Ольга Березина – Удержи меня (страница 13)
Сейчас они сидели на уроке рисования. Эрика уже знала, что Макс хорошо рисует, но одно дело показывать, как нарисовать примитивную кошечку или собачку, состоящую из нескольких линий, и совсем другое – наблюдать, как из-под его карандаша на бумаге появляются, например, фигуры людей, красивые дома или природа.
«Как он сказал это называется? – силилась вспомнить Эрика. Пайз… нет, пейзаж. Точно!»
Поначалу она пыталась угнаться за Максом, но быстро поняла, что мало что понимает из объяснений учителя.
– А почему ты дома почти не рисуешь? Только со мной? – прошептала Эрика.
– Настроения нет, – пожал плечами Макс.
– А почему тут есть?
– Не знаю.
Стало интересно, почему он дома не занимается рисованием дополнительно, но Эрика подозревала, что ответ будет тот же, как и несколько дней назад про плавание.
Через пару недель после их приезда в лагерь у Макса все же появился сосед по домику.
Первой, как ни странно, об этом узнала именно Эрика. Дома она уже давно не спала днем, но здесь уставала – вода, солнце, пляж, прогулки по лесу, детская площадка и скучные для нее занятия делали свое дело. Макс быстро заметил, что если она не поспит, то к шести-семи вечера просто падает с ног от усталости, поэтому на правах старшего начал заставлять ее ложиться отдыхать после обеда. После сна же девочка сразу бежала в его домик, зная, что Макс не пойдет без нее купаться или гулять.
Но сегодня на месте Макса не оказалось. Зато вместо него на небольшом темно-сером диване в гостиной обнаружился высокий, худой, мальчик с соломенными, тщательно зализанными назад волосами, которые делали его и без того круглое лицо еще круглее. Картину довершал нос-кнопка и совершенно невообразимое количество веснушек. Из-за яркого света, проникавшего в левое окно, половина его головы казалась ярче другой. Это выглядело комично, и Эрика прыснула в кулачок.
– Ты еще кто такая? Что ты здесь забыла? – вскинулся мальчик, смерив ее надменным взглядом.
– Я Эр-рика. Ищу М-макса.
– Стало все понятно, – фыркнул мальчик. – Как ты вообще здесь оказалась? В лагерь можно с восьми лет, кажется. А тебе сколько? Пять?
– Семь, – пролепетала она. – Я приехала с Максом.
– Кто такой еще этот Макс?
– Племянник мистера Карлайла.
– Понятно. А ты сестра что ли? – он встал, подошел к Эрике, и, скрестив на груди руки, демонстративно посмотрел на нее сверху, видимо, чтобы у нее точно не осталось сомнений, кто здесь главный.
– Нет. Подруга, – растерявшись, пробормотала она.
– Подруга? Ну-ну. Маловата ты что-то для
– А тебе-то какая разница? – с этими словами в комнату вошел Макс. – Да, она моя подруга, а будешь ее обижать – дам в глаз. – Угрозу в его словах расслышала не только Эрика, но и веснушчатый мальчик, так как он, зыркнув на более высокого Макса недобрым взглядом, быстро вернулся на диван.
– Ох, какие мы грозные. Больно надо. Я такими глупостями не занимаюсь, – бросил он.
– Пошли, Эрика. – Макс решительно протянул руку.
Она без колебаний вложила свою ладонь в его, и они отправились в столовую пить чай, как часто делали в это время дня.
– Ты даже не спросил, как его зовут, – заметила Эрика, когда они почти подошли к главному корпусу.
– Ты тоже. – Макс остановился и посмотрел на нее. – Ничего, еще узнаем. Я так понимаю, именно он будет моим соседом. Если, конечно, не попросит переселить его.
– А почему он должен об этом просить? – удивилась Эрика. – Из-за твоей угрозы?
Макс пожал плечами.
– Никто никогда не хотел со мной жить.
– Почему?
– Не знаю, наверное, потому что я племянник Леонарда Карлайла.
Вскоре выяснилось, что веснушчатого мальчика звали Александр Грин. Он оказался на год старше Макса и сыном исполнительного директора какой-то финансовой компании. Алекс, как он просил называть себя, был умным, начитанным, а еще невероятно высокомерным – Макс объяснил, что Алекс считает себя лучше других.
Сначала над Грином пытались смеяться, дразнить за нестандартную внешность, подкалывали из-за фамилии3, но быстро поняли, что хоть тот и не мог постоять за себя с помощью кулаков – драться он не умел совершенно, и единственная попытка закончилась в медпункте – но прекрасно обходился словами. Алекс, подмечая особенности поведения, манеры речи или незнание элементарных, с его точки зрения, вещей, так метко это высмеивал, что над самим незадачливым обидчиком потом еще долго потешались. Помимо этого он категорически отказывался участвовать в любых совместных с другими активностях.
В этом, как подозревала Эрика, Макс был полностью с ним согласен, потому что долго бурчал, узнав, что она записала их в театральный кружок.
– Эрика, ну зачем? Не хочу выставлять себя идиотом?
– Почему идиотом? Уверена, будет здорово! Ну Ма-а-акс, ну пожа-а-а-алуйста.
– Хорошо-хорошо, – со вздохом согласился Макс, а потом добавил: – Но только ради тебя!
Чуть позже они с Максом стали свидетелями разговора Лили, девушки, отвечавшей за постановку спектакля, с Алексом.
– Я что, похож на идиота? – возмутился тот.
Эрика фыркнула, вспомнив, что чуть ранее сказал Макс.
– Вон, пусть Уокер оруженосца играет, – Алекс в упор посмотрел на них.
– Макс уже играет волка, – продолжала упрашивать Лили. – Давай, ты вообще нигде не участвуешь!
– И не собираюсь! Больно надо! Тоже мне, возомнила себя великим режиссером!
– Не будь таким высокомерным! А то может статься, больше никто ничего не предложит, – спокойно ответила Лили и ушла.
Эрика не особо обращала на Алекса внимание, если они не сталкивались нос к носу в домике мальчиков, но примерно через неделю она начала замечать, как того избегают остальные ребята. То ли Лили постаралась, обидевшись на отказ, то ли хватило поведения Алекса, Эрика не знала, но видела, как другие демонстративно обходят его стороной.
Между собой Макс и Алекс смогли достичь чего-то вроде перемирия – оба делали вид, что другого просто не существует.
Как-то раз Макс с Эрикой, смеясь, зашли в домик мальчиков за книгой, чтобы вернуть ту в библиотеку.
– Опять вы? Господи, можно так не ржать! Вы мне мешаете! – сидящий у открытого окна Алекс исподлобья взглянул на друзей. Ветер колыхал тонкие прозрачные занавески и ерошил чересчур зализанную прическу Алекса.
– Послушай, ты, – Макс ткнул в Грина пальцем, – я тоже здесь живу и могу делать все, что захочу!
– Ты живешь тут не один, Уокер! И должен считаться со мной!
– Да что мы такого сделали?! – взорвался Макс. – Зашли за книгой?! Потерпеть пару минут сложно что ли?!
– Вы постоянно шумите! – отрезал Алекс. – Ты и эта твоя, с позволения сказать, подруга. Что,
Эрика мертвой хваткой вцепилась в руку Макса, опасаясь, что он может врезать Алексу. Ей, конечно, было немного обидно, но драться из-за этого точно не следовало.
Видимо поняв, что она его не выпустит, Макс выплюнул:
– Пусть она из небогатой семьи, она мой друг, а у тебя хоть один-то есть? Посмотри на себя, Грин, с тобой даже в столовой сидеть рядом никто не хочет! Так что не надо мне тут указывать, с кем дружить!
Алекс сначала побледнел, что было заметно даже сквозь плотный слой веснушек, потом покраснел и выскочил из домика, ничего не ответив и оставив друзей в некотором замешательстве – все же обычно он гораздо лучше держал себя в руках.
– Вот козел! – выдохнул Макс, не отрывая задумчивый взгляд от входной двери.
Они почти дошли до библиотеки, но Макс не проронил ни слова с момента, как они оказались на улице.
– Макс, все в порядке? – не выдержала Эрика, не понимая причин его внезапной молчаливости.
– Слушай… Я тут подумал… – Макс странно мялся, словно не мог подобрать слова. – Может, позовем его завтра с собой купаться там или обедать… Если ты не против, конечно, – поспешно добавил он. – Пусть он и редкостный козел, но он ведь и правда всегда один. Совсем, как я еще совсем недавно, – последние слова Макс произнес тихим, чуть хриплым голосом, глядя себе под ноги.
– Поначалу ты называл меня помойной крысой и постоянно толкался, – ответила Эрика и без паузы добавила: – Давай.
Макс покраснел до кончиков ушей.
– Я же извинился.
– А я тебя простила. – В доказательство Эрика порывисто обняла его, прижавшись всем телом. – Пошли после библиотеки в столовую, – сказала Эрика, не разжимая объятий. – Есть хочу.
***