Ольга Берг – Тест для настоящего мужчины (страница 6)

— Мы не закончили, — не стал сюсюкаться Артем. Да, он виноват. Но не в том, что она пустила свою жизнь под откос. Причины его не интересовали. Ему надо разобраться с ребенком, в остальном он не виноват.

— Уль, ну что ты, — с дивана подал голос мужик, — послушай благородных гостей, — заискивающе улыбнулся старшему Лисовскому, — у них, видимо, есть к тебе дело.

— Заткнись, — остудила желание приятеля к мирным переговорам. — Мне не о чем с ними разговаривать, — отвернулась, демонстрируя гостям ссутулившуюся спину.

— Вы не правы, Ульяночка, — взял на себя ведущую роль Виктор Андреевич. Надеялся, уважение к сединам поможет. Даже шагнул вперед. Отцепил руки жены.

Нелли Николаевна пошатнулась, потеряв опору. Прислонилась плечом к трехстворчатому шкафу. Жалобный скрип огласил комнату. Все присутствующие в испуге уставились на женщину. Затаив дыхание отступила. Мебель осталась невредимой. Нелли Николаевна с мольбой посмотрела на сына и мужа. Убраться отсюда. Поскорее. А лучше немедленно.

— Где ребенок? — согласился с матерью Артем.

Хватит ходить вокруг да около. Он признал — перед ними Ульяна Иванова и он трахался с ней. Без защиты.

— Ребенок? — растянула гласные "фигура" медленно развернулась и стала наступать на бывшего возлюбленного. — О каком ребенке ты говоришь? — с вызовом таранила взглядом экс любовника.

— Твоя тетя написала в письме и не надо врать, что ты от него избавилась, — предотвратил последующую возможную ложь Артем.

— Глупая тетка, она до последнего надеялась, что ты и твоя мамаша одумаетесь и признаете ребенка. Дура, — сплюнула Ульяна, чуть не угодив на начищенные туфли Лисовского-младшего. Он попятился. — Только поздно вы спохватились, — обвела гостей насмешливым взглядом. Скрестила руки на груди, гадко ухмыляясь. — Он умер. Никому ненужный ребенок сдох. Крякнулся. Подох, — надрывно кричала девушка, брызгая слюной. Била наотмашь непрошеных гостей ненавистью и презрением.

Артем почувствовал облегчение и даже не осудил себя за это. Новость избавила его от лишних проблем.

— О, господи, — всхлипнула Нелли Николаевна, прикрыла рот рукой, сдерживая рыдания. В отличие от сына известие щемящей болью заполнило грудную клетку.

— Поздно лить слезы, мамаша, — надменно бросила "фигура". — Надо было плакать, когда рожали своего змееныша, — оскалилась Ульяна.

— Заткнись, — предостерег младший Лисовский от грубости.

— Немедленно замолчите, — присоединился глава семьи. Обнял супругу. Она всхлипывала в его плечо. — Вам сказали причину смерти малыша? — докапывался до мелочей Виктор Андреевич.

Артем не одобрял желание отца. К чему подробности. Это лишнее.

— Причина одна, — насмешливый взгляд на бывшего парня. — Его папаша скотина. Сволочь. Козел, — не стеснялась в выражениях Ульяна. — Такая причина вас устроит? — веселилась девушка.

Она радовалась полученной возможности отомстить. Мечтала о ней гребаных семь лет. И вот свершилось. А удовлетворения не получила. Почему? Да какая к черту разница. Хотела одного. Чтобы все оставили её в покое, не лезли своими холеными ручонками в её прошлое, в её настоящее.

Старший Лисовский не стал оспаривать мнение Ульяны о сыне. Артема покоробила позиция отца. Он, конечно, не ангел, но не до такой степени. Да пошло оно все.

— Пойдемте, — двинулся к выходу молодой мужчина, — мы узнали достаточно, — остановился, дал возможность родителям пройти вперед. Им здесь больше нечего делать.

— Ты же сказала что… — возмущенный голос с дивана оборвался.

— Заглохни, им не следует знать, — грозно зашипела Ульяна на сожителя.

— Что нам не следует знать? — оглянулся в дверях Виктор Андреевич. Выпустил из рук жену. Плечом отодвинул сына. Вернулся обратно в комнату. Обеспокоенно шарил глазами по лицу девушки.

— Я сказала вам проваливать.

Истошный, свирепый крик, сжатые кулаки, до побелевших костяшек. Ульяна выглядела опасно, агрессивно. Того гляди набросится.

— Успокойся, мы уходим, — Артем закрыл спиной отца.

— Нет, сын, — оттолкнул отпрыска. Сократил расстояние. Навис над девушкой. — Ты сейчас же нам все расскажешь и никакого вранья, — жестко потребовал, рассчитывая напугать. Тщетно. Она смотрела без толики страха.

— Ещё чего, — расхохоталась в лицо старшему Лисовскому, — выкуси, — подсунула под нос фигу. — Пришли ко мне грехи замаливать, — крутила пред глазами сжатым кулачком. — Перебьетесь, всю жизнь будете мучиться, — ударила ладошками по груди Виктора Андреевича, отталкивая от себя.

— Совсем чокнулась, — Артем сжал тонкие запястья, оттаскивая Ульяну.

— Витенька, пожалуйста, давай уйдем, — взмолилась супруга и, вцепившись в предплечье мужа, потащила его к выходу. — Она чокнутая. Мы все сможем узнать сами. Тебе нельзя волноваться, — уговаривала женщина.

— Давайте, узнавайте, — вырвалась из хватки Ульяна и побежала за супругами Лисовскими. — Какая вам разница умер ребенок или жив. Он не будет вашим. Он достоин лучших дедушку и бабушку. А вы до конца дней своих будете сожалеть о том, что отказались от него, — кричала в спины мужчины и женщины. Сыпала проклятиями.

— Так ребенок жив, — Артем нагнал бывшую любовницу на крыльце. Крепко схватил за плечи. Развернул к себе. — Говори, — зарычал Лисовский-младший. — Говори сейчас же, — тряхнул. Пучок рассыпался, освобождая нечесаные волосы. — Я жду, — сильно сжал пальцы. Услышал, как хрустнули кости.

— Мне больно.

Взвыла Ульяна, извиваясь подобно змее. Руки бывшего отпустили. Она попятилась от него, перепугано смотря в разъяренное лицо Артема. Синие глаза резали стальными ножами. А она помнила их теплыми, ласковыми. Помнила нежность его рук, что секунду назад казались железными тесками. Они могли бы быть вместе. У них могла быть семья. Не прошеная слезинка застыла на ресницах. Зло смахнула её. Наивная дура.

— Виктор Андреевич, вам плохо, — взволнованный голос отвлек бывших любовников от прожигания друг друга взглядами. Они повернули головы. Светловолосая девушка суетилась рядом с тяжело дышащим Лисовским-старшим.

— Сынок, помоги отцу, — призывала мама, поддерживая мужа за локоть. Подоспевшая Елизавета Валерьевна считала пульс больного, когда неопрятно одетая женщина развернулась. Лиза исподлобья посмотрела на неё и ощутила чувство неминуемой беды.

Артем слетел со ступенек и присоединился к маме и Лизе. Сгрудившейся компанией они направились к машине.

— Пришло время платить по счетам, господа Лисовские, — прошептала выцветшими губами Ульяна, злорадно усмехаясь в широкую спину бывшего любовника.

— Какого хрена ты, идиотка, им наговорила? — вылетел из дома мужик, на ходу подтягивая спадающие растянутые спортивные штаны.

— Не твоего ума дело, — рыкнула на сожителя девушка и, обогнув его по дуге, как бы чего не вышло, забежала в дом.

— Ты что задумала, сука, — ринулся за ней приятель и, нагнав подругу в комнате, схватил за локоть, резко дернул, впечатывая в свое худое тело.

— Ничего, — отвела взгляд Ульяна.

— Точно, — смотрел с недоверием. Чувствовал, сожительница что-то скрывает. — Не ври мне, Улька, — пальцами свободной руки сжал впалые щеки, повернул её лицо к себе. — Не ври мне, — захрипел угрожающе, сильнее сдавливая скулы.

— Да ты что… да… я никогда… — невинно хлопала блеклыми глазами девушка, осторожно вытягивая руку из цепкой хватки. — Я без тебя никуда, — нежно поглаживала костлявое запястье приятеля, отвлекала, боялась, что этим дело не закончиться, он и ударить мог.

— То-то же, — оттолкнул от себя подругу, поддернул съехавшие штаны.

— Хочешь изменить свою жизнь, Семенов? — поглядывала в окно Ульяна, на отъезжающий внедорожник.

— И как же? — сожитель подозрительно уставился на девушку.

— Скоро у нас будет много денег, — обнадеживающе улыбнулась желтыми зубами Ульяна.

— Ты хочешь стрясти с этих жадюг бабки, — рассмеялся приятель. — И как же ты это сделаешь? У тебя ведь и документов на ребенка никаких нет, — остужал пыл сожительницы мужчина.

— Слушай меня внимательно, — присела на диван Ульяна, оглянулась, будто их мог кто-то подслушать.

Глава 4

— Виктор Андреевич, впредь я не потерплю непослушания, — учительским тоном, словно провинившемуся ребенку, выговаривала больному Лиза.

— Обещаю, из дома больше ни ногой и строго соблюдать режим, — устраивался на заднем сидении внедорожника старший Лисовский.

Он чувствовал себя хорошо. Относительно хорошо. Подумаешь, немного участился пульс и поднялось давление. От таких известий могло быть и хуже, но он справился. А вот Елизавета Валерьевна волновалась, не доверяя его словам.

— О вашем состоянии я сужу по показаниям приборов, — сидя рядом с ним, прятала в свой чемоданчик тонометр и просила Артема ехать осторожней и быстрее, так как пациенту надо срочно лечь в постель и отдохнуть.

— Елизавета Валерьевна, давайте каждый будет заниматься своим делом, — холодным тоном Лисовский-младший указал девушке на её место.

А глаза озорно искрились, недовольно заметил отец. Он прекрасно знал этот блеск. Сын напрашивался на повторное внушение. Виктор Андреевич раздраженно фыркнул.

— Что? Вам тяжело дышать, — всполошилась Лиза, — а вы на дорогу смотрите, — бросила колкий взгляд на водителя, заметив, что Артем продолжает поглядывать на неё в зеркало.

— Нет, нет, все хорошо.

Виктор Андреевич довольно улыбнулся. Эта девчонка его сыночку не по зубам, положил голову на подголовник и, успокоившись, прикрыл тяжелые веки.