Ольга Дашкова – Мара. Дикарка для принцев Востока (страница 4)

– Ты прекрасна, любимая, – Кай поймал ее руку, мягко поцеловав.

– Спасибо, – тепло разлилось в груди Лизы.

– Приветствуем госпожу Запретных земель и ее детей, наследников Великих Гуров, и прекрасную Мару! – выкрикнул Тагир Хладнокровный, правитель Северных земель, вставая и поднимая кубок.

Его седые волосы сверкнули в свете факелов, голос разнесся по залу, подхваченный десятками других.

– Мара, мы рады, что ты здесь, – Кай сжал пальцы дочери, которая садилась справа. – Потерпи, вечер быстро закончится.

– Ага, и ей еще выбрать жениха надо, – хмыкнул Рей, но тут же охнул, получив локтем в бок. – Мар, смотри не прогадай!

– Заткнись и разглядывай своих невест, – огрызнулась Мара, кивнув на соседний стол.

Там в ярких оранжевых платьях сидели две дочери правителя Западных земель. Их пышные формы едва удерживались в глубоких декольте, косы были уложены на макушках, а лица, похожие на отца – крепкого, полного, громогласного мужчину, который ел мясо руками, – лучились самодовольством.

– Рей, это твой размер, – Мара хихикнула, понизив голос. – Сочные ягодки! Только осторожно, такие могут и хребет переломить.

– Ой, замолчи, – Рей покраснел, отводя взгляд.

Мара вдруг обнаружила, что ей весело. Если не воспринимать этот вечер всерьез, можно даже позабавиться, поддразнивая брата. Рей шептал ей всякую чушь о женихах, и она отвечала тем же, пока слово снова не взял Тагир Хладнокровный.

– Великие Гуры, все знают, зачем мы здесь, – его голос эхом отражался от каменных сводов зала. – И это не только ради хмельного вина и мяса дикого кабана.

Он кивнул своим сыновьям, сидевшим рядом. Кебер и Скиф выпрямились, их плечи стали еще шире. Мара напряглась, чувствуя, как взгляды молодых мужчин – холодные, почти белесые глаза – впиваются в нее.

Бледная кожа, светлые волосы, собранные в хвост, ожерелья из клыков, одежда из шкур – от них веяло угрозой. По спине пробежал холодок, но Мара гордо вскинула подбородок, сжав зубы. Ее взгляд встретился со старшим, Кебером, чей рваный шрам на подбородке делал его еще более зловещим.

– Это Кебер, наследник Северных земель, – шепнул Рей, наклонившись. – Говорят, он жесток к наложницам. И, знаешь, до встречи с мамой у наших отцов тоже были…

– Отвратительно, – перебила Мара, ее лицо скривилось. – Он мерзкий.

– А младший – Скиф, – продолжил Рей. – Симпатичнее, да? Но за ним тоже грешки водятся.

Скиф и правда выглядел лучше: выразительные черты, аккуратно причесанные волосы, лицо без шрамов. Но его взгляд скользил не по Маре, а по Саймону, что ее слегка озадачило.

– Не хочу о них слышать, – отрезала девушка. – Завтра они уедут, и я их больше не увижу.

Лиза сжала кулаки под столом. Почему они так смотрят на ее дочь? Неужели Гуры уже все решили? Нет, они бы не отдали Мару этим северянам. Или…

– Мои сыновья, Кебер и Скиф, – продолжил Тагир, – достойные воины, будущие правители Северных земель. Они готовы выбрать невесту, рожать наследников, продолжать род Хладнокровных. У вас есть прекрасная дочь Мара, и мы даем ей право выбора.

– Нет! – Мара чуть не выкрикнула это вслух, но Кай больно сжал ее пальцы.

– Молчи, моя девочка, – прошептал он. – Не время.

– Это что, выбор без выбора? – прошипела Мара, глядя в глаза отцу. – Я не выйду ни за кого из них!

– Арон, твоя дочь хочет что-то сказать? – Тагир прищурился. – Надеюсь, о том, какие достойные претенденты мои сыновья?

Все взгляды устремились к Маре. Арон прожигал ее взглядом, Лиза качала головой, а внутри девушки пылал гнев, готовый вырваться наружу.

– Да, я скажу! – Мара вскочила, ее голос звенел от ярости.

– Сестра, молчи! – зашипел Саймон. – Не то всем нам достанется.

– Я скажу! – Мара подняла кубок, ее глаза сверкнули озорством. – За прекрасных девушек Западных земель и их красоту! Надеюсь, они приглянулись моим братьям!

– Вот же… – Рей поперхнулся вином, пробормотав: – Ну, я тебе это припомню.

Глава 5

– Твоя дочь совершенно неуправляема, – Арон сжал кубок так, что побелели костяшки, брови мужчины сошлись в грозной гримасе.

– Она такая же твоя, как и моя, – парировала Лиза, пряча улыбку за краем кубка с вином.

– Напомни мне ее наказать, – проворчал Арон, но в его голосе скользнула нотка нежности.

– Ну вот еще! – Лиза фыркнула, бросив на мужа лукавый взгляд.

В отблесках факелов Арон выглядел как скала, неподвластная времени, но Лиза все еще помнила их первую встречу – тот первобытный страх, смешанный с гневом, когда он посмел рычать на нее, словно дикий зверь.

Теперь же, спустя годы, этот мужчина, как и его братья, Кай и Грей, вызывал в ней лишь любовь, желание и глубокое уважение. Их союз, странный для чужаков, был их силой. И пусть весь мир судачит – им достаточно знать, что их любовь настоящая.

Лиза мягко коснулась руки Арона, сжав его пальцы. Он тут же перехватил ее ладонь, его взгляд смягчился, но в нем все еще тлела утренняя страсть.

– Надо было сразу сказать Маре, что это спектакль, – шепнула она. – Никто не собирается выдавать ее за этих… странных северян.

Арон повернулся, его глаза впились в жену. Ему хотелось поправить ее волосы, коснуться кожи, но он сдержался, стиснув зубы.

– Я Великий Гур, – буркнул он. – Никому ничего не объясняю. Моя дочь должна слушаться. Ей велели надеть платье и сидеть молча – пусть сидит, закрыв свой прекрасный ротик.

– Ох, Арон, ты же знаешь, она не кукла, чтобы молчать и улыбаться, – Лиза покачала головой. – Наша Мара – буря в человеческом обличье.

– И в кого она такая? – Арон прищурился.

– Погляди в зеркало, дорогой, – хмыкнула Лиза, ее губы дрогнули в улыбке.

– Что у вас там за секреты? – Грей наклонился ближе, подмигнув Лизе. – Решили устроить семейный скандал на потеху гостям? Тагир Хладнокровный только и ждет, чтобы пустить кому-нибудь кровь, а те две девицы с Запада глаз не сводят с Саймона и Рея.

– Мара совсем отбилась от рук, – проворчал Арон. – Хильда права, надо было ее в детстве плетью учить.

– О, да, – рассмеялся Грей. – Если бы ты поднял на нее плеть, от крепости бы камня на камне не осталось. Наша девочка любому заткнет рот. Горжусь ею!

– Предлагаю выпить за прекрасную хозяйку крепости! – загремел голос Тагира Хладнокровного, и зал замер. – За ее не менее прекрасную дочь и за дары Северных земель, таких же великолепных, как ваши женщины!

Мара вздрогнула, ее пальцы сжали нож, лежавший рядом с нетронутым куском мяса. Откуда в ней столько отвращения к этим гостям? Особенно к Кеберу, старшему сыну Тагира.

Его взгляд – холодный, пропитанный похотью – будто вгрызался в нее, заставляя кожу покрываться мурашками. Хотелось вскочить, уйти в свою комнату, сбросить это проклятое платье, надеть свои штаны и сапоги, выпустить Беса и умчаться в лес, где она была свободна, где дышала полной грудью.

Когда массивные двери зала распахнулись, все голоса стихли. Двое северных воинов вошли с важным видом: один нес объемный мешок, другой – потертый металлический сундук, поблескивающий в свете факелов.

– По древним традициям нашего народа, – начал Кебер, его голос звучал как скрежет льда, – примите в дар голову Хараша, самого лютого зверя Северных земель. Лишь храбрейший воин способен одолеть его в честном бою.

Из мешка на пол слуги вывалили нечто мохнатое – оскаленная пасть, острые клыки, пустые глаза. Женщины ахнули, кто-то из гостей пошатнулся, а одна дама и вовсе лишилась чувств.

Мара лишь приподняла бровь, не выдав ни тени страха. Ну и что? Еще один мертвый зверь. Похож на медведя с горной реки, о котором рассказывали отцы. В их землях таких зверей почитали как священных хранителей гор, и убить такого просто так считалось святотатством.

– Ого, какие клыки! – Рей наклонился к сестре, его глаза блестели от восторга. – Мара, ты видела?

– Видела, – отрезала девушка. – Но чудовище здесь не зверь, а тот, кто его убил.

Кебер ей не понравился с первого взгляда. Жестокий, упивающийся своей властью, он, похоже, наслаждался этим зрелищем. Садист, гордящийся своей добычей. Мара сжала челюсти, подавляя желание бросить в него кубком.

– Если выберешь его, будет веселый муженек, – хмыкнул Рей, прикрываясь кубком. – Слышал, у Кебера еще и другие… хобби. Не совсем приличные.

– Да я лучше сбегу в другой мир! – прошипела Мара. – Связать свою жизнь с этим чудовищем? Ни за что!

Гул в зале усилился, когда воины открыли сундук. Драгоценности – груды сверкающих камней, браслетов, колье – ослепили всех. Две пышнотелые девицы с Запада привстали, их глаза загорелись алчным блеском. Мара же смотрела на это с холодным равнодушием.

Ее свобода стоит какого-то старого сундука и мертвого зверя? Серьезно?

– Это еще один дар Северных земель, – Кебер шагнул ближе, его голос сочился самодовольством. – Эти камни добывают в наших краях, а мастера создают украшения, достойные наследниц великих правителей. Их цвет – как глаза прекрасной Мары. Я готов усыпать тебя ими, надеть на твою шею и руки.

Он запустил руку в сундук, сгреб пригоршню драгоценностей и жестом повелителя высыпал их обратно. Зал ахнул, а Мара почувствовала, как горло моментально чем-то сдавило.

Ей представилось, как тяжелое колье затягивается на шее, впиваясь в кожу, как браслеты сковывают запястья, а цепи тянут к земле. Кровь, боль, запах пота и похоти – видение нахлынуло так ярко, что она едва не задохнулась. Кебер, с его шрамом и ледяным взглядом, был палачом в этом кошмаре, наслаждающимся мучениями своих пленников.