Ольга Дашкова – Семь ночей с незнакомцем. Или месть бывшим (страница 2)

Кто меня увидит? Никто. Я одна. Наконец-то блаженно, восхитительно одна.

Поднимаюсь по лестнице на второй этаж, на ходу расстегивая джинсы. Три двери: две спальни и ванная. Открываю ванную.

И чуть не плачу.

Огромная – размером с детский бассейн, в которую можно лечь вдвоем (стоп, нет, не думать об этом). Панорамное окно с видом на лес – темнеющие ели, снег, звезды. Никаких соседей, никаких свидетелей.

Свечи на полках. Стопка белоснежных полотенец размером с одеяло. Банный халат. И целая коллекция косметики – маски, скрабы, соли для ванн, масла.

Это место – подарок от богов женщинам с разбитыми сердцами.

Включаю воду. Горячую. Почти обжигающую. Добавляю пену из флакона «Лаванда и ваниль». Пока ванна набирается, спускаюсь за вином.

Джинсы летят на перила. Носки – на ступеньку. Футболка – еще выше.

Беру бутылку, штопор, бокал и иду обратно, включив музыку на телефоне. Что-то медленное, задумчивое, без слов. Что-то, что не напомнит мне о Кирилле и о том, какой же я была идиоткой.

В ванной клубится пар. Пена поднялась почти до краев, пышная, ароматная. За окном начинает идти снег – мелкие снежинки кружатся в свете фонарей.

Снимаю белье, собираю волосы в небрежный пучок и медленно погружаюсь в воду.

Ох.

Охохох.

Это…

Это и есть рай.

Горячая вода обволакивает тело, снимая усталость, напряжение и боль. Пена пахнет так, что хочется раствориться в ней. Музыка играет тихо, где-то на периферии сознания.

Открываю вино – пробка вылетает с тихим хлопком – и наполняю бокал. Делаю глоток. Терпкое. Насыщенное. С нотками вишни, специй и чего-то еще, что я не могу определить.

Идеально.

Откидываюсь назад, погружаясь глубже, и закрываю глаза. На полке – маска для лица. Беру какую-то увлажняющую с гиалуроновой кислотой, наношу толстым слоем. Пусть лицо тоже отдохнет после трех дней рыданий.

За окном все сильнее валит снег. Где-то вдалеке слышны смех, музыка, звон бокалов. Другие люди празднуют, влюбляются, живут.

А я здесь. В ванне. С вином. В полном одиночестве. И знаете что? Это охрененно.

Семь дней. Семь дней только для себя. Без мужчин, без драм, без ожиданий. Делаю еще один глоток вина и улыбаюсь.

Никто не испортит мне эти каникулы. Никто.

***

До Нового года: 7 дней

Глава 2

Есть несколько вещей, которые мужчине не следует делать в тридцать два года.

Например, напиваться три дня подряд так, что утром четвертого дня ты не помнишь, как оказался в аэропорту, почему на тебе спортивный костюм (который ты, кстати, ненавидишь) и откуда в кармане билет на рейс в какие-то горы.

Или вот еще: зайти к лучшему другу без предупреждения. Потому что там может быть твоя девушка. Голая. На его диване. С его… ну, вы поняли.

Три дня назад я собирался сделать предложение. Купил кольцо. Между прочим, за триста тысяч. Платина, бриллиант в карат – все как надо.

Забронировал то самое шале на горном курорте, о котором Алла мечтала последние полгода. «Хрустальный пик», романтика, Новый год, фейерверки, горячий шоколад у камина – весь этот гребаный набор сопливой романтики.

Я даже репетировал речь. Серьезно. Стоял перед зеркалом и репетировал, как идиот. «Алла, ты – любовь всей моей жизни».

Ха.

Ха-ха.

Ха-ха-ха, блядь.

Знаете, что самое смешное? Я действительно в это верил.

Думал, что она – та самая. Что мы вместе построим будущее, заведем детей, купим дом, все по плану. Я тридцать два года ждал, пока найду ту единственную. Отшивал всех, кто предлагал «просто поразвлечься». Потому что я серьезный мужик. Ответственный. Не из тех, кто трахается направо и налево.

А потом приезжаешь к другу – лучшему другу, с которым дружишь уже пятнадцать лет, блядь, – хочешь сделать сюрприз, приносишь пиво и пиццу… и видишь свою девушку. На его диване.

Без одежды. И он тоже без одежды. И они явно не обсуждают погоду.

Знаете, что происходит в такие моменты? Время останавливается. Буквально. Ты стоишь в дверях с пиццей в руках и думаешь: «Может, это сон? Может, мне показалось?»

Но нет. Это не сон. Это чертова реальность. Алла даже не испугалась. Она просто посмотрела на меня и сказала: «Вася, мы можем поговорить?»

Поговорить.

ПОГОВОРИТЬ.

Я чуть не убил их обоих. Серьезно. Я как будто со стороны наблюдал, как хватаю Игоря за глотку и вжимаю его лицо в этот чертов диван. Как орет Алла. Как соседи вызывают полицию, как меня уводят в наручниках и как я сижу за решеткой за покушение.

Но знаете, что я сделал вместо этого? Развернулся и ушел. Бросил пиццу прямо на пол, развернулся и ушел.

А потом купил бутылку виски. Потом еще одну. Потом вообще перестал считать.

Три дня. Три отвратительных дня я пил, пытаясь выбросить из головы образ Аллы на диване у Игоряна. Друзья звонили – я сбрасывал. Алла писала – я блокировал. Родители спрашивали, что случилось, – я врал, что все в порядке.

Все было не в порядке.

Я сидел в своей квартире, пил виски и думал: «На хрен мне этот курорт? На хрен мне эта поездка? Пусть Алла катится с моим другом куда подальше».

Но потом – где-то на третьей бутылке – я подумал: «А знаешь что, Вась? Ты заплатил за это шале кучу денег. Ты взял отпуск. Ты, блядь, заслужил эти каникулы».

И еще я подумал: «Знаешь, что ты сделаешь? Ты поедешь туда. И ты оторвешься. По полной. Познакомишься со всеми девушками на курорте. С КАЖДОЙ. Потрахаешься с кем-нибудь. Или даже с несколькими сразу. Забудешь эту стерву Аллу и этого мудака – бывшего уже лучшего друга».

План был гениальный. Простой. Понятный.

Проблема была только одна: я все еще был пьян, когда собирал сумку.

Поэтому в сумке оказались: три спортивных костюма (которые я ненавижу, но они были единственной чистой одеждой), две бутылки виски (на всякий случай), коробка презервативов (оптимизм, да), зубная щетка и… кольцо. То самое, за триста тысяч.

Зачем я взял кольцо? Хрен его знает. Пьяная логика.

Утром четвертого дня я очнулся на полу в прихожей. Голова раскалывалась. Во рту было сухо, как в Сахаре. Телефон пищал – восемнадцать пропущенных от Аллы, десять от Игоря (этот мудак еще смеет звонить!) и одно СМС от матери: «Сынок, у тебя же сегодня рейс. Не опоздай».

Рейс.

Блядь.

Рейс через два часа.

Вскочил – и чуть не упал обратно, потому что мир вокруг закружился. Похмелье накрыло меня, как цунами. Но я кое-как добрался до ванной, сунул голову под холодную воду, почистил зубы, натянул первое, что попалось под руку, – спортивный костюм. Вылил на себя полфлакона туалетной воды и схватил сумку.

Такси. Аэропорт. Регистрация. Все как в тумане.

Помню, как девушка на регистрации посмотрела на меня с подозрением – видимо, я выглядел как алкаш после трехдневного запоя (что, в принципе, недалеко от истины). Но билет был настоящий, паспорт тоже, так что она молча выдала мне посадочный талон.

Зона вылета. Кофе. Три чашки подряд. Не помогло – голова все равно раскалывалась.

Рядом кричал младенец. Какая-то женщина с тремя детьми вообще не следила за ними: один размазывал шоколад по креслу, другой бегал кругами, третий орал так, будто его резали.

Я подумал: «Господи, только бы эта семейка не села со мной в самолет».