Ольга Булгакова – Магия обмана. Том 2 (страница 41)

— Ты уж прости, что спрашиваю, но скажи мне, Шэнли, ты ведь приметил Льяну давно, еще с момента ее зачисления в университет. Οна не могла не привлечь твое внимание. Поэтому особенно странно, что ты о ней даже не заговорил ни разу. А если судить объективно, ты-то мог разглядеть девушку ещё осенью. Не думаю, что она вызвала бы у тебя другие чувства, но уверена, что она и не попала бы на отбор. Почему же ты тогда ею не интересовался?

— Интересовался. Но не тем, — горько усмехнулся лорд Адсид. — Выяснил родословную, узнал все о семье и отношениях с бывшим хозяином. Следил за учебой, за оценками, за работой с магистром Форожем. Отметил, с кем дружит, как держится на занятиях…

— Хм, это все правильные аспекты. Они помогают понять личность, — недоуменно нахмурилась Арабел.

— Я тоже так думал! Считал, что узнал ее достаточно. А на деле отгородился от девушки сотней сведений о ней, — он развел руками, покачал головой, поражаясь собственному заблуждению. — Вместо того, чтобы посмотреть на настоящий подснежник, я все это время разглядывал детский рисунок цветка и думал, что все узнал о растении. Γлупо.

— Будем считать тебя жертвой распространенного заблуждения, хорошо? — предложила Арабел.

— Мне от этого не легче, — вздохнул мужчина.

— Я уверена, что все образуется. Она сильная и не даст себя уболтать, уговорить. Еще Льяна явно понимает, что политика политикой, а второго Шэнли она не найдет. Тут не буду смягчать действительность, сразу скажу это «никогда», и не напрашивайся на комплименты.

Она упреждающе погрозила пальцем.

— Не буду, — с улыбкой заверил лорд.

— А если сомневаешься в чем-то, вспомни цвета той связи даров, которую Фиред использовал в своих целях, — лукаво добавила Арабел.

Лорд Адсид настороженно нахмурился, задумался, позабытая за последние дни радостная улыбка тронула губы, дышать стало легче.

— Ты замечательный друг, Арабел, — признал Шэнли Адсид.

— Не стану отрицать, — довольно подмигнула она. — Но я всего лишь возвращаю тебе услугу. Ты в свое время тоже помог мне многое понять. Благодаря тебе я сегодня сказала «да».

— Ο, поздравляю! — искренне обрадовался за подругу ректор. — Когда свадьбу планируете?

— Через два или три месяца, мы ещё не договорились. Но подарок в честь помолвки я хочу получить от тебя уже сейчас, — неожиданно серьезно закончила Арабел, пристально глядя на собеседника.

Тон свидетельствовал, что она уже выбрала дар, способный ее порадовать, и Шэнли Адсиду оставалось лишь смириться с решением подруги.

— И что же ты хочешь получить? — поинтересовался он.

— Οбещание, — твердо глядя ему в глаза, ответила она.

Лорд вопросительно гнул брови и молчал, ожидая продолжения.

— Пообещай мне, что больше не будешь от меня закрываться. Особенно такими хитроумными иллюзиями. Понимаю, что тебе сейчас тяжело и больно, но от меня не спрятать чувства за мороками. Я же Видящая, я их чувствую и не люблю. Они меня раздражают на магическом уровне из-за возмущения полей.

— Прости, не подумал, — поторопился извиниться магистр.

— Ничего, — заверила она. — Я не люблю изображать дурочку. Но буду делать это, как делала сегодня. Я не могу сама сломать иллюзию такого уровня, но вполне способна злить тебя, чтобы иллюзия сломалась под напором твоих эмоций. Нам ни к чему это раскачивание отношений. Мы не для того есть друг у друга, Шэнли.

— Ты права Арабел, — согласился он. — Ты во всем права. Я последние дни сам не свой, хотя меня это не оправдывает.

Лорд Адсид вздохнул:

— Обещаю, что больше не буду закрываться.

— Хорошо, — значительно теплей улыбнулась она и, приподняв бокал, жестом пригласила выпить за новую договоренность.

ГЛАВА 24

Не зря меня пугали местными грозами. Темное низкое небо, давящее накатившей духотой, запах скорого дождя и тревожное ощущение приближающейся опасности отравили последний час пути до стоящего на границе села. На постоялый двор я заходила уже под прикрытием. Тяжелые дождевые капли бились о созданные для будущей принцессы и аристократок щиты, стекали по полупрозрачным стенам, а за этой преградой суетились служанки, маги, взволнованно ржали лошади.

Постоялые дворы с начала пути стали моей отдушиной, местом отдыха от множества новых лиц и подчеркнуто вежливых разговоров с претензией на задушевность. В тот вечер долгожданный постоялый двор ещё и спасал от разразившейся бури.

— Боюсь, выехать завтра с утра будет невозможно, леди Льяна, — хмурый капитан следил за тем, как подавальщица возится с кипятком и заваркой.

— Может, ещё распогодится, — осторожно предположила я.

В этот момент грохнуло так, что казалось, крыша обвалится. Кто-то из аристократок вскрикнул от испуга, одна леди уронила чашку. Та жалобно звякнула и разбилась, по темному деревянному полу разлетелись голубые осколки.

Вдруг я увидела себя со стороны. Решительное лицо, сведенные к переносице брови, на пальцах сияет щитовое заклинание. Почти готовое, довольно мощное. Ко мне метнулась алая искра — моя магическая аура, воинственно бирюзовая, раскололась на сотни осколков. Я перестала чувствовать дар. Будто у меня никогда и не было магии. Рядом увидела лорда Такенда. Его лицо, скрытое полупрозрачным защитным пузырем, искажала злоба. В мою сторону полетела склянка, и видение пропало.

Сердце зашлось стуком, от сметающего все разумные мысли ужаса в глазах собрались слезы. Наверняка вид у меня был очень жалкий, потому что капитан посчитал слова утешения необходимыми.

— Слышал, в ваших родных краях погода в это время года значительно приятней, — заглядывая мне в лицо, эльф ободряюще улыбнулся.

Я пробормотала нечто утвердительное и обессиленно села за стол. Подавальщица тут же поспешила поставить передо мной чашку. Приставленная ко мне Его Величеством служанка успокаивающим тоном сообщила, что комната будет готова через четверть часа. Я кивала, молчала и корила себя за то, что минутная слабость оказалась очевидна окружающим.

Снова громыхнул гром. Судя по звукам, снаружи пошел град. Я старалась унять дрожь и выпить предложенный чай. Две аристократки из семейства Татторей устроились рядом со мной и явно пытались отвлечь болтовней. В это время воины сопровождения оттеснили других путешественников от большого камина и заняли ближайшие к нему столы. Первой поближе к огню пересела самая старшая леди из свиты, за ней последовали остальные, а заботливость капитана об удобстве женщин стала очередным поводом заверить меня в том, что нет в мире мужчин лучше, чем мужчины Татторей.

Успокоиться не удавалось, даже толком отвлечься оказалось невозможно, потому что голубые чашки этого постоялого двора каждую минуту напоминали о грозящей опасности. Я не находила себе места, и только не моя решимость придала уверенности и успокоила. Эта ободряющая связь с настроением Шэнли Адсида натолкнула меня на дельную мысль и побудила к действию. Простившись со спутницами, я ушла в свою комнату и до полуночи тренировалась там, оттачивая скорость сотворения щитовых заклинаний. В видении казалось, что главная моя слабость была именно в этом.

К утру буря утихомирилась, хмурое солнце выглядывало через прорехи в стремительно несущихся на восток тучах. С запада шел новый вал черноты, но зов кровной клятвы помолвки был сильней непогоды. Капитан упрямился, леди пробовали меня отговаривать, но я настаивала на скорейшем отъезде. Упоминание кровной привязки к Его Высочеству немного прояснило умы моих спутников, но, как стало ясно уже через час, довод был признан сильным только на словах. Воины и служанки откровенно тянули время.

Я была в отчаянии большей частью из-за того, что зов за каких-то пару часов усилился невероятно. Перед глазами то и дело появлялся образ принца. Мысли красавца-полудракона в то время были обо мне. В этом я могла поклясться жизнью. Ощущение его причастности к моей судьбе подавляло, угнетало, лишало воли и собственных желаний. Из-за этого давления чувствовала себя плохо настолько, что хотелось полностью подчиниться ему, лишь бы он получил, что хотел, и отвлекся. Запершись у себя в комнате, смотрела в окно на еле передвигающихся по двору служанок, на лениво проверяющих лошадей и кареты мужчин, и молилась Великой о помощи.

Наверное поэтому я так ярко ощутила сохранившуюся связь с Шэнли Адсидом. Без него я бы совсем сдалась. Он был собран, полон решимости и целеустремленности. Я не знала, какую цель он избрал, но твердо помнила о своей. Добраться до Амосгара, встретиться с принцем Зуаром, отказаться стать его женой и вернуться в Кедвос. Четыре шага к свободе. Четыре очень непростых шага к свободе.

Как выяснилось в десять, нарочитая медлительность свиты объяснялась вовсе не близящейся второй волной бури. Мне уже давно надоело смотреть в окно, и я пыталась отвлечься учебником по рунам, когда в дверь постучали, и старшая леди попросила меня выйти.

— Нужно кое-что обсудить перед дальнейшей дорогой, — сказала она каким-то заговорщическим тоном и подозрительно лукаво улыбнулась.

В просторной, но сумрачной комнате, куда меня пригласили, ждал боевой маг, не входящий в мою свиту. Лорд Цорей. Темноволосый юноша просиял, увидев меня, тепло поприветствовал, впервые использовав «леди» перед именем. Серый дорожный костюм, отличающийся от боевой формы только цветом, очень ему шел, подчеркивал плечи и узкую талию. Меч в удивительно скромных для аристократа ножнах придавал облику особое воинское очарование. Отсутствие броских украшений на рукояти и ножнах будто говорило, что владелец оружия умеет им пользоваться, а не стремится произвести грозное впечатление разукрашенной железкой.