Ольга Чумичева – Астрологические мифы. От Вифлеемской звезды до мистерий Митры (страница 13)
Истоки римской астрологии малоизвестны. Есть короткое сатирическое упоминание о поклонении звездам у комедиографа Плавта (рубеж III–II вв. до н. э.): в прологе одной из пьес выступает персонаж Арктур, персонификация звезды. Термины «астролог» (то есть наблюдающий за звездами) и «зодиак» встречаются у римского поэта Квинта Энния. Однако ничего конкретного из этого заключить нельзя.
Консервативный республиканец Катон в 160 году до н. э. писал, что толковый управляющий поместьем не должен спрашивать советов у «халдеев» (так называли астрологов) и других предсказателей. Есть сведения, что в 139 году до н. э. из Рима изгнали астрологов и почитателей странного фракийского и фригийского бога Зевса Сабазия. Не исключено, что тогдашние «элиты» сохраняли суровые республиканские нравы и были настроены против «чужеземного влияния» и «суеверий», однако в народе интерес к астрологии лишь возрастал.
Рука Сабазия, римский амулет. Италия, III в.
Изгнанников обвиняли в том, что они поддерживали не тех людей в период беспорядков и борьбы за власть. Опасения могли быть вполне обоснованными: на Сицилии в одном из восстаний активно участвовал астролог, предвещавший товарищам успех. Боги языком звезд обещали ему, что он станет королем Сицилии. Однако астролог ошибся: поначалу его и вправду ждал успех, но в 100 году до н. э. он был убит. Столетием позднее, в полемике с братом Квинтом, сторонником пророчеств и астрологических предсказаний, оратор Цицерон напоминал о подобных промахах и их печальных последствиях, обратив внимание на «астрологов цирка». Дело в том, что вокруг стадиона для скачек, известного как Большой цирк (Circus Maximus), стояли многочисленные прилавки и палатки астрологов, к которым обращались римляне. Сама услуга стоила недорого, а на заре нашей эры астрология в Риме и вовсе стала массовой профессией.
Историк Плиний утверждал, что первым греческим учителем астрологии в Риме был грек Манилий Антиох, попавший в рабство при завоевании Греции. Таких образованных греков, рабов или обедневших практиков, ищущих покровителей, в империи было немало. Именно они сделали астрологию, наряду с другими эллинистическими премудростями, привлекательной для римской элиты. Местные философы-стоики тоже способствовали успеху астрологии, которая отвечала их представлениям о важности постижения мира через знаки и знамения. Тем более основатель Стои Диоген прибыл в 156 году до н. э. из Вавилона. Впрочем, он сразу предупреждал римлян, что может предсказать общий склад характера ребенка, но не события его жизни, ведь даже у двух близнецов, родившихся под одними небесами, судьба может оказаться совершенно разной. Однако не стоит преувеличивать роль философов в республиканском Риме: к ним относились без особого уважения и периодически ту или иную группу мыслителей изгоняли из города.
И все же знакомство с астрологией заставило римлян задуматься о ее обоснованности. Кто-то признавал влияние планет на земные события, а остальные звезды считал нейтральными; кто-то соглашался с важностью наблюдения за восхождением и нисхождением небесных тел, но сомневался в их способности влиять на земную жизнь напрямую, допуская лишь слабое воздействие, сгущающее атмосферу и усиливающее то, что и так существует. Изначально у римлян не было той мифологической и мировоззренческой базы, на которую было бы легко пересадить астрологические верования других народов. Если греков на пути к астрологии останавливал скептицизм, но влекла вера в Судьбу, то римские республиканцы оставались прямолинейными прагматиками, доверявшими ощутимым вещам и здравому смыслу больше, чем богам. Они в первую очередь верили в общественную мораль и силу оружия.
Однако и в доимперские времена практиковали вполне успешные астрологи. Среди них можно назвать имена двух знатоков эпохи Августа: Публий Нигидий Фигул и Тарутий Фирмин. Первый был не чужаком, а настоящим римским гражданином и даже сенатором, союзником Цицерона. Нигидий сравнивал имена зодиакальных созвездий в греко-египетской и вавилонской традициях, размышляя о взаимодействии небесных тел. В последующие века предания превратили его в величайшего астролога, предсказавшего приход к власти Августа и перипетии войны между Помпеем и Цезарем. Тарутий, тоже знакомый Цицерона, по просьбе одного из римских интеллектуалов, Варрона, составил гороскоп Ромула, основателя Вечного города. Сочинения Варрона утеряны, но упоминалась его книга по астрологии. Неудивительно, что в I веке н. э. римляне всерьез стали увлекаться этой дисциплиной. Правда, римские историки отмечают и ошибки астрологов: так, по рассказу Плутарха, во время борьбы за власть между Суллой и Цинной в I веке до н. э. на теле убитого Цинны нашли запись астрологического прогноза, сулившего ему победу. Но и Сулла получил заверения астрологов в победе и в том, что ни Цинна, ни кто-либо другой не сможет его погубить. В данном случае «сработало». Трезвомыслящий, хотя и крайне любознательный Цицерон отметил, что такие прогнозы раздают всем подряд и большинство полководцев гражданской войны умерли молодыми и насильственной смертью, вопреки благоприятному расположению звезд. Хотя виновата ли в этом астрология? Или все дело в политике и деньгах?
Цицерон не только слушал лекции Посидония, но и перевел астрономическую поэму «Явления» Арата, грека из Малой Азии, жившего в IV–III веках до н. э. В эллинистической науке ее ценили не слишком высоко, ведь автор просто компилировал сведения из сочинений разного времени, допустив немало неточностей, хотя и описал предельно просто и художественно движение Солнца и его отношение к знакам зодиака. С легкой руки Цицерона поэме Арата суждена была долгая жизнь в арабской и европейской астрологических традициях, вплоть до начала Нового времени.
Митра, закалывающий быка. Зодиак в полукружии-нише, воспроизводящей эклиптику. Германия, нач. III в. Зодиак присутствует на многих изображениях Митры независимо от того, в каком иконографическом типе представлен сам бог.
Октавиан Август подчеркивал, что его предшественнику и родственнику Цезарю гадатели указывали на опасность, которой он пренебрег, и напрасно. Получив власть, Август заявил, что Цезарь отправился к звездам, а во время погребальных игр на небе явилась комета, которую сочли безусловным знаком божественности Цезаря, а заодно и самого Августа. Дальнейшая политическая история Рима сопровождается регулярными упоминаниями астрологических предсказаний императорам и членам их семей. Перечень таких прогнозов мог бы занять много страниц. Светоний, автор «Жизнеописания двенадцати цезарей», мимоходом замечает: «Все верили в такие истории». Октавиан Август, кажется, первым стал носить амулет со знаком Козерога: под этим созвездием Солнце вступает в зимнее солнцестояние, и момент сочли подходящим для утверждения новой системы правления, сменившей несколько веков республиканского строя. Для Августа был составлен персональный гороскоп — настолько прекрасный, что его опубликовали для всеобщего ознакомления в качестве государственного эдикта. Что же еще нужно, чтобы народ уверовал в астрологию?
Впоследствии Каракалла требовал от астрологов, чтобы они выявляли предателей и заговорщиков и уточняли, когда ему может грозить гибель. Домициан на основании гороскопа изгнал одного из приближенных. При этом он пощадил Нерву, потому что астролог предсказал тому скорую смерть. Жена Нерона Поппея регулярно собирала совет астрологов. Адриан советовался с астрологом по поводу того, кого следует назначить своим преемником, но получил явно ошибочный прогноз: рекомендованный звездами Элий Вер умер еще при жизни Адриана. Впрочем, этот император считал самого себя главным знатоком астрологии. Историки сообщают, что и Септимий Север составлял собственные гороскопы и был огорчен, увидев, что его сыну Гете не суждено быть императором (так и вышло, Гету убил его брат Каракалла), а также предсказал себе, что не сможет вернуться из похода в Британию.
Автор астрологической поэмы «Астрономика», основанной на идеях стоиков. Предпосылкой астрологии Манилий называет Рок, который правит миром. Ввел в текст большинство существовавших на тот момент терминов, уделив основное внимание знакам зодиака в ущерб описанию планет и их роли в судьбах мира. Практически не упоминает астрологические «дома», связанные со «стоянками» Солнца. Именно Манилий первым установил ассоциации между знаками зодиака и богами римского пантеона: Овен — Минерва, Телец — Венера, Близнецы — Аполлон, Рак — Меркурий, Лев — Юпитер, Дева — Церера, Весы — Вулкан, Скорпион — Марс, Стрелец — Диана, Козерог — Веста, Водолей — Юнона, Рыбы — Нептун. Никаких объяснений этим сочетаниям он не привел, или они не сохранились. Он также связал зодиак с природными элементами / стихиями воздуха, воды, земли и огня, разделив знаки на мужские и женские. Манилий подробно разработал египетскую идею деканов — деления цикла каждого знака (условно месяца) на три части. Он попытался назвать каждый декан именем знаков зодиака, но это выглядело весьма сумбурно (первый декан Овна равен Овну, второй — Тельцу, третий — Близнецам и т. д.), и впоследствии деканы стали обозначать планетами. Немало внимания Манилий уделил астрологическим аспектам (см. приложение 1 «Термины и инструменты»). Его поэма в дальнейшем стала одним из основных астрологических текстов арабского и европейского Средневековья и Ренессанса.