Ольга Дашкова – Генеральская дочь (страница 5)
– Он написал снова, – сказала я. – Вчера ночью. Несколько сообщений и сегодня утром. Папа, он знает, в каком окне моя спальня.
Тишина на линии была короткой – секунды три, не больше. Именно столько нужно отцу, чтобы переключиться из режима «день рождения» в режим «генерал».
– Скинь мне скриншоты.
– Уже.
– Из квартиры не выходи сегодня. Никуда. Практика подождет.
– Папа, у меня...
– Александра Глебовна.
Вот и все. Этот голос я знала с детства. Ровный, без повышения, с той плотностью в каждом слове, что возражать становилось физически бессмысленно.
– Хорошо, – сказала.
Он отключился.
Положила телефон на подушку рядом с собой и посмотрела в потолок. За окном было утро. Обычное, летнее, с солнцем на занавесках и звуком чьей-то газонокосилки где-то внизу. Весь мир жил нормальной жизнью.
Я написала Глаше, что не приду на практику, сослалась на плохое самочувствие. Не стала объяснять, и не потому что не доверяла, просто объяснять значило произносить вслух, а произносить вслух я пока не была готова.
Сделала кофе. Выпила. Сделала еще один.
Квартира, в которой я жила три года, с тех пор как поступила, отец настоял на отдельном жилье, не общежитие, нормальное место, сейчас ощущалась иначе. Не как дом, а как периметр. Я поймала себя на том, что проверяю замок на входной двери, хотя только что сама его закрыла.
Попыталась читать – не пошло. Включила ноутбук, открыла конспекты по гражданскому праву, закрыла через двадцать минут. Несколько раз подходила к окну, смотрела вниз на двор. Обычный двор, скамейка, припаркованные машины, женщина с коляской на дорожке.
Никакого неизвестного в темной одежде. Но это ничего не значило, он мог быть где угодно, мог не выходить из машины, мог смотреть в бинокль из соседнего дома.
Задернула занавески. Стало лучше ровно настолько, чтобы снова лечь на диван и уставиться в потолок. Около полудня позвонил отец, коротко, по делу.
– Со службы безопасности занимаются номерами, это займет время. Пока ситуация не прояснится, рядом с тобой будет мой человек.
– Папа, не нужно. Я взрослый человек, я...
– Саша.
– Я согласна, что сообщения неприятные, но охрана – это уже...
– Это не охрана. Это человек, которому я доверяю. Он свяжется сегодня.
– Кто?
Пауза.
– Измайлов.
Я помолчала.
– Тот полковник?
– Да.
– Папа, он...
– Лучший из тех, кого я знаю,– голос у отца был ровным, но в нем было что-то, что я слышала редко – усилие. Он старался говорить спокойно, и именно это старание говорило больше, чем слова. Папа умел быть спокойным. Когда он старался казаться спокойным – значит, ему было страшно.
– Хорошо, – сказала тихо.
Он отключился, я встала с дивана, прошла на кухню, налила воды и выпила стакан стоя. Смотрела в стену перед собой.
Думала о нем весь вчерашний вечер, хотя запрещала себе это делать, и вся ночь со сталкерскими сообщениями наложилась поверх другого. Поверх короткого молчания в машине, поверх запаха табака и того, как он смотрел на дорогу с таким лицом, будто кроме дороги в мире нет ничего.
Он будет рядом. Каждый день, пока ситуация не разрешится. Я не знала, как с этим жить. Злость и облегчение шли одновременно и мешали друг другу.
В половине четвертого телефон завибрировал. Неизвестный номер.
Сердце дало сбой – короткий, острый. Взяла телефон и несколько секунд смотрела на экран, не открывая сообщение. Просто смотрела, как на что-то, от чего неизвестно чего ждать.
Открыла.
Перечитала дважды.
Потом почувствовала, как что-то внутри отпускает, но не сильно, не полностью, хотя достаточно, чтобы выдохнуть нормально. Просто текст от незнакомого номера, просто сообщение, и ничего страшного за ним не стоит. Всего несколько слов, холодных и деловых.
Но именно эта холодная деловитость сейчас почему-то была правильной.
Ответила:
Потом посмотрела на это слово, подумала секунду и отправила.
За окном был день, занавески все еще были задернуты, в квартире стоял приглушенный золотистый свет, как в аквариуме. Я легла обратно на диван, положила телефон на грудь и закрыла глаза.
Думала о том, что завтра в восемь он будет у подъезда. Что это нарушает все мои планы насчет независимости и самостоятельности. Что я взрослый человек, который не нуждается в сопровождении.
Думала о шраме на скуле и о том, как он сказал «не надо». Сказал тихо, без объяснений, и за этим молчанием было что-то такое, до чего мне почему-то хотелось добраться.
Это было неуместно. Я это понимала. Но понимание и то, что происходило внутри, существовали сегодня в параллельных мирах, которые никак не пересекались.
На улице снова заработала чья-то газонокосилка. Обычный звук, обычный день. Пять минут. Он будет ждать пять минут. Я почему-то была уверена: ровно пять, ни секундой больше.
Глава 6 Измайлов
В 8:00 я стоял у подъезда дочери генерала.
В 8:03 три набрал домофон.
Долгая пауза, я насчитал семь секунд, потом восемь.
–
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.