был за демон, и как он здесь оказался?

Ответа я не ждала, но он начал рассказывать:

— Тритт. Один из демонов, которые могут вырваться из врат пятого уровня и выше. Поверить не могу, бабка была права. Здесь есть Адские врата, и довольно сильные.

Я удивленно обвела взглядом сад и спросила:

— Но… где? Разве мы не должны чувствовать их от ворот дома?

— Должны, — признал Ару. — И это странно. Но завтра я обследую все имение с помощью большого огненного купола. И обязательно найду их.

— Но почему те, кто был здесь до нас, ничего не нашли?

Он отпустил мою руку и криво усмехнулся:

— Потому что здесь не было тебя. Тритт не стал бы нападать на сильных огненных. А тебя посчитал слабой. И решил поживиться душой водницы. Какая ирония! Если бы Герберт не пожаловался ректору, меня бы не отправили сюда. Если бы не цепочка нелепых совпадений, со мной не было бы тебя. И тогда, скорее всего, я бы тоже не ощутил здесь присутствия демонов.

После этого он поднялся на ноги и добавил:

— Нужно возвращаться в дом.

Я продолжала сидеть на земле и глядеть на своего учителя. Силы закончились, хотелось лечь и уснуть на холодной земле. Ругнувшись, Ару схватил меня за шиворот и поставил на ноги. А затем отвернулся и пошёл прочь. Я уже хотела последовать за ним. Но внезапно ощутила затылком чей-то взгляд.

Глава 10. Адские врата

Я резко обернулась, ожидая нового нападения. Но с одного из покрытых тонкой ледяной коркой камней у берега за мной наблюдали двое — мерцающий тритон и речная русалка. Я внимательно оглядела волшебное существо.

Речные русалки были гораздо меньше морских. Их длина вместе с хвостом не превышала роста пятилетнего ребенка. При этом выглядели они, как взрослые девушки — тонкая талия, едва прикрытая повязкой из водорослей пышная грудь, пухлые зеленоватые губы и ярко-желтые глаза. Волосы их по цвету тоже напоминали водоросли.

Не сразу я заметила, что тритон оказался другим. Шкуру этого покрывали странные рыжие шрамы. Как и рыбий хвост его спутницы. Что это с ними? откуда такие раны? Я невольно развернулась и шагнула назад. Но меня негромко окликнул учитель:

— Ариенай.

Он снова назвал меня по имени, и я удивленно обернулась. Ару стоял в двух шагах от меня. Кровавое пятно на его груди притягивало взгляд, но увеличиваться перестало. Похоже, водная магия помогла. Над его головой горел магический светлячок. В темных глазах не было и намека на чувства, и голос тоже был бесстрастным.

— Ты пришла сюда из-за озера?

Я неохотно ответила:

— Да. Его обитатели прислали мне приглашение. Да и я так давно не погружалась в воду…

Объяснения выглядели довольно жалко, но других у меня не было. Кровник бросил взгляд на озеро и с отвращением спросил:

— Ты пришла сюда купаться?

Сказано это было так, будто я собиралась нырнуть в грязь.

— Ну… да, — призналась я.

— Завтра искупаешься, — приказал он. — Идем.

Я бросила прощальный взгляд на магических существ и догнала учителя. Меня слегка пошатывало — я вложила много сил в заклинание. Ару шел медленно — то ли подстраивался под мои шаги, то ли и сам устал. После такого-то боя!

Я еще раз оглянулась и решилась спросить:

— Зачем здесь это озеро, если огненные не любят купаться?

— Трофей, — коротко ответил учитель.

Я непонимающе посмотрела на него. Кровник терпеливо пояснил:

— Когда-то здесь жили водные маги. Предки Уошбернов истребили их. В той вражде погибли многие, и в назидание потомкам они оставили озеро. Чтобы остальные магические роды знали, что бывает с теми, кто переходит дорогу Уошбернам.

Я вспомнила рыжие рубцы на хвосте русалки. Похоже, это следствие какой-то разрушающей магии. Наверное, речные обитатели еще помнят своих хозяев. И много лет не видели ни одного водного мага. А я… иду в дом, так и не искупавшись.

Я не удержалась от вздоха сожаления. Ару словно прочел мои мысли и жестко повторил:

— Завтра. Мне как раз будет мешать твоя магия. Искупаешься, пока работает купол.

Я покачала головой:

— Это слишком жестоко по отношению к водным обитателям.

— Как есть.

Дальше мы шли молча. Тропинка скоро вывела к окнам наших комнат. Похоже, не только я выбрала этот путь.

Я удивленно спросила учителя:

— А вам что помешало выйти через дверь?

Он недовольно ответил:

— Одна безголовая студентка, которая среди ночи решила прогуляться.

— Я тихо вылезала, неправда, — тут же возмутилась я.

Ару презрительно фыркнул и взмахнул рукой. Только тогда я увидела едва заметную огненную нить, натянутую вдоль подоконника.

— А вот не надо было на мою комнату следилки вешать, спали бы дальше, — буркнула я.

— А с утра любовался угольками, которые от тебя остались? — ядовито спросил Ару. — Думаю, твои обгоревшие кости Лиора Шендана бы порадовали.

— Не порадовали бы. Я ему целой нужна, пусть и мертвой, — окрысилась я.

Говорить этого не стоило — в глазах моего кровника появился какой-то нездоровый интерес. И он беззлобно сказал:

— Залезай обратно, Суру. Пока не приманила еще какую-нибудь тварь. На троттов я не рассчитывал, и артефакты остались в комнате.

Я снова создала водную сеть и вскарабкалась по ней в окно, процедив прощание и пожелание спокойной ночи. Ответом меня не удостоили. В комнате я поспешно закрыла окно, разделась и легла в постель.

И снова задумалась о ране учителя. Я подозревала, что сейчас кровник снова валяется в кровати с белым, как полотно, лицом. Надеюсь, он взял лекарства, которые приносил Руперт. Но все же, почему эта рана не заживает? И зачем он скрывает ее? С этими мыслями я уснула.

Завтрак в обществе вдовы Уошберн проходил донельзя чопорно. Пришлось вспомнить назначение всех разложенных передо мной вилок. Я медленно жевала, краем уха слушая светскую беседу учителя и старухи. Его как будто подменили — ни одного грубого слова, ни капли раздражения. Вежливость, вежливость и еще раз вежливость. Оставалось только удивляться. И пробовать местные деликатесы.

Наконец, разговор перешел на тему работы. Ару степенно сообщил:

— Вместе с моей ученицей я дополнительно обследовал ваш сад ночью…

Ага, теперь это так называется. “Дополнительное обследование”, а не ночная прогулка безголовой девушки, которой требовался присмотр.

— … и обезвредили тротта.

Старуха схватилась за сердце, но торжествующе заявила:

— Вот! Вот! Говорила же я — Адские врата!

Ару кивнул и продолжил: