Ольга Дерябина – Одноклассники, или Проклятый дом (страница 1)

Ольга Дерябина

Одноклассники. или Проклятый дом

Кира терпеть не могла опаздывать. Её мама всегда говорила, что опаздывают только несобранные, безответственные люди, которые не ценят время других и демонстрируют невоспитанность и неуважение. Это настолько въелось в подкорку, что Кира не опаздывала никогда, даже на вечеринки. Из-за этого ещё в школе за ней закрепилось прозвище – Пунктик, от слова «пунктуальность».

Сейчас она торопилась на встречу со школьными друзьями, опаздывала и чувствовала себя неуютно. Они выпустились пять лет назад, и решили собраться в первый юбилей, что называется, себя показать, на других посмотреть. Ну и похвастаться, конечно, кто чего успел достичь за первую пятилетку «взрослой жизни».

На продолжительные выходные по случаю Дня России сняли коттедж с баней и бассейном на живописном берегу озера. А за несколько дней до этого, то есть сегодня, в прекрасный пятничный вечер, решили устроить препати – репетицию перед главным весельем. Дениске Терёхину (самому крупному пацану в классе, который, пользуясь своей комплекцией, безнаказанно колошматил остальных) родители как раз подарили однушку по случаю выпуска из универа и начала взрослой самостоятельной жизни. Так что он собрался отпраздновать новоселье и наглядно продемонстрировать главный пунктик за первую пятилетку.

Кира жутко волновалась, однако не из-за того, как её встретят бывшие одноклассники, и какую порцию угаров они приготовят. Должен приехать он – Влад, Вэвэшник, Владлен Воронцов.

Она вспомнила его образ: слегка кучерявые светлые волосы, внимательные серые глаза и скулы, как у красавчика Брэда Питта. Широкие плечи, стройное тело, натренированные пробежками ноги. Он всегда был учтив, вежлив, спокоен. При этом чувствовалась какая-то внутренняя сила, которая притягивала, как магнит. Пацаны, которые любили подурачиться, его особо не задирали, и вообще относились с уважением, словно он находится на ступеньку выше.

Кира и Влад часто общались – об уроках, поступлении, будущем – да много о чём. Она была тайно влюблена и надеялась на большее. Но когда делала попытки, он как-то ловко, не обижая её, возвращал общение исключительно в дружеское русло.

После выпускного Кира хотела ему признаться, но потом… В общем, потом было не до этого. Он сразу уехал поступать в Москву, даже не рассматривая местные вузы. Говорили, что поступил, на высшее, на бюджет, закончил чуть ли не с красным дипломом. И сейчас, спустя пять лет, она видела свой шанс. Возможно, он не начинал роман тогда, чтобы не было тоскливо, больно и обременительно на расстоянии. Но сейчас она тоже была с дипломом и готова сорваться в любой момент.

Кира не знала, что это было на самом деле: ностальгия по девичьей влюблённости, незакрытый гештальт или та самая настоящая любовь на всю оставшуюся. В любом случае этой встречи она ждала как никогда.

Собраться в июне одноклассники предложили ещё на майских, создали общий чат. И, когда в него добавился Влад, всё поняла. Оставшиеся недели Кира усердно готовилась для эффекта «вау»: диета, спортзал, спа, прямое до плеч каре (теперь – русо-пепельного оттенка), реснички завитушками, маникюр из серии «все оттенки серого и блёсток».

Влад наверняка уже прилетел и ходил по тем же самым тропинкам. От этой мысли внутри затрепетало от предвкушения, а по коже пробежали приятные мурашки.

Для встречи надо поторопиться, а она только на пороге местного ТРЦ – «тэцэшки», где со школы пропадали в боулинге, кино, магазинах. До домов было два пути: в обход по щебёночной дороге, которую собирались сделать большой магистралью, или через остатки частного сектора. Территорию с деревянными домишками власти определили под комплексное развитие. Основная часть заборов и бревенчатых строений уже пропала, образовав мрачный пустырь. Однако несколько строений оставались на месте, зияя пустыми окнами, оскалами стен, провалами в крышах. Несколько домов вдалеке оставались заселёнными, пока хозяева пытались выбить побольше денег с администрации или застройщика.

На месте был и тот самый, проклятый дом. За десяток лет остатки крепких стен с уродливыми проёмами для окон заросли ивой. Пол провалился в подвал, как в преисподнюю. В центре этого котлована из старых досок и мусора после выпускного обнаружили зверски убитую учительницу, которая преподавала математику в старших классах. На том же самом месте, где раньше обнаруживали другие тела. Криминальная история тянулась и дальше. Видимо, власти боялись нарушить имущество опасного человека, и нехороший дом оставался как есть.

Протоптанная жителями через пустырь тропинка вела как раз мимо его зарослей. Кира посмотрела на часы: оставалось пять минут до встречи. Идти в обход – не меньше десяти, по прямой – три-пять. Подумаешь – пара минут страха, зато она будет вовремя.

Кира оглянулась, надеясь на приличную компанию из таких же задумавшихся, но, как назло, никого не было. И зашагала быстрым шагом по тропке на развороченной земле, брошенными булыжниками, деревянным доскам в местах, где в межсезонье появлялись лужи.

Прямо перед ивняком стояло самодельное пугало. Одна доска крепко вбита в землю, вторая – на высоте, поперёк. На макушке оторванная голова розового плюшевого кролика. Под платком в цветочек, завязанного на бабушкин манер, торчала старая цигейковая шапка с вычурной кокардой. Грязный ватник с заплатами в красный горошек натянут на поперечную доску рукавами. Цветные разномастные пуговицы застёгнуты. Под ватником привязана длинная женская юбка жёлтого цвета, которая на ветру парусила и издавала «воющие», как привидение, звуки.

Каждый раз Кира вздрагивала, видя это чудовище, и в этот раз чуть не выронила пакет с вином, виноградом и тортом.

«Придумал же кто-то такое», – ворчливо пробубнила она, чтобы угомонить страх, и шагнула в заросли.

Смотреть в сторону проклятого дома совсем не хотелось даже среди бела дня. Но вдруг там кто-то кроется? Кира нервно повернула голову, хаотично осматривая периметр. Посторонних не было видно, однако взгляд зацепился за что-то инородное – ярко-розовое пятно. У девушки буквально сердце ушло в пятки. Она снова огляделась, надеясь на прохожих, но поблизости никого не было. На негнущихся подошла ближе к одному из развороченных проёмов, наступив на что-то твёрдое. Глянула под ноги: на обломках лежала красный браслет-фенечка с камушками, явно новый. Подумать о том, как он здесь оказался, Кира не успела. Взгляд упал туда, внутрь проклятого дома. И тут она завизжала, кажется, на всю округу.

В центре «преисподней» была девушка. Она лежала на спине, голова неестественно повернута, в районе шеи – бурое пятно. Стройные ноги согнуты в коленях и наклонены вправо. Рядом лежали туфли на высоких каблуках, словно она их скинула, прежде чем прилечь на кровать.

Кира присмотрелась и узнала её: бывшая одноклассница Ева, которая также собиралась быть на препати.

Ева Комиссарова любила мужское внимание и одевалась по принципу «сегодня у меня будет секс». Короткое ярко-розовое платье в обтяжку и кудри на платиновой шевелюре красноречиво говорили о её планах. Она думала о ярком вечере, а судьба приготовила ей смерть.

Осознав всё это, Кира завизжала ещё сильнее, выронив пакет. Бутылка вина раскололась, ударившись о камень, осколок поцарапал ногу. Рана моментально начала щипать, но она не обращала внимание на это, продолжала стоять как вкопанная.

Чьи-то крепкие руки потянули ей назад. Кира обернулась и вздрогнула от неожиданности. Это был он – Влад. Тот самый одноклассник, несостоявшийся парень, о котором она продолжала грезить все эти годы. Он стал ещё прекраснее, возмужал. Красивые серые глаза теперь более серьёзные, стрижка длиннее, щёки впали, подчеркивая красоту широких скул. Чёрная футболка с маленьким красным логотипом бренда делала акцент на главном – лице.

– Влад? – хрипло выдала она.

– Кира? – он был не менее удивлён.

И тут она потеряла сознание, в последнюю секунду почувствовав, что её, как пушинку, подхватили крепкие руки.

***

Очнулась она на траве недалеко от зарослей у проклятого дома. Голова кружилась, а тело не слушалось.

– О, проснулась красавица, – услышала она где-то над макушкой.

Кира с трудом повернулась в ту сторону и не смогла скрыть удивление.

– Макс?

Максим Ермолаев был еще одним одноклассником. За кудряшки с рыжеватым оттенком его называли Еврейчиком, и прозвище ему явно нравилось.

Парень он неплохой, компанейский, очень добрый и отзывчивый. Только пошел, что называется, по наклонной.

Его отчим сидел, мать, мягко говоря, не блистала в своих родительских обязанностях. В итоге после выпуска из школы Макс попал не в профучилище, а на нары за воровство. хулиганство и что-то ещё до кучи. Срок ему дали немаленький с учётом прежних «подвигов». Если разобраться, то высшее образование за это время можно получить.

– Открывай глазки, красотуля. Давай помогу сесть, – участливо засуетился он. – Ты пока в отключке была, я уже рассмотрел, что пятилетка с тобой сотворила. Какая невеста, какая невеста! Повезёт же кому-то. А может мне? – он подмигнул. – Я нынче свободный во всех смыслах.

Кира смутилась. что её вот так нагло разглядывали. Поправила «жатую» голубую блузку на резинке, задравшуюся выше пупка. Белые шорты до середины бедра были на месте, но скорее всего грязные от травы и земли.