Ольга Болдырева – Охотники на принцесс (страница 41)

Мы посмотрели на глаз. Создалось ощущение, что он также пристально и нагло смотрит на нас.

— Это ведь не ослепление в прямом смысле, — попробовал я развить мысль человечки. — Можно сделать так…

Поверх глаза я нарисовал руну тишины. Может, была какая-нибудь отдельная, обозначающая слепоту, но этого я не знал, поэтому надеялся, что своеобразный метафоричный намек будет понятен высшим силам. Получившееся изображение теперь напоминало раздавленного жука и особого доверия не внушало. А если…

Мы так синхронно и резко склонились над рисунком, что столкнулись лбами.

— А зачем поверх? — озвучила общую идею Вита. — Если повернуть, то руна уже напоминает глаз. Даже зрачок есть!

— Вот его-то мы как раз и уберем, — подхватил я, перерисовывая в очередной раз направляющий знак.

Работать с Витой оказалось удивительно легко, будто бы вместе мы провели уже несколько лет и успели придумать не один ритуал, а штук десять. Идеи подхватывались и развивались. И такая мелочь как амулет, скрывающий мысли, развернулась в полноценный ментальный щит. Скажи нам в тот момент изобрести эликсир бессмертия, думаю, мы и его смогли бы создать. И я не мог не заметить взгляды, которые украдкой бросала на меня девушка, когда я, по ее мнению, был поглощен работой. И мысли сами собой сворачивали на какие-то извилистые тропы домыслов и предположений.

И я почти не вспоминал о том, что она всего лишь человечка. Сейчас это казалось самым несущественным из всех вопросов, возникающих в голове.

Если бы я не пролил свою кровь в ритуальную чашу? Если бы просто путешествовал сейчас с Лианом в поисках сестры? Высокомерный Серебряный принц, считающий смертных недостойными своего внимания… Вряд ли я вообще посмотрел бы в сторону обычной, ничем не примечательной человечки. Просчет с ритуалом сильно изменил меня за мизерный промежуток времени. Как оказалось, не так уж и нужен мне трон; и теперь я действительно мог представить уютно потрескивающий камин, Виту, сидящую рядом за обеденным столом, сваленные в стороне чертежи новых ритуалов и череду дней: дождливых, погожих, суетливых, холодных… но однозначно счастливых.

Хотя, наверное, большая глупость думать о подобном всего после пары дней знакомства и недолгой работы над ритуалом (между прочим, запрещенным!). Но внутри, рядом с сердцем, что-то щемило, когда я любовался тонкими чертами лица человечки и ее хрупкой фигурой. Неужели это происходит именно так? И все предубеждения разом пасуют, когда душа тянется вперед, и нестерпимо хочется прикоснуться к тонким губам…

Айрэль бы во второй раз умер… уже от смеха, если бы узнал о моих мыслях. В его глазах ниже падать мне было просто некуда.

Эх, брат, как же не вовремя ты ушел к Сирин! Я обязательно узнаю, кто убил тебя, и отомщу — теперь у меня есть для этого силы.

— Так, — девушка обвела довольным взглядом плоды наших трудов, — амулет готов. Хоть на продажу выставляй.

Я тоже осмотрел заговоренный и выкупанный в зелье оникс. Могу поклясться, что внутри непроницаемо-черного камня после ритуала стали вспыхивать едва заметные глазу золотистые искры.

Сейчас любой, кто наденет этот амулет, скроет свои мысли надежным щитом.

— Последний штрих, — улыбнулся Вите и потянулся за ножом. В очередной раз бередить ладонь не хотелось, но камень требовалось привязать именно ко мне, и сделать это можно было только кровью.

Мои сородичи, когда работали над эльфийскими артефактами, делали привязку к душе. Это и надежнее, и красивее. Однако сейчас, когда моя душа была привязана к другому существу (от которого я и хотел закрыться), лучше было снова пойти путем наименьшего сопротивления.

Я занес лезвие и, заранее предчувствуя боль, зажмурился, рука с ножом нервно подрагивала.

— Давай я, — предложила Вита, мягко пытаясь отобрать у меня нож.

— Так и знал, что ты хочешь меня зарезать, — беззлобно проворчал в ответ и, покорный судьбе, протянул руку девушке.

Стоило сделать надрез по только затянувшемуся рубцу, как по лезвию от меня к Вите пробежали яркие синие искры. Это было похоже на разряд молнии, резко пронзивший сердце. А следом, вместе с холодом и болью, пришло понимание. Темная сила, поселившаяся в моей крови, отчаянно и жадно потянулась к Вите. Магия смерти бурлила внутри, царапая душу острыми когтями, и контролировать ее я не мог.

— Ты?! — не знаю, кто из нас это сказал.

Вита отпрянула, крепче сжав рукоять ножа, будто бы думала, что я нападу. Серые глаза обесцветились, став мертвенно-белыми, чем окончательно выдали травницу.

Впрочем, думаю, и я в этот момент выглядел не лучше.

Глава 16.1

В которой Нераэль строит планы на будущее и из-за них едва не теряет друга

Никогда не отзывайся о себе дурно — для этого существуют друзья.

Медленно выдохнув, я попытался обуздать взбесившуюся силу и выдавил кривую улыбку. Я был напуган, растерян, но при этом, признаться, безумно заинтригован.

— Интересно получилось.

Сжав кулак, я проследил, как светлая кровь капает на оникс, и в тот же момент едва заметные до этого искры вспыхивают, разгораются и заполняют камень, стирая черный цвет, высветляя его до прозрачности и той яркой, невинной чистоты, что свойственна лишь редким алмазам, которых еще не коснулась рука ювелира.

Вита вздрогнула и опустила нож.

— Ты не выдашь меня? — кажется, она все еще не могла поверить, что я не нападу.

— Предлагаешь заорать: «Спасите, помогите, тут ужасный некромант!»? Ой… неувязка: некромантов здесь два и один из них я сам, — не удержавшись, я несколько нервно рассмеялся.

— Но ты же эльф! Вы не подвластны влиянию Бездны! — то ли возмутилась, то ли напомнила Вита.

— И что? — я сконцентрировался и зажег на ладони призрачно-голубой огонек магии смерти. — Правда, некромант из меня — одно слово. Изредка балуюсь… Последнюю неделю.

— Так не бывает! — испуг проиграл категоричности: — В тебе должна быть кровь!

Я пожал плечами. Кровь во мне точно была — целых четыре, а то и пять литров.

— Мне самому интересно, как так вышло. Хочешь сказать, твои родители были?..

— Мама, — тихо сообщила Вита. — Она ненавидела тьму внутри себя и безумно ее боялась. Знаю, что иногда она пользовалась даром, но только в самых редких случаях. И мне помогала контролировать силу. Мама не попросила о помощи, даже когда пришли за ней, отцом и братом.

— И теперь ты не справляешься одна? — догадаться было несложно. — Священник из церкви что-то заметил?

— Я не хотела его убивать, — Вита с такой силой сжала столешницу, что дерево под хрупкими пальцами девушки хрустнуло.

— Это даже Сирше понял… — отмахнулся я.

Ни в чем обвинять человечку я не собирался. По крайней мере, пока она не начинала злодейски хохотать и планировать захват мира. Эпидемия черного пота — это, безусловно, страшно, но очаг я уже погасил, а местный владетель сам расправился с теми, кого еще можно было спасти.

И почему-то у меня не получалось увидеть в Вите что-то плохое.

Наоборот, она стала гораздо роднее и ближе.

«То есть, сдавать южанину ты ее не планируешь?» — ровным тоном уточнил Лиан.

«Нет. И надеюсь, что ты тоже!»

«Пф! Много чести для тощей человечки. Давай, надевай свой амулет, я же чувствую, как тебе не терпится испробовать его» — удивительно, но обиды или недовольства в мыслях демона я не уловил. Киллиан действительно понимал меня.

«Спасибо!»

От тяжелого камня исходило приятное тепло, чуть щекочущее шею и даже немного расслабляющее. Закрыв глаза, я сосредоточился и на ментальном уровне смог разглядеть перламутровую завесу, обволакивающую меня невесомым флером.

Можно было бы сделать амулет для Виты. Не знаю, как именно, но вдвоем мы бы придумали, как сдержать ее силу в узде, чтобы она никому больше не смогла причинить вреда.

Если бы только у нас было на это время…

Сирше ведь не остановится либо пока сам не поймает некроманта, либо пока не пустит по следу конгрегацию чрезвычайных дел.

Не хочу, чтобы с Витой что-то случилось.

— Как только остальные поймут, что я восстановился после ранения, мы продолжим путь, а Сирше отправит послание кому-то из ловцов. До этого времени тебе лучше покинуть город, — строго посмотрел на девушку, надеясь, на ее понимание, что с ловцами шутить нельзя. — Я…

Вита побледнела, на ее тонкой светлой коже веснушки теперь выделялись особенно ярко. Они были некрасивыми, нелепыми — расползшиеся крупными кляксами пятна, но почему-то я смотрел на них и думал, бывают ли веснушки у эльфов. Точнее, полукровок… Может, вдвоем мы смогли бы придумать ритуал, чтобы разрушить мою связь с Лианом и Нэль?

Кажется, я слишком спешу. Нужно замолчать, все обдумать, решить. В конце концов, сейчас слишком много всего неясного, и мы знакомы всего несколько дней. Вероятно, что те чувства, которые я испытываю — порождение магии смерти, ощутившей в человечке родство; просто наваждение, которое быстро развеется, стоит мне только покинуть город.

Ну же…

Я вспомнил, как бесстрашно Вита зашла в дом, зараженный черным потом. Не боялась умереть и была готова ответить за свою силу, с которой не смогла совладать. Она не похожа на других людей… и эльфов. Не уверен, что смогу отыскать кого-то похожего.

Точнее, наоборот: я уверен, что просто не захочу искать…

Девушка молчала, ожидая, когда я продолжу мысль.

И я решился.